Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

«Каталонский узел»: политические последствия экономического кризиса в Испании

Версия для печати

Специально для портала «Перспективы»

Петр Яковлев

«Каталонский узел»: политические последствия экономического кризиса в Испании


Яковлев Петр Павлович – доктор экономических наук, руководитель Центра иберийских исследований Института Латинской Америки (ИЛА) РАН, профессор Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова.


«Каталонский узел»:  политические последствия экономического кризиса в Испании

Глубокий и продолжительный финансово-экономический кризис, потрясавший Испанию в 2008‒2013 годах, охватил все стороны общественной жизни. Под ударом оказалась двухпартийная система, функционировавшая в стране в течение десятилетий. Сепаратистские силы в Каталонии добились серьезного успеха на региональных выборах. Все это до предела обострило политическую борьбу в преддверии всеобщих выборов, назначенных на 20 декабря 2015 г.

27 сентября в Каталонии – одном из самых крупных и экономически развитых автономных сообществ Испании ‒ был избран новый состав местного парламента. Поборники каталонской самостоятельности и независимости от Испании получили большинство мест в законодательном органе власти и право сформировать региональное правительство, декларированная цель которого – в течение 18 месяцев добиться государственного суверенитета.

Электоральный успех каталонских сепаратистов стал одним из главных политических последствий периода экономической турбулентности. Ключевым аргументом приверженцев независимости Каталонии явилось утверждение, что эта автономия, став самостоятельным государством, сможет в будущем избежать кризисных потрясений, вина за которые лежит на центральной власти и менее развитых регионах. Идея превращения Каталонии в «новую Швецию» (при всей сомнительности) овладела каталонскими массами и материализовалась в мощное политическое движение за отделение региона от остальной части испанского государства. Тем самым Испании, как никогда нуждающейся в объединении усилий всех без исключения автономий, брошен серьезный вызов политико-институционального характера [1].

Партийно-политическая система на этапе трансформаций

Последствия кризиса в Испании круто меняют правила и условия политической игры. Под вопросом оказалось многолетнее доминирование во внутренней политике двух общенациональных партий: правящей в настоящее время Народной партии (Partido Popular – PP) и главной оппозиционной силы – Испанской социалистической рабочей партии (Partido Socialista Obrero Español – PSOE) [2]. Их начали теснить конкуренты, поднявшиеся на волне общественного недовольства. От исхода обострившегося политического противостояния в решающей степени зависит социально-экономическое будущее страны на обозримую перспективу.

Неоправдавшиеся социально-экономические ожидания миллионов испанцев породили массовый спрос на альтернативные электоральные предложения, главными носителями которых стали партии «Podemos» («Мы можем») и «Ciudadanos» («Граждане»), использующие оппозиционную риторику. Кризис буквально вытолкнул их в большую политику.

Партия центристского толка «Ciudadanos» сформировалась в 2005‒2006 гг. в Каталонии на платформе социал-либерализма и европейского федерализма, противопоставив себя региональным политическим силам, выступающим за отделение Каталонии от Испании. За сравнительно короткий срок эта партия, выступая с умеренных позиций, перешагнула границы автономного сообщества и распространила свою деятельность на большую часть испанской территории. На выборах в Европейский парламент в мае 2014 г. «Ciudadanos» набрала около 500 тыс. голосов и провела двух своих представителей.

Леворадикальная «Podemos» выросла из массового протестного движения «15-М» и впервые громко заявила о себе на тех же выборах в Европарламент. Новоиспеченная политическая организация популистского толка, еще не оформившаяся в партию, получила свыше 1,2 млн голосов и 5 мест в законодательный орган Объединенной Европы. По этому показателю «Podemos» стала четвертой электоральной силой, пропустив вперед лишь PP, PSOE и левую структуру «La Izquierda Plural» («Левый плюрализм») [3].

После европейских выборов политическая палитра Испании разделилась на «старые» партии во главе с PP и PSOE и «новые» – «Podemos» и «Ciudadanos», которые стали позиционировать себя в качестве «рычага перемен», необходимых испанскому государству и обществу. Как отмечал председатель «Ciudadanos» Альберт Ривера, PP и PSOE «сбились с курса» и не в состоянии предложить привлекательную стратегию развития страны. Испания, подчеркивал политик, «нуждается в новой партии, у которой чистые руки» [4]. В отличие от «старых» партий, «Ciudadanos» выдвигает национальный модернизационный проект, базирующийся на трех постулатах: укрепление гражданских ценностей, проведение политических реформ демократического толка и построение экономики знаний [5].

В чем особенности происходящих перемен? Во-первых, закладываются основы будущей партийной системы, ядром которой станет квартет ведущих партий ‒ PP, PSOE, «Podemos» и «Ciudadanos», проголосовать за которые (согласно опросам) готовы порядка 80‒85% испанских избирателей [6]. Во-вторых, идет смена поколений политических лидеров. В частности, Социалистическую партию с июля 2014 г. возглавляет 43-летний Педро Санчес, «Podemos» – 35-летний харизматичный самородок Пабло Иглесиас. В-третьих, дает о себе знать акцентирование отдельными партийными деятелями своей особой позиции (без привычной оглядки на центральное руководство). Так, например, вела себя победившая на региональных выборах в Андалусии социалистка Сусана Диас. В-четвертых, меняется испанский политический стиль: вместе с бипартийностью уходит в прошлое практика управлять страной с опорой на абсолютное большинство и наступает период доминирования коалиций и межпартийных соглашений. (Разумеется, такая система не отличается стабильностью.) В-пятых, прорыв в большую политику «Ciudadados» и «Podemos» не является чисто национальным феноменом, а отражает общеевропейский тренд, о чем, в частности, свидетельствовали результаты выборов в Европарламент, куда в 2014 г. впервые прошли многочисленные представители новых или ранее маргинальных политических сил ряда стран Евросоюза [7].

В Испании неоднозначно относятся к нынешней полосе партийного строительства. Наряду с теми, кто активно выступает в поддержку происходящих изменений, раздаются и резко критические голоса в адрес «новых» партий, прежде всего «Podemos». В частности, как считает известный писатель и политический аналитик Феликс де Асуа, во внутриполитической жизни Испании воцарились «демагогический дискурс и содержательная пустота». По его мнению, выход на авансцену партии «Podemos» принципиально ничего не меняет в испанском политическом хоре, поскольку инициативы ее репрезентантов, сформулированные на «упрощенном архаичном языке», не могут решить стоящие перед страной задачи и являют собой пример «безумной фантасмагории» [8]. Еще более резки в оценках отдельные представители традиционных партий, которые пытаются всячески дезавуировать новых конкурентов и вытолкнуть их на политические задворки. Тем самым делается попытка отыграть на информационно-пропагандистском поле то, что было проиграно «старыми» партиями в политической сфере.

Находящаяся в стадии формирования партия «Podemos» подвержена как внешнему давлению, так и неизбежным внутренним кризисам. Серьезным испытанием стал выход из ее рядов в конце апреля – начале мая 2015 г. одного из основателей и лидеров ‒ Хуана Карлоса Монедеро, что некоторыми экспертами было расценено как «начало конца этого политического образования» [9]. Как бы то ни было, традиционному истеблишменту приходится принимать в расчет электоральный потенциал «новых» партий, который с особой силой дал о себе знать 24 мая текущего года в ходе региональных и муниципальных выборов.

Выборы прошли в 13 (из 17) автономных сообществах и в автономных городах Мелилье и Сеуте, расположенных в Северной Африке. Политолог Антони Гутьеррес-Руби констатировал: “PP выиграла, но проиграла” [10]. Действительно, «народники» были первыми во всех автономиях, которые они раньше контролировали (за исключением Эстремадуры и Канарских островов), но везде утратили абсолютное большинство в местных органах власти. Подобный итог означает, что отныне PP будет вынуждена создавать коалиции с другими политическими силами. К тому же у оппозиции в ряде регионов остаются возможности формирования более сильных партийных блоков. В целом по стране PP получила немногим более 6 млн голосов, что почти на 2,5 млн меньше, чем в 2011 г. Это – наихудший результат с 1991 г., что дало наблюдателям повод назвать баланс выборов “политическим землетрясением” и “беспрецедентным электоральным кровопусканием” для правящей партии [11]. Несколько улучшила свои позиции PSOE, которая сохранила власть в Астурии и победила в Эстремадуре. Социалисты набрали почти на 2 млн голосов больше, чем на выборах в Европарламент в 2014 г., хотя и недополучили порядка 700 тыс. голосов по сравнению с 2011 г. Впечатляющих результатов добилась «Podemos», за которую в автономиях проголосовали около 1,8 млн избирателей, что обеспечило ей 119 депутатских мест в законодательных собраниях регионов. Еще 75 депутатов будут представлять партию «Ciudadanos». За нее отдали голоса почти 1,5 млн испанцев.

Таким образом, весной 2015 г. в Испании в основных чертах сформировалась новая партийно-политическая конфигурация, которой, правда, еще предстояли тесты на прочность. Один из них ‒ региональные выборы в Каталонии 27 сентября.

«Не уходи, Каталония!»

С таким призывом к каталонцам в июле 2014 г. обратился популярный колумбийский писатель и колумнист Эктор Абад [12]. Его поддержали многие латиноамериканские деятели культуры, литераторы и журналисты, озабоченные ростом сепаратистских настроений в автономном сообществе. Это, конечно, не случайно ‒ у подавляющего большинства стран Латинской Америки существуют теснейшие связи с Испанией в целом и Каталонией в частности. Достаточно сказать, что такие гранды латиноамериканской и мировой литературы, как Пабло Неруда, Габриэль Гарсиа Маркес, Марио Варгас Льоса и многие другие, длительное время жили в Барселоне, «купались» в уникальной культурной атмосфере этого города, воспринимали Каталонию в качестве неотъемлемой части ибероамериканского мира.

Каким образом и почему традиционные выступления каталонских националистов в защиту местного языка и традиций в рамках существования этой автономии в составе испанского государства приобрели (во многом неожиданно) характер сепаратистского движения?

Идея создания самостоятельного государства существовала в Каталонии в течение столетий, но доминантой в политике местных элит оставалась борьба за максимально широкую автономию в составе Испании [13]. Значимые результаты на этом пути были достигнуты после смерти диктатора Ф. Франко (20 ноября 1975 г.) в процессе демократизации испанского общества и радикальной реформы территориально-административного устройства. Унитарное испанское государство превратилось в государство автономий, состоящее из 17 автономных областей (сообществ) и двух автономных городов на побережье Северной Африки.

Испанская демократическая конституция 1978 г. и принятый на ее основе автономный статут (1979 г.) предоставил Каталонии сравнительно широкие права и свободы. Так, регион получил собственные парламент и правительство, полицию, радио и телевидение, а каталонский язык был признан официальным наравне с испанским. Все это создало благоприятные условия для распространения националистических настроений, выдвижения новых требований в адрес центральной власти.

В 2002 г. в парламенте Каталонии прошли дебаты, по итогам которых законодатели приняли решение начать процедуру пересмотра автономного статута. Новый документ должен был гарантировать бóльшую финансовую и налоговую независимость от Мадрида (вплоть до учреждения собственного налогового агентства, обеспечивающего сбор всех фискальных поступлений на территории региона). Кроме того, в проекте статута предусматривалось наделение верховного суда Каталонии высшими полномочиями, независимыми от центральной власти. Целый ряд статей проекта, по мнению авторитетных юристов, нарушал конституцию Испании [14].

Несмотря на острую критику, статут был одобрен в 2008 г. На практике это означало существенное расширение прав каталонской автономии и не могло не возбудить недовольства в общественно-политических кругах других территориальных субъектов. Сразу семь автономий оспорили в Конституционном суде ряд положений каталонского статута как противоречащих основному закону. После долгого разбирательства суд признал неконституционными (полностью или частично) 14 статей, что, в свою очередь, вызвало болезненную реакцию в Каталонии [15].

Сепаратистские настроения в каталонском истеблишменте и обществе заметно усилились в условиях финансово-экономического кризиса. 28 ноября 2010 г. в Каталонии состоялись очередные парламентские выборы, принесшие убедительную победу умеренно националистической (как тогда считалось) коалиции «Конвергенция и Союз» («Convergencia i Unio» – CiU), чей лидер Артур Мас занял пост председателя правительства (Женералитата) Каталонии. CiU получила в парламенте абсолютное большинство – 72 из 135 мест. Столь внушительный результат воодушевил руководство CiU и в немалой степени послужил радикализации его позиции в вопросе каталонского национального суверенитета.

Стремясь развить успех, А. Мас решил сыграть на опережение и поставил целью ускорить проведение очередных региональных выборов. Непосредственным толчком к ним послужила массовая демонстрация в Барселоне 11 сентября 2012 г. (в Национальный день Каталонии), в которой приняло участие свыше миллиона человек, выступавших с требованием выхода автономии из состава испанского государства.

Питательной средой сепаратистских устремлений явилось упорно насаждаемое адептами каталонской независимости мнение, что Испания в ее нынешнем виде не способна провести необходимые структурные реформы и преодолеть последствия затянувшегося кризиса. В свою очередь, сторонники сохранения территориальной целостности выступали за согласованную и единую для всех автономных сообществ антикризисную стратегию [16].

Основными политическими объединениями, вступившими в схватку за будущее региона, стали следующие партии и коалиции:

право-националистическая CiU, включившая в себя либерально-националистическую «Демократическую конвергенцию Каталонии» («Convergencia Democratica de Catalunya» – CDC) и христианско-демократический «Демократический союз Каталонии» («Unio Democratica de Catalunya» – UDC);

партия социал-демократического толка «Левые республиканцы Каталонии» («Esquerra Republicana de Catalunya» – ERC);

Социалистическая партия Каталонии (Partit dels Socialistes de Catalunya – PSC);

консервативная Народная партия Каталонии (Partit Popular de Catalunya – PPC);

лево-националистическая «Инициатива для Каталонии – Зеленые» («Iniciativa per Catalunya – Verds», ICV);

коалиция левых, коммунистических, феминистских и экологических организаций «Объединенные левые и альтернатива» («Esquerra Unida i Alternativa» – EUIA);

региональное отделение центристской социально-либеральной партии «Ciudadanos» (по-каталонски – «Ciutadans»);

крайне левая антикапиталистическая и сепаратистская организация «Кандидатура народного единства» («Candidatura d’Unitat Popular» – CUP).

Наиболее последовательно за достижение политической независимости Каталонии выступали CiU, ERC и CUP, тогда как основными сторонниками сохранения автономии в составе Испании являлись PSC, PPC и «Ciutadans». Именно эти партии (и их союзники) по итогам выборов 25 ноября 2012 г. получили львиную долю голосов избирателей и распределили между собой все 135 мест в каталонском парламенте (табл. 1).

Таблица 1. Партийный состав парламента Каталонии по итогам выборов 25 ноября 2012 г.

Партия, коалиция

Полученные голоса, %

Мест в парламенте, число

Мест в парламенте, %

«Convergencia i Unio»

30,68

50

37,0

ERC-CAT Sí

13,68

21

15,6

PSC

14,43

20

14,8

PPС

12,99

19

14,1

ICV-EUIA

9,89

13

9,6

«Ciutadans»

7,58

9

6,7

CUP

3,48

3

2,2

Всего

92,73

135

100

Источник: составлено автором на базе данных каталонской избирательной статистики.

Итоги ноябрьских выборов явились для руководства CiU полной (и во всех отношениях неприятной) неожиданностью: коалиция потеряла 22 места, сократив на 30% представительство в органе законодательной власти автономного сообщества. Тем не менее, поскольку в результате голосования сепаратистски настроенные партии в сумме получили большинство (73 из 135 мандатов), на пост председателя Женералитата был переизбран А. Мас. Он радикализировал позицию CiU и сделал курс на отделение от Испании альфой и омегой своей политики, чем до предела повысил напряженность в отношениях с антисепаратистскими региональными партиями и правительством PP.

Отношения Барселоны и Мадрида все больше входили в клинч, конфликт приобретал многомерный характер. Не принесли разрядку и личные встречи А. Маса и М. Рахоя, хотя социально-экономическая и финансовая политика каталонского лидера соответствовала тому курсу, который проводили «народники»: жесткая экономия (так называемый бюджетный аскетизм), сокращение социальных расходов, приватизация государственной собственности и т.д. К слову сказать, такая политика А. Маса постоянно затрудняла его взаимодействие с другими сепаратистскими силами, в большинстве своем стоявшими на левых позициях.

Прочно внедрив в общественное сознание идею достижения национальной самостоятельности Каталонии путем ее выхода из состава испанского государства, лидеры сепаратистов «дипломатично» не объяснили широким слоям населения, как на практике будут решаться проблемы (в частности, экономические и социальные), которые неизбежно породит разрыв с Испанией. Между тем таких проблем немало. Упомянем некоторые из них.

1) Чрезвычайная сложность взаимоприемлемого урегулирования исключительно тесных финансовых отношений между Барселоной и Мадридом. Какова будет денежная цена каталонской независимости и сможет ли ее заплатить новое самостоятельное государство? Четкого утвердительного ответа на этот вопрос нет. По мнению большинства экспертов, в результате отделения от Испании Каталонии будет грозить финансовый крах.

2) Возможное разрушение сложившихся и успешно функционирующих торговых и внешнеторговых связей. В настоящее время 70% товарного вывоза предприятий, расположенных в Каталонии, приходится на другие испанские регионы. Так, каталонские производители продают больше товаров в Валенсию, чем во Францию, а в Андалусию – больше чем в Германию. В случае сецессии рынки Испании для каталонской продукции могут быть закрыты, что приведет к разорению тысяч местных компаний, обвальному сокращению ВВП и бюджетных поступлений.

3) Фактическое обрушение системы социального обеспечения Каталонии, на сегодняшний день являющейся органической частью общеиспанской структуры. Независимое государство, например, будет вынуждено взять на себя многомиллиардные обязательства по содержанию сотен тысяч пенсионеров, включая тех, кто проживает за пределами региона. В сложный переходный период подобный груз может стать для каталонских властей неподъемным, что повлечет за собой резкое обострение социальной обстановки.

4) Неизбежный выход независимой Каталонии из Европейского союза и, весьма вероятно, зоны евро. По этому вопросу не может быть никаких сомнений, поскольку официальные представители Брюсселя неоднократно заявляли об автоматическом самоисключении Барселоны из Евросоюза в случае ее отделения от Испании. Такой поворот событий, чреватый потерей рынков и источников инвестиций, особенно пугает деловые круги, чьи международные бизнес-интересы лежат главным образом в странах ЕС.

Таким образом, даже простое перечисление далеко не всех негативных последствий выхода Каталонии из состава Испании говорит о том, что дорожная карта сецессии выглядит крайне проблематично, а многие идеи сепаратистов оторваны от социально-экономической реальности и международного контекста.

Тем не менее движение за независимость набирало обороты. 9 ноября 2014 г. правительство А. Маса (несмотря на запрет Конституционного суда) провело так называемую «народную консультацию» о политическом будущем Каталонии. В опросе приняли участие 37% населения автономии, наделенного правом голоса, из которых более 80% высказалось в пользу полной независимости региона от Испании [17]. И хотя мероприятие не имело законной силы, а его результат был не слишком убедителен, каталонские власти использовали сам факт «народной консультации» для консолидации своих позиций. С этой целью А. Мас в очередной раз сдвинул вперед сроки проведения региональных выборов, назначив их на 27 сентября 2015 г.

В обстановке обострившейся политической борьбы и с прицелом на очередные досрочные выборы в Каталонии сформировались и организационно отмобилизовались основные электоральные силы. Это националистический блок «Junts pel Sí» («Вместе за Да»), образованный партиями CDC, ERC и еще двумя сепаратистскими объединениями; партии «Ciutadans», PSC, PPC, CUP, а также фактически каталонский филиал «Podemos» в виде организации под многообещающим названием «Catalunya que es Pot» – CSP («Каталония – да, мы можем»). Партия «Podemos», новичок в каталонских выборах, к тому времени громко заявившая о себе в других автономных сообществах, рассчитывала, без сомнения, на убедительный успех, призванный в очередной раз продемонстрировать ее растущий общеиспанский вес.

Выборы состоялись: что теперь?

Итоги голосования 27 сентября, в котором приняли участие свыше 77% жителей региона, имеющих право голоса (рекордный показатель с 1980 г., когда в автономии стали проводить выборы), преподнесли его участникам ряд сюрпризов. Как отмечали эксперты, избирательная кампания в Каталонии оставила после себя политически расколотое общество и нестабильную обстановку, чреватую серьезными осложнениями [18].

Прежде всего, коалиция «Junts pel Sí», получив наибольшее число голосов и мест в парламенте (62), не обеспечила собственного большинства и попала в зависимость от CUP (10 парламентариев), более чем втрое увеличившей свое представительство (табл. 2). На втором месте (25 мандатов) неожиданно оказались кандидаты «Ciutadans». Центристы увеличили свой депутатский корпус почти втрое (на 16 человек) и стали весомым фактором внутренней политики в Каталонии. Определенный урон понесли каталонские социалисты, потерявшие 4 депутатских места, но в целом удержавшиеся почти на прежних позициях. По-видимому, часть голосов PSC отошла к «Ciutadans». В том же направлении перебежало и значительное число избирателей PPC: «народники» лишились 8 мандатов в парламенте Каталонии, теперь их депутатская группа насчитывает 11 человек (худший показатель с 1992 г.). Такое же количество парламентариев получила CSP, что было расценено как весьма скромный результат, почти провал, учитывая нынешнюю популярность «Podemos» и амбициозность ее лидеров.

Таблица 2. Итоги парламентских выборов в Каталонии 27 сентября 2015 г.

Партия, коалиция

Полученные голоса, %

Места в парламенте, число

Места в парламенте, %

«Junts pel Sí»

39,57

62

45,9

«Ciutadans»

17,91

25

18,5

PSC

12,72

16

11,9

«Catalunya Sí que es Pot»

8,93

11

8,15

PPС

8,50

11

8,15

CUP

8,21

10

7,4

Всего

95,84

135

100

Источник: составлено автором на базе данных каталонской избирательной статистики.

Поскольку сепаратисты заранее придали парламентским выборам характер референдума по вопросу об отделении от Испании, для них крайне важно было набрать в сумме свыше 50% голосов каталонских избирателей. Однако на деле сторонники независимости получили заметно меньше половины: около 1960 тыс. из 4,1 млн, или порядка 48% [19]. Данное обстоятельство было активно использовано официальным Мадридом и каталонскими противниками отделения от Испании.

Множество проблем породил и вынужденный альянс «Junts pel Sí» с CUP, которая пошла на выборы с радикальной антикапиталистической программой, включавшей требования национализации частных предприятий и банков, принятия мер «шоковой терапии против бедности», отмены одобренной самим А. Масом реформы трудовых отношений, а также выхода Каталонии из зоны евро и Европейского союза. Настойчивые призывы лидера CUP Антонио Баньоса «покончить с капитализмом, плодящим нищету» вызывали у либерально ориентированных сторонников «Junts pel Sí» (в большинстве своем – членов каталонского истеблишмента) плохо скрываемый ужас [20]. Но логика политической борьбы вынуждала руководство «Junts pel Sí» вести переговоры с CUP и искать дополнительные точки соприкосновения и взаимопонимания (помимо общих сепаратистских устремлений).

Делая хорошую мину при плохой игре, А. Мас заявил, что в результате выборов лагерь сторонников независимости получил «силу и законность» для реализации дорожной карты отделения Каталонии в течение следующих 18 месяцев. При этом стратегия выхода региона из состава Испании предусматривает разработку и принятие каталонской конституции, а также создание всех ключевых институтов суверенного государства, включая центральный банк, налоговое ведомство, министерство иностранных дел и собственные вооруженные силы.

Центральным вопросом повестки дня стало формирование нового правительства Каталонии и назначение его председателя. Естественно, на этот пост в очередной раз претендовал А. Мас – главный лидер каталонского сепаратизма, но его кандидатура встретила сопротивление со стороны антикапиталистически настроенного руководства CUP. Негативную позицию организация А. Баньоса заняла и в отношении идеи «Junts pel Sí» сделать так называемое «Одностороннее заявление о независимости Каталонии». Руководство CUP напомнило партнерам, что в условиях, когда сепаратисты получили менее половины голосов, подобного рода демарш будет выглядеть не слишком убедительно и не достигнет поставленной цели [21].

Продвижение вперед в деле обретения Каталонией реальной государственной самостоятельности по определению не может быть простым. Тот факт, что сепаратисты не смогли получить большинство голосов избирателей, серьезно ослабляет их позиции. Кроме того, в лагере сторонников каталонской независимости сохраняются глубокие противоречия, порожденные принципиально разными взглядами на ключевые социально-экономические и политические проблемы. Трудно преодолимым препятствием остается и негативная реакция центральной власти, которая (это очевидно) сделает все, чтобы не допустить развала единого испанского государства. Например, правительство Испании в срочном порядке вынесло на обсуждение реформу конституционного суда, чтобы он мог блокировать односторонние действия каталонских властей. Наконец, для многих каталонцев (прежде всего представителей делового сообщества) сдерживающим фактором является отрицательное отношение к идее независимости региона в Европейском союзе, способное сделать Каталонию лишней на «европейском празднике жизни».

В итоге многие эксперты считают, что в настоящее время (и на обозримую перспективу) достижение Каталонией политической независимости лежит за пределами реальной политики.

Испания в ожидании перемен

После избирательной кампании в Каталонии, значение результатов которой вышло далеко за рамки региона (по сути, проблемы автономии стали проблемами всей страны), испанское общество как бы застыло в ожидании политических изменений. Их начало с полным на то основанием связывают с проведением очередных всеобщих выборов, которые должны подвести черту под периодом кризисных потрясений и определить основной вектор экономического и социального развития страны на ближайшую перспективу. Между тем правительство до последнего оттягивало назначение даты выборов, изыскивая максимально благоприятный для себя момент.

Наконец 1 октября М. Рахой в ходе телевизионного интервью объявил, что всеобщие парламентские выборы в Испании пройдут 20 декабря 2015 г. [22] Тем самым глава кабинета дал старт избирательной гонке, в которой (в отличие от выборов 2011 г.) примут участие новые сильные игроки – «Podemos» и «Ciudadanos», продемонстрировавшие намерение поставить точку в длительной истории доминирования PP и PSOE на испанском политическом поле. Правда, председатель правительства заявил, что основным соперником «народников» остаются социалисты, а не представители партий, возникших «четверть часа назад» [23]. (В cкобках заметим, что и руководство PSOE рассматривает PP в качестве главного оппонента, а «Podemos» и «Ciudadanos» отводит роль «младших партнеров». Как заявил лидер социалистов П. Санчес, «избирательная кампания 2015 г. завершится дуэлью между ним и М. Рахоем».) [24]

Попытка официального Мадрида так или иначе дезавуировать «Podemos» и «Ciudadanos», убедить общественность, что их акции (несмотря на отдельные успехи) все еще невысоко котируются на электоральном рынке, вполне объяснима и носит не только демагогический характер. «Новые» партии – прежде всего «Ciudadanos» – могут в декабре оттянуть на себя часть электората PP, и тогда «народники» рискуют не получить большинство в парламенте и потеряют власть. Поэтому в качестве запасного варианта в руководстве PP рассматривается создание правящей коалиции. Но проблема в том, что большинство политических объединений, имеющих шансы провести своих представителей в центральный орган законодательной власти (Генеральные кортесы), по ключевым вопросам национальной повестки выступают против политики «народников». Данное обстоятельство осложняет для PP поиск союзников.

Сейчас очевидно, что PP пытается извлечь уроки из неудач на промежуточных выборах. Характерно требование, с которым обратились состоящие в партии руководители отдельных автономных сообществ (так называемые «региональные бароны») к М. Рахою после избирательной кампании в Каталонии. Указав на тот факт, что в ряде случаев первые места в избирательных списках PP в течение десятилетий занимают одни и те же деятели, вызывающие у многих граждан негативную реакцию, «бароны» потребовали отодвинуть «старую гвардию» и «явить Испании и миру новые политические лица» [25].

Лидеры PSOE, чувствующие некоторую растерянность (если не сказать подавленность) в руководстве «народников» и воодушевленные приемлемыми для себя результатами голосований в региональных избирательных кампаниях 2015 г., расценили сложившуюся ситуацию как подходящую для укрепления позиций своей партии. Они перешли в стратегическую атаку на своего главного политического конкурента – PP. Как откровенно заявил П. Санчес, «оборонительные бои закончены, начинается наступление» [26]. Главный предвыборный лозунг социалистов – необходимость перемен, проведение «реформ с человеческим лицом», в частности, конституционной реформы, которая должна скорректировать имеющиеся правовые положения, вызывающие особенно широкое недовольство в Каталонии и тем самым угрожающие территориальному единству страны.

В пользу социально-политических и экономических перемен продолжают выступать высшие руководители «Podemos» и «Ciudadanos». По мнению А. Риверы и П. Иглесиаса, выборы 20 декабря неизбежно ознаменуют начало нового политического этапа и приведут к глубоким общественным изменениям [27].

Особенно высоко эксперты расценивают электоральные шансы «Ciudadanos». Как отмечалось на страницах влиятельной столичной газеты «El País», эта партия – единственная общенациональная политическая сила, которая улучшила свои показатели на всех выборах, проведенных в 2015 г. в Испании. Растущая популярность «Ciudadanos», считают сотрудники «El País», не просто дань политической моде. Организация А. Риверы, комфортно располагаясь в центре испанского партийно-политического спектра, способна перетянуть к себе различные группы сравнительно многочисленных умеренных избирателей (в том числе ‒ еще не определившихся, кому отдать свой голос), превратиться в реальную альтернативу PP и PSOE и по итогам декабрьских всеобщих выборов возглавить будущее правительство [28].

Заметим, что даже если это излишне смелый сценарий, «Ciudadanos» в любом случае существенно повлияет на формирование повестки следующего политического цикла.

Слабым местом «Ciudadanos» является недостаток финансовых средств для проведения активной избирательной кампании в общенациональном масштабе. Сейчас бюджет партии складывается из государственных субсидий, членских взносов (30 тыс. членов вносят по 10 евро в месяц) и пожертвований частных компаний. По оценке руководства, для борьбы за власть этого недостаточно, в связи с чем родилась идея прибегнуть к практике crowdfunding – добровольного сбора средств симпатизантами партии [29].

В деликатном положении может оказаться «Podemos». Фактический провал в Каталонии стал сигналом некоторого снижения популярности левых радикалов среди избирателей. Об этом же свидетельствуют и последние опросы общественного мнения. Если в январе 2015 г. за кандидатов «Podemos» намеревались голосовать 24% испанцев, то в октябре этот показатель снизился до 15‒16%. Руководство партии признает, что переживает «сложный момент», и, отвечая на новые вызовы, использует несколько модифицированный политический дискурс, стремится дистанцироваться от традиционных левых сил, старательно подчеркивает свою приверженность «переменам на основе здравого смысла» [30]. Тем самым сторонники П. Иглесиаса пытаются привлечь на свою сторону часть склонных к центристским позициям умеренных избирателей ‒ по существу, сыграть на электоральном поле, в значительной степени уже занятом PSOE и «Ciudadanos». Сложно сказать, насколько успешной станет эта тактика «Podemos», но то, что она обострит конкуренцию в лагере противников правящей партии, не вызывает сомнений.

* * *

В редакционной статье органа деловых кругов Испании ‒ газеты «Cinco Días» 2015 г. был назван годом «электоральной карусели» [31]. Действительно, на него в стране пришлось пять избирательных кампаний разного уровня: 22 марта – в Андалусии, 24 мая – выборы муниципальные и в большинстве автономных сообществ, 27 сентября – в Каталонии, 20 декабря – общенациональные выборы. От результатов последних будет во многом зависеть судьба складывающейся посткризисной социально-экономической модели.

Практически все политические аналитики сходятся в том, что электоральные результаты в Каталонии, в целом подтвердившие тренд на ослабление бипартийности скажутся и на всеобщих парламентских выборах. На наш взгляд, это логично свести к трем основным составляющим. Во-первых, и PP и PSOE должны предпринять срочные и активные действия по улучшению своих позиций, в том числе путем достижения предвыборных договоренностей с потенциальными союзниками. Во-вторых, повысились ставки партии «Ciudadanos», закрепившейся в роли крупного общенационального политического игрока. В-третьих, сравнительно низкий процент голосов, полученных «Podemos» в каталонском регионе, вынуждает партийное руководство скорректировать избирательную тактику с целью не допустить дальнейшего падения популярности данного объединения.

На фоне крайней усталости основной массы испанцев от кризиса и политики бюджетного аскетизма в Испании интенсивно разворачивается сложный и многомерный общественный процесс, дальнейшая эволюция которого способна (особенно по итогам всеобщих парламентских выборов 20 декабря) существенно изменить политическую обстановку в стране и повлиять на ход социально-экономического развития.

Примечания:

[1] О проблемах выхода из кризиса см.: Яковлев П. Испания: эффекты кризиса и посткризисная модель развития // Портал «Перспективы». 12.05.2015. URL: http://www.perspektivy.info/oykumena/ekdom/ispanija_effekty_krizisa_i_postkrizisnaja_model_razvitija_2015-05-12.htm (дата обращения: 12.10.2015)

[2] Строго говоря, политическая система Испании является псевдодвухпартийной, поскольку формально в стране зарегистрировано порядка 500 партий. Но только две из них – PP и PSOE – в течение десятилетий сменяют друг друга у власти и определяют вектор общественного развития.

[3] Подробнее о траектории «Podemos» см.: # Podemos. Desconstruyendo a Pablo Iglesias. Barcelona, Ediciones Deusto, 2014.

[4] Rivera: “España necesita un partido Nuevo, con manos limpias” // El País. Madrid. 03.10.2015.

[5] Rivera A. Ciudadanos, un proyecto para España // El País. 19.04.2015.

[6] Chislett W. Ciudadanos gains ground in Spain’s political landscape // Real instituto Elcano. 09.03.2015. URL: http://www.realinstitutoelcano.org/wps/portal/web/rielcano_es/contenido?WCM_GLOBAL_CONTEXT=/elcano/elcano_in/zonas_in/commentary-chislett-ciudadanos-gains-ground-in-spains-new-political-landscape#.Vht2qSsn4nU (date of access: 12.10.2015)

[7] См. на портале «Перспективы»: Яковлев П. Европейский союз после парламентских выборов: суровые реалии «новой нормы» // Портал «Перспективы». 03.07.2014. URL: http://www.perspektivy.info/oykumena/europe/jevropejskij_sojuz_posle_parlamentskih_vyborov_surovyje_realii_novoj_normy_2014-07-03.htm (дата обращения: 12.10.2015)

[8] De Azua F. El mañana es cosa de ayer // El País. Madrid. 03.03.2015.

[9] Torreblanca J.I. La hora más difícil de Podemos // El País. Madrid. 02.05.2015.

[10] Gutiérrez-Rubi A. Cuando las mayorías se pactan //El País. Madrid. 25.05.2015.

[11] Yerba R. Terremoto en España tras el desplome del PP // La Nación. Buenos Aires. 25.05.2015.

[12] Abad Faciolince H. No te vayas, Cataluña // El Espectador. Bogotá. 26.07.2014.

[13] Подробнее см.: Хенкин С. Испания: испытание Каталонией // портал «Перспективы». 14.01.2013. URL: http://www.perspektivy.info/oykumena/europe/ispanija_ispytanije_katalonijej_2013-01-14.htm (дата обращения 12.10.2015)

[14] См.: Волкова Г.И. Испания: государство автономий и проблема территориальной целостности. М., 2011. С. 239–243.

[15] Подробнее см.: Хенкин С. Испания: испытание Каталонией // портал «Перспективы». 14.01.2013. URL: http://www.perspektivy.info/oykumena/europe/ispanija_ispytanije_katalonijej_2013-01-14.htm (дата обращения 12.10.2015)

[16] Cuatro tópicos sobre Cataluña // El País. Madrid. 26.09.2015.

[17] El 9-N masivo reclama una salida política // La Vanguardia. Barcelona. 10.11.2014.

[18] Seísmo catalán // El País. Madrid. 04.10.2015.

[19] Chislett W. Pro-independence parties win the Catalan regional elections // Real instituto Elcano. 28.09.2015. URL: http://www.realinstitutoelcano.org/wps/portal/web/rielcano_en/contenido?WCM_GLOBAL_CONTEXT=/elcano/elcano_in/zonas_in/commentary-chislett-pro-independence-parties-win-the-catalan-regional-elections#.Vht52Ssn4nU (date of access: 12.10.2015)

[20] Roger M., González Liste A. Junts pel Sí prevé aceptar pate del plan anticapitalista de la CUP // El País. Madrid. 03.10.2015.

[21] González Liste A. La CUP descarta investir a Mas y declarar una secesión unilateral // El País. Madrid. 28.09.2015.

[22] Rajoy confirma que las elecciones generales serán el 20 de Diciembre // La mancloa. 01.10.2015. URL: http://www.lamoncloa.gob.es/

[23] Elecciones navideñas // El País. Madrid. 03.10.2015.

[24] Díez A. El PSOE cree que la campaña acabará en un duelo entre Rajoy y Sánchez // El País. Madrid. 04.10.2015.

[25] Casqueiro J. Líderes del PP reclaman a Rajoy caras nuevas en las listas de las generales // El País. Madrid. 05.10.2015.

[26] Sánchez pide a la CUP que no haga presidente a Mas // El País. Madrid. 03.10.2015.

[27] Casqueiro J. La oposición coincide ante 20-D: “Listos para el cambio” // El País. Madrid. 02.10.2015.

[28] Más que una moda // El País. Madrid. 05.10.2015.

[29] Mateo J.J. Ciudadanos financiará su campaña con ‘crowdfunding’ // El País. Madrid. 05.10.2015.

[30] Manetto F. Podemos insiste en la centralidad para competir con el PSOE y Rivera // El País. Madrid. 05.10.2015.

[31] Ciclo político, ciclo económico y ciclo inversor // Cinco Días. Madrid. 07.03.2015.

Читайте также на нашем портале:

«Испания: испытание Каталонией» Сергей Хенкин

«Пять измерений испанского кризиса» Петр Яковлев

«Испания: эффекты кризиса и посткризисная модель развития» Петр Яковлев

«Еврокризис и новая модель развития Испании» Петр Яковлев


Опубликовано на портале 12/10/2015



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика