Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Большие перемены у малых партий Германии

Версия для печати

Специально для портала «Перспективы»

Алексей Кузнецов

Большие перемены у малых партий Германии


Кузнецов Алексей Владимирович – руководитель Центра европейских исследований ИМЭМО РАН, член-корреспондент РАН, доктор экономических наук.


Большие перемены у малых партий Германии

Среди многих, в основном европейских, стран со сложными системами больших и малых общенациональных и региональных партий особый интерес представляет Германия. В настоящее время в различных выборах на территории ФРГ участвует около 70 политических партий и избирательных союзов, из которых 27 выставили свои списки на выборах 2009 г. в Бундестаг. В основе электорального успеха малых партий лежат фундаментальные изменения в базовых ценностях немцев, а также размывание старых идеологических делений и ориентиров.

В начале апреля 2012 г. президент России Д.А. Медведев подписал закон, значительно упрощающий регистрацию политических партий в стране. Этот шаг, наряду с восстановлением прямых губернаторских выборов может свидетельствовать о возврате России на демократический путь развития. Поскольку некоторые отечественные политики по-прежнему высказывают сомнения в необходимости существования малых партий, которые реально могут быть сформированы не профессиональными чиновниками-депутатами, а представителями гражданского общества, мне видится актуальной задачей рассмотрение успешного зарубежного опыта в этой сфере. Среди многих (в основном европейских) стран со сложными системами больших и малых общенациональных и региональных партий наибольший интерес представляет Германия. Как и Россия, эта страна имеет федеративное устройство, проходной барьер при парламентских выборах (при сочетании голосования по партийным спискам и за одномандатников), большие межрегиональные контрасты в электоральных предпочтениях.

Общие принципы партийной системы Германии

История партийной жизни в Германии полна драматизма. Уже в середине XIX в., еще до национального объединения, немцы сформировали ряд крупных политических партий. Вместе с тем даже за годы существования Германской империи не удалось создать устойчивой партийной системы. В провозглашенной в 1919 г. Веймарской республике политический ландшафт был чрезмерно раздроблен, так что партии не могли сформировать конструктивного парламентского большинства. В конечном счете все завершилось установлением в 1933 г. диктатуры национал-социалистов и запретом остальных партий. Хорошо известно, чем закончился опыт 12-летней монополии нацистской партии для всего мирового сообщества. Что касается Германии, то она в итоге пережила полный крах государственности и раскол территории.

Послевоенное партийное строительство в Западной Германии (где была образована ФРГ) и на Востоке (в рамках ГДР) шло параллельными путями. После объединения Германии в 1990 г. партийные различия между западными и восточными землями ФРГ полностью не исчезли, однако юридически вся территория страны стала жить по законам «старых» земель. В частности, деятельность политических партий в настоящее время регулируется федеральным законом «О политических партиях» (Parteiengesetz), принятым в ФРГ еще в 1967 г. (новая редакция – 1994 г., последние поправки внесены в 2011 г.). Он определяет основные принципы создания и функционирования политических партий в Германии, включая правила государственного софинансирования [8]. В целом закон является весьма либеральным по целому ряду аспектов. Так, согласно §2, иностранцы могут составлять почти до 50% членов партии. В соответствии с §18, на государственные средства (в зависимости от числа завоеванных голосов) претендуют партии, поддержанные на последних выборах в Европарламент или Бундестаг по крайней мере 0,5% избирателей либо получившие хотя бы 1% на выборах в один из 16 земельных парламентов. Кроме того, государственное софинансирование получают партии с популярными кандидатами-одномандатниками, а также партии национальных меньшинств.

Однако не стоит думать, что простота регистрации, доступность государственных средств, другие особенности избирательного законодательства определяют успех партий. Сдвиги в электоральных предпочтениях обычно отражают глубинные изменения в обществе, тогда как применяемые политические технологии лишь временно и частично могут искажать и подавлять сигналы, которые граждане в ходе выборов посылают политикам. Например, в 1950-е годы ужесточение в ФРГ избирательного законодательства втрое сократило число парламентских партий на федеральном уровне. На вторых федеральных выборах (1953 г.) 5%-ный проходной барьер для партий стал исчисляться в масштабах всей ФРГ, а не по отдельным землям, а начиная с третьих федеральных выборов (1957 г.) 5%-ный барьер не принимался в расчет только для партий, проведших по крайней мере трех одномандатников, а не одного, как в 1949 и 1953 г. В результате в 1961–1983 гг. в Бундестаге существовала квазидвухпартийная система (иногда расцениваемая экспертами как трехпартийная). С одной стороны, был блок Христианско-демократического союза (ХДС) и действующего вместо него в Баварии Христианско-социального союза (ХСС), с другой – Социал-демократическая партия Германии (СДПГ). Свободная демократическая партия (СвДП) могла претендовать лишь на роль младшего партнера в коалиции. В земельных парламентах (ландтагах) иногда этот перечень дополнялся одной-двумя малыми партиями.

Вместе с тем постепенно в стране росла электоральная поддержка других партий. Значительный успех «Зеленых» в 1980-е годы не просто расширил представительство малых партий в Бундестаге и ландтагах, но постепенно превратил партийную систему ФРГ в четырехпартийную. Состав правящих коалиций на федеральном и земельном уровнях все чаще стал зависеть от результатов «Зеленых» и СвДП. Наконец, объединение популярной в Восточной Германии Партии демократического социализма (бывшей СЕПГ, правившей в ГДР) с отколовшимся от СДПГ левым крылом вывело на общегерманскую арену в 2007 г. пятую партию – «Левых». Партийная система из квазидвухпартийной становится пятипартийной. Ослабление одной из двух «народных» партий (блока ХДС/ХСС или СДПГ) больше не ведет к автоматическому наращиванию потенциала другой [4].

Важно также отметить существенный рост популярности малых партий «второго эшелона». В настоящее время в различных выборах на территории ФРГ участвует около 70 политических партий и избирательных союзов. При этом лишь 27 партий выставили свои списки на последних выборах в Бундестаг в 2009 г., а в выборах в Европарламент в том же году участвовало 32 партии. Многие партии традиционно действуют в одной или нескольких соседних федеральных землях. У партий национальных меньшинств имеется естественное ограничение электоральной базы. Даже относительно популярный Южношлезвигский избирательный союз, представляющий интересы довольно многочисленной общины датчан и не подверженный ограничениям 5%-ного барьера в земле Шлезвиг-Гольштейн, набрал там на последних региональных выборах только 4,3%, получив в 95-местном ландтаге 4 мандата. Что касается, например, партии фризов в Нижней Саксонии или лужицких сорбов в Бранденбурге и Саксонии, то их политическая активность минимальна. Вместе с тем опыт баварского ХСС показывает, что региональный характер деятельности не является препятствием для успеха партии на выборах в Бундестаг.

Срок жизни некоторых партий в ФРГ ограничивается несколькими годами и нередко привязан к политической активности одного человека или узкой группы единомышленников. В настоящее время распустились, присоединились к другим партиям или прекратили активную деятельность почти все партии из числа 30, созданных после 1990 г. (включая партию популиста Рональда Шилля, которая смогла в 2001 г. на выборах в Гамбурге занять 3-е место с 19,4% голосов). Хотя и здесь есть исключения. В частности, Немецкая партия Центра (Deutsche Zentrumspartei) была основана в 1870 г. и являлась одной из крупнейших партий в Веймарской республике (входила почти во все правительства и делегировала 5 рейхсканцлеров). С появлением блока ХДС/ХСС опора Немецкой партии Центра на католический электорат значительно ослабла, однако партия продолжает участвовать в выборах. На выборах в Бундестаг в 2009 г., например, она получила 6,1 тыс. голосов избирателей (0,014% действительных бюллетеней). Насчитывающая около 650 членов, партия до сих пор ведет борьбу за места в районных законодательных органах [11].

Существуют возможности появления новых популярных общефедеральных партий из числа небольших. Именно так родился последний сенсационный успех на выборах в ФРГ: Пиратская партия Германии («Пираты») в 2011 г. прошла в парламент Берлина, а в 2012 г. повторила преодоление 5%-ного барьера в Сааре. Уже на выборах в Бундестаг в 2009 г. эта партия, созданная в 2006 г. по образцу шведских борцов за свободное информационное общество, набрала наибольшее число голосов среди партий, не прошедших 5%-ного барьера (2%). (Раньше считалось, что 1–2% на федеральных выборах является потолком для партий, ориентирующихся на узкие электоральные группы. В частности, существующая с 1993 г. экологическая партия, вынесшая в свой заголовок защиту животных, набрала на последних выборах в Бундестаг 0,5%, достигнув своего локального рекорда в 2,1% на выборах в ландтаг Саксонии.)

Предпосылки кризиса «народных» партий

Электоральный успех малых партий в ФРГ отчасти представляет собой одно из следствий кризиса «народных» партий. В то же время в основе данного процесса лежат фундаментальные изменения базовых ценностей немцев. Традиционное деление электората на «правых», «центристов» и «левых» во многом было обусловлено самоидентификацией граждан в системе координат, определяемой материальными ценностями и спецификой занятости в индустриальной экономике. Переход к постиндустриальному обществу, сопровождающийся ростом внимания к нематериальным потребностям (стремлению к самореализации, свободе мнений, повышенным требованиям к социальному общению, экологической обстановке и т.д.), привел к размыванию старых идеологических ориентиров. Кардинальные сдвиги на рынке труда, появление новых форм занятости, кризис профсоюзного движения подрывают опору классической социал-демократии. Однако и на правом фланге много проблем. В частности, можно упомянуть изменение в немецком обществе отношения к таким институтам, как семья и церковь [1, с. 114–130]. Нельзя забывать и о крахе в конце 1980-х годов мировой социалистической системы, что лишило ХДС/ХСС антикоммунистической риторики [2].

Изменения, происходящие в Германии, в целом характерны для всех европейских государств. В частности, происходит существенное сокращение численности членов партий при сохранении довольно высокой избирательной активности граждан – люди не верят в способность влиять на внутрипартийную жизнь, которая все чаще ассоциируется с жесткой иерархией, бюрократией и коррупционными скандалами. К тому же партийная принадлежность теперь редко помогает европейцам в их карьере [7, с. 55–56]. Если в ХДС и СДПГ, потерявших с момента объединения Германии в 1990 г. пятую часть членов, еще насчитывается по 0,5 млн чел., то «Зеленые», «Левые» или СвДП имеют в своих рядах по 60–70 тыс. членов (причем либеральная СвДП потеряла за 20 лет две трети численности). Большинство других партий насчитывают от нескольких сотен до нескольких тысяч членов. Постепенно повышается средний возраст партийцев [15]. Нельзя не заметить и неповоротливость некоторых германских партий в реакции на вызовы информационного общества – кризис партийной прессы, медленное освоение пространства сети Интернет делают партии менее удобным форматом общественно-политической борьбы по сравнению с разного рода гражданскими инициативами.

Нельзя не замечать и рост протестного голосования на немецких выборах. Стремление правящих элит все чаще мыслить категориями эффективности (для повышения конкурентоспособности германской экономики), а не солидарности отвратило от ведущих партий тех избирателей, которые в целом проиграли от роста интеграции страны в мировое хозяйство [1, с. 130]. Во многом необходимые, но тяжелые социальные реформы красно-зеленой коалиции Герхарда Шрёдера, продолженные СДПГ уже в рамках «большой коалиции» с ХДС/ХСС во главе с Ангелой Меркель, в немалой степени обеспечили ренессанс восточногерманской Партии демократического социализма. Так, в 2002 г. партия провела в Бундестаг лишь 2 одномандатников и не преодолела 5%-ный барьер (притом что в 1998 г. у нее было 35 мест в Бундестаге). Однако уже на выборах 2005 г. она, переименованная в «Левую партию. ПДС», на волне протестов против реформаторской программы социал-демократов «Повестка дня – 2010» набрала в блоке с западногерманской «Избирательной альтернативой за рабочие места и социальную справедливость» бывшего лидера СДПГ Оскара Лафонтена 8,7% голосов и получила 54 места. В 2007 г. окончательно завершилось слияние этих двух партий и была создана новая партия – «Левые», получившая на федеральных выборах 2009 г. 11,9% голосов и 76 мест.

Безусловно, подъему малых партий способствовали не только объективные долгосрочные сдвиги в электоральном поведении немцев, но и конкретные просчеты «народных» партий. Так, граждане ФРГ отрицательно встретили взаимные обвинения представителей последних в ходе предвыборной кампании 2005 г. Примечательно, что в итоге была создана «большая коалиция». Однако в ее рамках боязнь потерять поддержку избирателей вынуждала ХДС/ХСС и СДПГ нерешительно колебаться при проведении реформ здравоохранения и пенсионного обеспечения, что продолжало вести к разочарованию в этих партиях у разных групп населения [6, с. 43, 45–46]. На региональном уровне явными просчетами ХДС были, в частности, попытка введения платного высшего образования в 7 землях и переход без корректировки учебных программ на Болонскую систему бакалавр – магистр.

Старые и новые малые парламентские партии

В настоящее время наиболее мощной малой партией являются «Зеленые», хотя они и находятся в оппозиции на федеральном уровне. Наряду с ХДС/ХСС и СДПГ они представлены во всех земельных парламентах (табл.). Первый успех они одержали еще в 1979 г. в Бремене (под брендом «Бременский зеленый список»), а в 1982 г. были представлены уже в половине западногерманских ландтагов, включая Гамбург, где в выборах участвует полуавтономный «Зеленый альтернативный список» (GAL). Положение партии на Востоке страны после объединения Германии в 1990 г. было более сложным. Там первое время на выборах поддержку имели главным образом представители «Союза 90», а не традиционные «зеленые». Однако «Зеленые» постепенно расширяли электоральную базу по всей стране, в итоге добившись феноменальных успехов в 2011 г. – именно тогда они вернулись в парламенты Рейнланд-Пфальца и Саксонии-Анхальт, впервые получив места в ландтаге Мекленбурга – Передней Померании. Еще в 2010 г. «Зеленые» вошли в коалиционное правительство крупнейшей земли ФРГ – Северного Рейна-Вестфалии. Главная же их победа была связана с Баден-Вюртембергом, где они бессменно заседали в ландтаге с 1980 г. Здесь «Зеленые», заняв 2-е место с 24,2% голосов (против 11,7% в 2006 г.), впервые смогли получить в коалиционном земельном правительстве пост премьер-министра – для Винфрида Кречмана [12]. Выборы 2011 г. положили конец полувековой монополии ХДС в одном из крупнейших регионов Германии. При этом «Зеленые» вошли также в коалиционные правительства Бремена и Рейнланд-Пфальца.

Таблица 1. Партии Германии, получавшие места в Бундестаге или региональных парламентах с 1990 г.

Партия, избирательный союз

Доля «вторых» голосов на выборах в Бундестаг 2009 г., % [18]

Число мест в Бунде­стаге 2009 г. созыва

Доля голосов на выборах в Евро­парламент, 2009 г., %

Число земель­ных парла­ментов, где пред­ставлена партия

Число земель, где партия попа­дала в парла­менты с 1990 г.

Число земельных парламентов

разных со­зывов, где партия полу­чала места с 1990 г.

Христианско-демократический союз (CDU)

27,3

194

30,7

15

15

82

Социал-демократи­ческая партия Германии (SPD)

23,0

146

20,8

16

16

87

Свободная демократическая партия (FDP)

14,6

93

11,0

10

16

53

«Левые» (Die Linke), бывшая Партия демократического социализма

11,9

76

7,5

13

13

44

«Зеленые» (Grüne), а также «Союз 90/ Зеленые»

10,7

68

12,1

16

16

68

Христианско-соци­альный союз (CSU), партнер CDU

6,5

45

7,2

1

1

5

Пиратская партия Германии (Piraten)

2,0

-

0,9

2

2

2

Национал-демокра­тическая партия Германии (NPD)

1,5

-

-

2

2

4

«Республиканцы» (Die Republikaner)

0,4

-

1,3

0

1

2

Немецкий народный союз (Deutsche Volksunion)

0,1

-

0,4

0

4

8

Южношлезвигский избирательный союз (Südschleswigscher Wählerverband)

-

-

-

1

1

5

«Граждане в ярости», Бремен (Bürger im Wut)

-

-

-

1

1

2

Свободные избиратели Баварии (Freie Wähler)

-

-

-

1

1

1

«Партия Шилля», Гамбург (Partei Rechtsstaatlicher Offensive)

-

-

-

0

1

1

«Работа для Бремена и Бремерхафена» (Arbeit für Bremen und Bremerhaven)

-

-

-

0

1

1

«Вместо партии», Гамбург (Statt Partei)

-

-

-

0

1

1

Без учета парламентов Баден-Вюртемберга, Бремена, Гамбурга, Гессена и Шлезвиг-Гольштейна, выбранных в 1980-е годы, но закончивших работу в 1991-1992 гг.

Составлено автором на основе [9].

Второе место среди малых партий и по размеру фракции в Бундестаге (после СвДП), и по широте представительства в ландтагах (после «Зеленых») занимают «Левые». Одна из ключевых текущих проблем партии – неготовность большинства парламентских партий вступать с ними в коалицию. В частности, многие лидеры СДПГ обвиняют «Левых» в чрезмерно догматичной трактовке социализма и эксплуатации инерционных шаблонов массового сознания [3, с. 135–136]. Нельзя сбрасывать со счетов и внутрипартийную борьбу, прежде всего между западногерманскими левыми и восточногерманскими партийцами. Достаточно сказать, что лишь спустя 4 года после оформления партии «Левых» была принята официальная программа партии [10].

Среди других малых партий следует отметить праворадикальные. Они периодически сильно меняют свои программы, дрейфуя между экстремистскими и популистскими установками. При этом нередко партии очень точно улавливают настроения избирателей, включая в программы экологические требования, призывая к ужесточению борьбы с незаконным оборотом наркотиков и т.д. В результате иногда им удается достичь определенных успехов на выборах, однако почти никогда этот результат не повторяется при следующем голосовании (как вследствие закономерного разочарования избирателей в практической деятельности радикалов, так и благодаря мобилизации усилий их противников).

Созданная в 1964 г. Национал-демократическая партия Германии (НДПГ) в 1966–1968 гг. вошла в 7 ландтагов на волне популярности реваншистских настроений западногерманского населения. Однако затем НДПГ быстро растеряла поддержку избирателей. Если на федеральных выборах 1969 г. она собрала 4,3%, то уже в 1972 г. ее поддержали только 0,6% избирателей. При анализе такой динамики нельзя недооценивать усилия СДПГ – как на поле идеологической борьбы, так и в ходе конкретных выборов (в частности, НДПГ не провела ни одного одномандатника). Однако в 2000-е годы НДПГ вновь удалось сыграть на протестных настроениях – уже среди восточных немцев – и одержать ряд внушительных побед на местном уровне. В 2004 г. она вошла в ландтаг Саксонии (и затем повторила успех в 2009 г.), а в 2006 г. стала парламентской партией Мекленбурга – Передней Померании.

Несколько выросла поддержка НДПГ и на федеральном уровне, хотя у нее до сих пор нет никаких шансов на прохождение в Бундестаг. Тем не менее партия усиливает свою активность, в частности, предложив на последних выборах федерального президента в 2012 г. своего кандидата – Олафа Розе (он набрал всего 3 голоса делегатов Федерального собрания от НДПГ, в то время как известного правозащитника Иоахима Гаука поддержал 991 делегат от всех ведущих партий) [17, 18.03.2012]. Своего кандидата – Беату Кларсфельд – представили еще только «Левые» (за нее проголосовали 126 человек, притом что «Левые» были представлены 123 делегатами).

Немецкий народный союз – еще одна праворадикальная (однако в большей степени популистская, нежели экстремистская) партия, которая создана в 1987 г. на базе существовавшего с 1971 г. избирательного союза (отчасти родственного НДПГ). Она была представлена в 4 земельных парламентах: западных – Бремене и Шлезвиг-Гольштейне и восточных – Саксонии-Анхальт и Бранденбурге. Ради Немецкого народного союза в 2009 г. НДПГ даже не стала выставлять собственный список на выборах в Европарламент, однако партия набрала лишь 0,4% голосов. С 1 января 2011 г. Немецкий народный союз и НДПГ объединились.

Не исключено, что НДПГ будет запрещена за свою радикальную идеологию. Пока в истории ФРГ таких решений было только два – против Социалистической имперской партии в 1952 г. и Коммунистической партии Германии в 1956 г., притом что последняя была парламентской партией (в разное время в ландтагах почти всех западных земель). Примечательно, что созданная в 1968 г. Германская коммунистическая партия ни разу не смогла преодолеть 5%-ный барьер при выборах в ландтаги.

Результаты созданной в 1983 г. праворадикальной партии «Республиканцев» скромнее. До объединения страны она проходила лишь в земельный парламент Западного Берлина, а кроме того набрала в 1989 г. 7,1% на выборах в Европарламент, сотворив малоприятную сенсацию. Необходимо отметить, что правоцентристские партии ФРГ начинают вытеснять радикалов с политической арены. В 1990 г. «Республиканцы» получили на выборах в Бундестаг объединенной Германии только 2,1%. При этом (как и в случае борьбы СДПГ с НДПГ на рубеже 1960–1970-х годов) партии не удалось в ходе противоборства с ХДС/ХСС провести своих одномандатников. В 1992–2001 гг. депутаты от «Республиканцев» заседали в ландтаге Баден-Вюртемберга (однако в 2001 г. партия набрала лишь 4,4%, а в 2011 г. получила в этой земле вообще только 1,1%). Лучший результат на региональных выборах последнего цикла – 1,4% в Баварии в 2008 г.

Кризис Свободных демократов, прорыв «Пиратов»… Что дальше?

Особое место среди малых партий занимает созданная в 1948 г. либеральная СвДП. Неоднократно участвуя в федеральных и земельных правительствах, за последние несколько лет СвДП пережила сначала небывалый рост популярности, а потом катастрофическое падение электоральной поддержки. В 2009 г. на выборах в Бундестаг СвДП получила почти 15%, причем эксперты стали говорить о реальном расширении электоральной базы либералов за счет других партий. Вхождение СвДП в правящую коалицию также нельзя было рассматривать как формальность – после 11-летнего пребывания в оппозиции либералы пришли в федеральное правительство со свежими идеями и желанием претворять их в жизнь [14]. Однако очень быстро СвДП потеряла популярность – как из-за отдельных ошибочных решений (например, введения льгот по НДС для гостиниц), так и вследствие невозможности выполнить важные предвыборные обещания (прежде всего связанные со снижением налогового бремени) при доминировании в коалиции блока ХДС/ХСС.

Рис. 1. Партийный состав земельных парламентов (апрель 2012 г.)
Germany.jpg

Составлено автором на основе [9].

После череды поражений на земельных выборах в 2011 г. СвДП попыталась сначала омолодить партийную верхушку, сделав лидером молодого министра здравоохранения Филиппа Рёслера. Однако в отсутствие сколько-нибудь существенных изменений идеологии перестановки в руководстве мало помогли [5, с. 321]. Начавшийся в 2011 г. новый электоральный цикл привел к обновлению половины земельных парламентов, при этом СвДП упрочила свои позиции лишь в Гамбурге, потеряв представительство в нескольких ландтагах (рис.). На досрочных выборах в марте 2012 г. в Сааре либералы получили лишь 1,2% голосов, так что теперь последним боем за политическое выживание для партии становятся досрочные выборы 13 мая 2012 г. в Северном Рейне-Вестфалии [17, 7.04.2012]. По опросам Алленсбахского института, в начале апреля 2012 г. в целом по ФРГ за СвДП отдали бы голоса лишь 3,5% избирателей, притом что популярность блока ХДС/ХСС (партнера по правящей коалиции) выросла до 34,5%. Увеличилась и популярность СДПГ – до 28%. На федеральном уровне СвДП пропускает далеко вперед не только «Зеленых» и «Левых», но и «Пиратов» [16].

Хотя судьба СвДП вызывает много вопросов, куда туманнее перспективы партии «Пиратов». Неожиданный успех ей обеспечили смелые популистские идеи, связанные с «цифровой революцией». «Пираты» предлагают реформу патентного права (особенно в отношении программного обеспечения), перевод системы образования с учебных планов на учебные цели (среди которых важное место отводится навыкам обращения с информационными технологиями), радикальное улучшение защиты персональных данных, отказ от биометрических технологий учета населения, запрет электронного голосования и т.д. [13]. К сожалению, внятная экономическая программа у партии пока отсутствует. При этом попадание в региональные парламенты без участия в коалиционных правительствах мало способствует превращению партии в зрелую политическую структуру. На мой взгляд, «Пираты» рискуют повторить судьбу многих популистских партий ФРГ, которые входили в ландтаги на 4–10 лет, а потом возвращались к маргинальным позициям.

Вместе с тем феномен «Пиратов» показывает важную тенденцию – немцы готовы голосовать за все большее количество партий, причем при 4–5 фракциях в парламенте они способны принять почти любой формат правящей коалиции. В некоторых странах это привело бы к росту неустойчивости партийной системы, нестабильности политической, а вслед за этим и экономической жизни. Однако поведение Германии в условиях мирового кризиса и обострившегося кризиса в зоне евро показывает, что немецкое общество может выбирать рациональную стратегию, обеспечивающую стране устойчивое развитие. Умение ХДС, на данный момент ведущей партии, работать одновременно в коалициях с разными политическими силами на федеральном уровне и в отдельных землях позволяет в ходе ожесточенных споров вырабатывать эффективные решения. При этом СДПГ не оставляет попыток вновь поменяться местами с ХДС, уже укрепившись в ряде федеральных земель. Однако и малые партии не согласны на роль статистов. В результате в немецком обществе на практике реализуется мысль германских ордолибералов, разрабатывавших основы модели социального рыночного хозяйства, – о взаимозависимости общественных подсистем (порядков). Действительно, в ФРГ при политической демократии обеспечивается конкуренция также и в экономической сфере, которая, в свою очередь, служит залогом устойчивого хозяйственного развития при более или менее успешной борьбе с безработицей и решении других социальных проблем.

Примечания:

[1] Германия. Вызовы XXI века / Под ред. В.Б. Белова. – М.: Весь Мир, 2009.

[2] Иерусалимский В.П. Правоцентристский сегмент партийно-политической системы ФРГ в процессе ее общей трансформации // Вестник Московского университета. Серия 25 – Международные отношения и мировая политика. 2010. №2. С. 66-94.

[3] Иерусалимский В.П. ФРГ: партийный ландшафт накануне выборов (часть первая) // Современная Европа. 2009. №2. С. 129-142.

[4] Иерусалимский В.П. ФРГ: партийный ландшафт накануне выборов (часть вторая) // Современная Европа. 2009. №4. С. 98-109.

[5] Кузнецов А.В. Германия: динамизм экономики, сдвиги на политической сцене // Год планеты. Выпуск 2011 года. С. 309-323.

[6] Тимошенкова Е.П. «Большая коалиция» в Германии // Современная Европа. 2009. №1. С. 41-54.

[7] Швейцер В.Я. Многопартийность: перемены на Западном фронте // Современная Европа. 2003. №2. С. 55-63.

[8] Gesetz über die politischen Parteien (Parteiengesetz). Ausfertigungsdatum: 24.07.1967, neugefasst v. 31.01.1994, zuletzt geändert v. 23.08.2011 (http://www.gesetze-im-internet.de/bundesrecht/partg/gesamt.pdf).

[9] Интернет-портал Федеральной избирательной комиссии (http://www.bundeswahlleiter.de), который содержит информацию о федеральных, земельных и районных выборах, а также выборах в Европарламент.

[10] Сайт Левой партии (http://www.die-linke.de).

[11] Сайт Немецкой партии Центра (http://www.deutsche-zentrumspartei.de).

[12] Сайт партии «Союз 90 / Зеленые» (http://www.gruene.de).

[13] Сайт Пиратской партии Германии (http://www.piratenpartei.de).

[14] Сайт Свободной демократической партии (http://www.fdp.de).

[15] Kieβling A. Politische Kultur und Parteien in Deutschland. Sind die Parteien reformierbar? // Aus Politik und Zeitgeschichte. 2001. Band 10. S. 29-37.

[16] Сайт Institut für Demoskopie Allensbach (http://www.ifd-allensbach.de).

[17] Газета «Frankfurter Allgemeine Zeitung» (http://www.faz.net).

[18] В ФРГ каждый избиратель имеет два голоса: первый голос – для избрания депутата по избирательному округу, второй голос – для голосования по земельному списку кандидатов.

Читайте также на нашем портале:

«Россия - Германия: инвестиционные и торговые связи» Алексей Кузнецов

«Россия и Германия: ключи к пониманию» Наталья Тоганова

Итоги выборов в Германии: дайджест

«Насколько едина объединенная Германия? Восточные и западные немцы 20 лет спустя (По материалам немецкой печати)» Вера Дубина

««Русская политика» немецкого Бундестага » Гемма Пёрцген


Опубликовано на портале 04/05/2012



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика