Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Российская повседневность в условиях кризиса: взгляд социологов

Версия для печати

Избранное в Рунете

Институт социологии РАН

Российская повседневность в условиях кризиса: взгляд социологов


Российская повседневность в условиях кризиса: взгляд социологов

Повседневность современной России, несмотря на влияние глобального финансово-экономического кризиса, мало в чем претерпела изменения сравнительно с докризисным периодом. Хотя немалая доля населения ощутила на себе эффект кризиса, в целом привычные способы и условия жизни, социальный настрой и жизненные приоритеты для основной части российского общества остались прежними.

Что такое повседневность? Существует огромное количество и чисто обыденных, и сугубо философских, социологических объяснений данного понятия. В контексте житейской трактовки, повседневность – это привычные, из раза в раз повторяющиеся формы жизнедеятельности, когда происходит реализация насущных потребностей человека. А с позиции замысловатой и наиболее распространенной научной интерпретации, повседневность понимается как процесс жизнедеятельности индивидов, который развертывается в общеизвестных ситуациях на базе самоочевидных ожиданий. При этом, для более четкого водораздела повседневности и всего того, что лежит за ее границами, повседневность противопоставляется: как будни – празднику; как общедоступные формы деятельности – высоким специализированным ее формам; как жизненная рутина – мгновениям острого психологического напряжения; как действительность – идеалу.

В условиях многолетней сложившейся повседневности, которую к тому же сопровождает стабильное социально-экономическое развитие общества, бóльшую часть населения мало чем можно отвлечь от привычной жизненной рутины. А вот когда сложившиеся типологические каноны повседневной реальности рушатся, хотя бы отчасти, хотя бы в отдельных сферах жизни, что тогда происходит с людьми и обществом в целом? Как все то, что стало ранее предметом «оповседневливания» начинает сочетаться и взаимодействовать с качественно новыми, стремительно привнесенными реалиями жизни? Скажем, с такими, которые связаны с глобальным финансово-экономическим кризисом? Как различные слои населения начинают (и начинают ли?) адаптироваться к кризисному порядку повседневности, как меняется мотивация их поведения в различных сферах жизнедеятельности, да и вообще – воздействует ли «кризисный тип» повседневности на смену жизненных стратегий людей?

Что бы попытаться ответить на эти и подобные им вопросы, одних абстрактно-теоретических умозаключений явно недостаточно. Необходимо наличие практического, эмпирического материала, который можно получить только при осуществлении масштабного комплексного социологического исследования. Именно такое исследование и было проведено в феврале 2009 г. Институтом социологии Российской академии наук (ИС РАН) в сотрудничестве с Представительством Фонда им. Ф. Эберта в РФ.

Исследование проведено по общероссийской квотной выборке, охватившей 1750 респондентов от 18 лет и старше в 12 территориально-экономических районах РФ (согласно районированию Росстата), а также в Москве и Санкт-Петербурге. Соблюдались общероссийские параметры квот по полу, возрасту, социально-профессиональной принадлежности и типу поселения. В соответствии с имеющимися статистическими данными и задачами исследования опрос проводился среди следующих социально-профессиональных групп населения: рабочих предприятий, шахт и строек, инженерно-технической интеллигенции, гуманитарной и творческой интеллигенции, служащих, работников сферы бытовых и интеллектуальных услуг, военнослужащих, предпринимателей малого и среднего бизнеса, студентов вузов, пенсионеров, работников села. <…>

Бытовые аспекты повседневной жизни россиян

Жилищные условия россиян, наличие товаров длительного пользования в их доме, или на даче, наличие приусадебного участка, с которого многие семьи подчас «кормятся» весь год, составляют ту основу, на которой протекает повседневная жизнь россиян со всеми ее радостями и горестями, стремлениями и разочарованиями. Вот почему, прежде чем рассматривать, как складывается их повседневная жизнь в семье и на работе, как выглядят их социальные чувства, досуг и здоровье, нужно отчетливо представить себе, что составляет «рамочные условия» их существования, в какой предметной среде протекает их жизнь.

Начнем с описания жилищных условий россиян. Прежде всего, отметим, что как сами жилищные условия россиян, так и удовлетворенность ими отмечены в последние годы положительной динамикой (см. рис. 1).

Рисунок 1. Оценки россиянами своих жилищных условий как «хороших» или «плохих», 1994-2009 гг., % [1]


Как видим, с 1998 года, несмотря на колебания, доля считающих свои жилищные условия хорошими устойчиво превышала долю считающих их плохими а начиная с 2006 г. ситуация в этой области характеризовалась ростом удовлетворенности населения страны своими жилищными условиями. При этом, однако, колебания характеризовали лишь долю считающих свои жилищные условия хорошими, а вот доля считающих их плохими, начиная с 2000 г., неуклонно падала.

Что же в понимании россиян означает «хорошие» и «плохие» жилищные условия?

Как показало исследование, если говорить о качестве жилья, то существует только одна группа, которая свои жилищные условия считает хорошими – это те жители нашей страны, которые имеют отдельный дом или коттедж со всеми коммунальными удобствами. Она составляет 7% населения страны, свыше 80% россиян имеют более 18 кв. м общей площади на человека, в том числе свыше половины – более 24 кв. м. Учитывая, что медианным показателем в России сейчас являются 17 кв. м на человека, а cреднеарифметическим – 20 кв. м, это означает очень неплохие жилищные условия данной группы в части обеспеченности «квадратными метрами».

Если говорить о населении в целом, то лишь четверть населения страны имеет на человека 24 и более кв. м общей площади жилища, характеризует, в то время как более четверти имеют менее 12 кв. м общей площади на человека. При всей плачевности подобной картины, это все-таки несколько лучше, чем было еще несколько лет назад – в 2003 г. менее 18 кв. м на человека имели 62% (при 56% в 2009 г.), в том числе менее 12 кв. м – 30% (при 27% в 2009 г.). Более 24 кв. м общей площади на человека в 2003 г. имел при этом лишь 21% (при 24% в 2009 г.).

Увеличение числа квадратных метров общей площади жилищ, приходящихся на среднего россиянина, обусловлено тем, что каждый пятый житель нашей страны улучшил за этот период свои жилищные условия. И хотя за собственные средства это удалось сделать лишь каждому десятому, а для остальных это было обусловлено внешними факторами (наследство, получение «социального» жилья, разъезд с близкими или их смерть и т. п.), данные факты многое объясняют и в плане роста удовлетворенности жилищными условиями, и в плане роста количества кв. м площади, приходящейся на каждого жителя страны.

Что касается того, что означает для россиян «плохие» жилищные условия, то, прежде всего, стоит отметить: относительно чаще (примерно в 40% случаев) россияне склонны оценивать свои жилищные условия плохими, кто не имеет собственного отдельного жилья, проживая либо в общежитиях, либо в коммунальных квартирах или части дома, либо снимая жилье. Максимума (45% считающих свои жилищные условия плохими) этот показатель достигает в группе, где не только нет отдельного жилья, но и имеющееся жилье лишено коммунальных удобств. В связи с этим стоит отметить, что до сих пор только 75% населения живет в России в жилищном фонде, имеющем все коммунальные удобства, и практически каждый двадцатый проживает в жилищах, не имеющих никаких коммунальных удобств. В жилищах остальных россиян есть лишь часть коммунальных удобств – например, электричество, но нет канализации или центрального отопления.

Близко к этому показателю (40% считают свои жилищные условия плохими) подходит и неудовлетворенность своим жильем у тех, кто проживает в тесноте, имея менее 6 кв. м общей площади на человека. В большинстве своем эта группа не имеет отдельного жилья, а треть ее вообще проживает в общежитиях или съемном жилье. В то же время «нормальными», т. е. такими жилищными условиями, при которых доля считающих свое положение хорошим начинает устойчиво и значительно превышать долю считающих его плохим. На протяжении всех последних лет в России выступает наличие 12 и более кв. м на человека. <…>

Самая благополучная массовая группа – это те, у кого на человека приходится от 24 до 30 кв. м. Это на 35% обитатели полностью благоустроенных трехкомнатных квартир, и на 20% – также полностью благоустроенных отдельных домов, причем в обоих случаях это, как правило, люди семейные. Остальные, примерно поровну, распределяются между обитателями благоустроенных двухкомнатных квартир и отдельных домов, не имеющих полного комплекта коммунальных удобств.

В связи с этим стоит отметить, что, в отличие от количества квадратных метров, приходящихся на человека, распределение россиян по типам жилищ не демонстрирует значимой тенденции к улучшению, хотя доля тех, кто проживает в отдельных домах за это время заметно выросла (видимо, в связи с активным коттеджным и индивидуальным строительством), а доля тех, кто проживает в 3-х и многокомнатных квартирах на такое же число процентов сократилась (вероятно, в этом решающую роль сыграло стремление строителей строить наиболее ликвидные 1-2-комнатные квартиры, которые, к тому же, наиболее востребованы и в рамках различных социальных программ). Учитывая, что доля отдельных домов со всеми удобствами выросла за последние 6 лет почти вдвое, то жилищные условия наиболее благополучной части населения постепенно меняются. Представители данной группы все чаще живут в отдельных благоустроенных домах, хотя, разумеется, в массе своей далеко не шикарных, и относительно реже – в трехкомнатных и многокомнатных квартирах. Однако менее благополучная часть населения практически не меняет типа занимаемого жилья – доля живущих в общежитиях, съемном жилье, коммуналках, части дома и 1-2-комнатных квартирах остается практически неизменной.

Даже из этого весьма беглого обзора жилищных условий россиян видно, что та «крыша над головой», под которой протекает повседневная жизнь большинства из них, очень далека от идеала, а сами люди более чем неприхотливые, если, проживая в таких условиях, считают данную сторону своей жизни, по меньшей мере, удовлетворительной. Ведь лишь 49% их проживает сегодня в условиях, когда соблюдаются одновременно три условия: на человека приходится не менее 12 кв. м общей площади, у его семьи есть свое отдельное жилье (хотя это далеко не всегда означает, что такое жилье находится в его собственности) и это жилье имеет все коммунальные удобства. Если же поднять планку метража до 18 кв. м, считавшихся еще несколько лет назад социальной нормой на человека, то доля населения, проживающего в столь «благополучных» (ведь сюда попадают и разваливающиеся пятиэтажки в райцентрах, и ветхий жилой фонд столетней и более давности в крупных городах) условиях, сократится до 30%.

Описав, в каких жилищах живут сегодня россияне, проанализируем, какова же «вещная составляющая» их повседневной жизни, из чего состоит набор товаров длительного пользования (ТДП), с которым они ежедневно имеют дело.

Таблица 1. Наличие ТДП у россиян, 2003/2009 гг., % [3] (проранжировано по наличию соответствующих ТДП в 2009 году)

Как видно из таблицы 1, имущество россиян, составляющее предметную среду их повседневной жизни, меняется довольно быстро и в целом, бесспорно, нарастает. При этом оно делится на несколько групп. Первая группа включает 7 предметов, присутствующие в подавляющем большинстве домохозяйств страны. Это холодильник, цветной телевизор, ковер или палас, пылесос, стиральная машина и какой-нибудь мебельный гарнитур. Это предметы, которые были ранее и находятся сейчас в распоряжении более чем 80% российских семей, причем в 2009 г. к ним добавился мобильный телефон (в 2008 г. он имелся в 78% домохозяйств, а в 2006 г. – у 57%) и мелкая кухонная бытовая техника. При этом именно мобильный телефон стал самым активно покупаемым предметом за последние 6 лет, и обеспеченность им в итоге выросла в четыре раза. В то же время бурная «телефонизация» страны не означает, что активно покупались в этой группе ТДП только сотовые телефоны. Две трети россиян обновили за это время свои цветные телевизоры, свыше половины – холодильники и пылесосы. Менее популярны были покупки нетехнических по своей природе товаров – лишь около трети россиян приобрели разного типа мебельные гарнитуры и около четверти – ковры или паласы.

Вторую группу составляют товары, присутствующие у значительной части россиян (от трети до двух третей). Эта группа, в отличие от первой, где ярко выраженная динамика характеризовала лишь ситуацию с мобильным телефоном, и, в меньшей степени, мелкой кухонной техникой, делится по критерию динамики обеспеченности соответствующими ТДП на две подгруппы. Одна из них включает товары, обеспеченность которыми за это время резко выросла. Так, заметно улучшилась обеспеченность россиян различного рода электроинструментом. В итоге такого типа ТДП, которые в 2003 г. отсутствовали в товарном наборе большинства россиян, теперь присутствуют в нем, хотя и не стали еще «нормой жизни». Часто покупались в этот период из товаров данной группы и компьютеры. В итоге, как и в случае с кухонной бытовой техникой, они впервые появились за последние 6 лет в 27% домохозяйств, однако с учетом разной их распространенности в 2003 г. разница в оснащенности ими россиян различалась в 2009 г. весьма значительно – 67% россиян имели мелкую кухонную технику и 49% – компьютеры.

Чрезвычайно активно входили в повседневную жизнь россиян в эти годы также цифровая видеотехника, автомобили-иномарки, спутниковое телевидение, домашние кинотеатры и кондиционеры. Это разного типа товары, удовлетворяющие разные потребности и имеющие разную стоимость. Однако есть у них и нечто общее, что сближает их с мобильными телефонами и компьютерами – все это приметы нового быта, той повседневной реальности, которая отсутствовала во времена Советского Союза. Кроме того, вся эта техника относится к числу высокотехнологичных товаров. Таким образом, предметная среда, составляющая основу повседневной жизни россиян, за годы экономического подъема значительно расширилась и обогатилась, прежде всего, за счет высокотехнологичных товаров. Это выступает в глазах россиян немалым достижением экономических реформ двух последних десятилетий.

Отдельно надо сказать о тех ТДП из группы достаточно широко распространенных товаров, доля владельцев которых не изменилась или выросла за эти годы лишь незначительно, хотя обновление их шло. Это видеомагнитофон и музыкальный центр, которые приобрели за последние годы чуть больше четверти домохозяйств в России, а также отечественный автомобиль, который имеют сегодня 34% домохозяйств страны.

Особенно интересна ситуация с отечественным автомобилем. На первый взгляд, доля владельцев отечественного автомобиля выросла за 6 лет лишь на 6%, т. е. росла по 1% за год. Однако за этими цифрами стоят более сложные процессы, чем просто приращение данного типа автовладельцев на 1% каждый год. Практически половина домохозяйств, имеющих отечественные автомобили, приобрела их в последние 6 лет. Одновременно часть прежних их владельцев «пересела на иномарки», хотя далеко не все продали при этом свои старые отечественные автомобили – каждый пятый владелец иномарки имеет и продукцию отечественного автопрома. Таким образом, 3% населения имеет одновременно и иномарку, и отечественный автомобиль, а 52% россиян вообще никакого автомобиля не имеют.

Интересно также, что хотя доля владельцев отечественных автомобилей вдвое выше, чем владельцев иномарок, именно иномарки покупались в последние годы относительно активнее. Так, за последние 6 лет 10% российских домохозяйств приобрели иномарки. При этом 3% заменили имевшиеся у них ранее иномарки, а 7% – это новые владельцы автомобилей иностранного производства. Подобные показатели для отечественных автомобилей составили соответственно 15%, 9% и 6%, т. е. иномарки уже обогнали по популярности у нынешних покупателей отечественные автомобили.

Третью группу товаров длительного пользования составляют предметы, которые пока относительно редки. При этом часть их быстро увеличивает свое присутствие в повседневной жизни россиян, а показатели распространенности других практически неизменны. К ним относятся цифровая техника, уже упоминавшийся автомобиль-иномарка, спутниковое телевидение, домашний кинотеатр, кондиционер, т. е. высокотехнологичные товары, которые, за исключением кондиционера, не столько упрощают, сколько разнообразят быт, делают его интереснее. К тем же, чья распространенность практически не меняется – морозильная камера, мотоциклы, посудомоечные машины, импортные тренажеры.

Наконец, в четвертую группу – товаров, постепенно уходящих из повседневной жизни россиян – попал лишь черно-белый телевизор. При этом лишь каждый десятый среди владельцев черно-белого телевизора, т. е. около 1,5% россиян, не имеют цветного телевизора, а у остальных он, как правило, просто доживает свой век. <…>

Интересно отметить в этой связи, что российская очередность приобретения различных товаров и наличие их в различных слоях населения не во всех отношениях совпадает с теми приоритетами, которые характеризуют ситуацию в странах Западной Европы. Так, например, как показывают данные исследования Eurobarometer [7], 95% немцев считают, что пристойная жизнь невозможна, например, без холодильника (как и россияне, практически полностью имеющие его в составе домашнего имущества). Однако при этом для жителей Германии посудомоечная машина стала столь же необходимым компонентом жизни вне черты бедности, как и холодильник (90% их считают ее наличие абсолютно необходимым или необходимым ее условием). Компьютер в глазах немцев к числу такого рода компонентов не относится – лишь около 20% их считает его необходимым компонентом такой жизни. Россияне же массово покупают, даже при их относительно большей стоимости, компьютеры, предпочитая обходиться без посудомоечных машин. То же самое относится и к цветным телевизорам, которые в России присутствуют даже в самых бедных домохозяйствах, в то время как в Германии их наличие считают абсолютно необходимым даже для бедных семей лишь около 40%.

Как выглядят такие составляющие повседневного быта россиян как возможность нормально питаться или одеваться, а также их самооценки своего материального благосостояния. В целом можно сказать, что своим питанием россияне скорее довольны, чем недовольны, а вот материальным положением и даже возможностью приобрести необходимую одежду – скорее недовольны, чем довольны, и одно это говорит о материальной составляющей их повседневной жизни. Однако, если не считать последнего года с повлиявшим на настроения и положение россиян экономическим кризисом, ситуация во всех этих областях имела на протяжении ряда лет отчетливую тенденцию к улучшению.

Жизненные целеустремления российских граждан и степень их реализации

Для того чтобы получить представление о повседневной жизни россиян, недостаточно описать ее отдельные бытовые и даже нематериальные стороны. Необходимо понять, каковы общие запросы населения к своей повседневной жизни, какова идеальная модель жизненного существования в представлении россиян, и насколько эта модель реализуется на практике. Вот почему следует выяснить то, а что важно для россиян в их жизни, каковы их жизненные приоритеты.

Как показывают данные исследования, наиболее важной сферой жизни для подавляющего большинства наших сограждан является семья. Эту сферу жизни назвали очень важной или важной для себя практически все россияне. Далее следуют друзья и работа. Три четверти россиян считают для себя важным или очень важным свободное время, чуть более половины называют в качестве важной для них сферы жизни религию. И только политика как сфера общественной жизни чаще оказывается для россиян неважной (см. рис.8). При этом не просто важными, а очень важными для большинства населения страны в настоящее время являются только их семья и их работа.

Рисунок 8. Доля россиян, считающих приведенные сферы общественной и личной жизни очень важными или важными, % (отранжировано по доле ответов «очень важно»)

Из рисунка 8 видны общие жизненные приоритеты россиян. Для подавляющего большинства из них желаемая модель жизни включает такие важнейшие элементы, как хорошая семья, друзья, работа и свободное время. При этом среди респондентов вообще не оказалось тех, кто одновременно считал бы все эти четыре сферы не важными для себя, 24% отметили в ряду важных и очень важных для себя все четыре данных сферы жизни, и еще 52% выбрали три из них. Если же учесть также такие сферы жизни, как политика и религия, которые относительно реже упоминаются россиянами в числе важных для них, то оказывается, что 15% россиян выбирают все шесть сфер жизни как важные для себя, а 21% считают важными не более половины из них.

Чем же отличаются те, кто выбирает в качестве важных для себя сфер жизни более половины из перечисленных вариантов (79% всего населения) и те, кто выбирает только половину или менее из предложенных сфер (21%)? Прежде всего, стоит отметить, что представители второй группы гораздо чаще являются представителями семей пенсионеров или семей с пенсионерами или инвалидами 1-2 групп – таковых среди них 45% при 30% среди первой группы. Поэтому неудивительно, что представители второй группы оказываются значительно старше представителей первой – среди них 43% старше 55 лет, в то время как в первой группе таковых более чем в два раза меньше (20%).

Кроме того, представители второй группы чаще проживают в селах (33% против 24% в первой группе), в то время как в мегаполисах в 2,5 раза чаще можно встретить представителей первой группы, а не второй (12% и 5%, соответственно). Средний доход у тех, кто считает важными для себя меньшее количество сфер жизни, также оказывается ниже, чем у тех, кто проявляет интерес к более разнообразной жизни. Таким образом, типичные россияне, попавшие во вторую, условно выделенную нами группу, – это представители старших возрастных когорт, зачастую пенсионеры, проживающие в небольших городах и имеющие средние или ниже средних доходы. Именно для этой группы населения характерен более низкий интерес к различным сферам жизни, которые россиянами в целом воспринимаются обычно как важные и значимые, т. е. суженный спектр жизненных интересов. Основная же масса россиян в этом вопросе является скорее «максималистами», проявляющими интерес к различным сферам жизни.

Далее сравним, как соотносятся жизненные приоритеты жителей России с приоритетами, характерными для жителей Западной Европы (на примере Германии), Восточной Европы (на примере Польши) и стран Востока (на примере Китая) [11] (см. табл.5).

Таблица 5. Доля считающих приведенные сферы общественной и личной жизни очень важными для себя, % от респондентов в каждой стране (отранжировано по важности сфер жизни для россиян)

Как видно из таблицы 5, ближе всего общая модель идеальной жизни у россиян с моделью, характерной для жителей Германии. При этом на первом месте для жителей всех рассматриваемых стран стоит семья. Эту сферу жизни считают важной или очень важной 96%-99% населения всех рассматриваемых стран, а очень важной – 78%-94%. При этом как очень важную эту сферу жизни отмечают 88% россиян, что ниже, чем в Польше (94%), но выше, чем в Германии и Китае. Если же посмотреть на величину разрывов в показателях, то Россия находится в этом отношении практически посередине между Германией и Польшей.

На втором месте по доле оценок «очень важно» для жителей Польши и Китая, как и для жителей России, находится работа, по оценкам относительной важности которой Россия оказывается, впрочем, ниже, чем Польша, но выше, чем Китай и Германия. Однако в абсолютных величинах разрыв этих показателей оказывается наименьшим (всего 5%) между россиянами и жителями Германии.

Далее следуют друзья – по этой позиции Россия оказывается очень близка к Германии (49% и 52% населения в них называют эту сферу жизни очень важной для себя).

По важности свободного времени Россия оказывается близка к обеим рассматриваемым европейским странам – Польше и Германии (29%-30% считающих свободное время очень важным), в то время как в Китае эта доля более чем в два раза ниже и составляет лишь 12%.

По важности для населения страны религии Россия оказывается в одной группе с Китаем и Германией, с одной стороны, и противостоит Польше (где религия особо значима) – с другой.

Наконец, по вопросу о роли политики в их жизни россияне находятся на уровне Польши и близки к жителям Германии; в Китае же роль политики для населения оказывается заметно выше. Интересно, что по вопросу ценности религии и политики Россия кардинально отличается и от Польши, и от Китая. И Польша, и Китай имеют ярко выраженную специфику (высокая значимость религии в Польше и бóльшая значимость политики, чем религии – в Китае), а вот Россия и Германия не только вновь демонстрируют в этом отношении единую картину жизненных приоритетов, но и очень близки по абсолютным показателям.

Интересно также, что о важности для них 5 или 6 из перечисленных сфер заявляли более половины (69%) населения Польши, в то время как в остальных странах аналогичная доля оказалась намного ниже – 44% в России, 39% в Германии (в чем опять прослеживается их близость) и лишь 26% в Китае, для жителей которого характерен суженный спектр жизненных интересов.

Какова же важность для населения России различных сфер жизни и характерных для них жизненных приоритетов? Какова идеальная модель жизни для россиян существует? Об этом можно узнать из анализа ответов на вопрос о том, чего в жизни они хотели бы добиться, а чего вообще не было в их жизненных планах. <…>

Для подавляющего большинства населения (свыше 75%) наиболее значимыми и важными жизненными планами являются те из них, которые связаны с семьей, друзьями, желанием прожить свою жизнь честно и не хуже других, получить хорошее образование и посетить разные страны мира. Именно это – главные элементы идеальной модели жизни в представлении типичного россиянина. Все отмеченные цели не противоречат друг другу и образуют достаточно гармоничную модель жизни. <…>

Очевидно, что для большинства россиян гораздо важнее прожить свою жизнь так, «как все», добившись, при этом, личных достижений в сферах семьи, дружбы и работы, чем стремление оказаться на «верхушке» общества, став знаменитым, богатым или сделав карьеру. <…>

Роль работы в повседневной жизни населения России

Одной из наиболее значимых сфер повседневной жизни современного человека наряду с семьей является работа. Для кого-то она выступает главным источником средств к существованию или способом получения дополнительных заработков. Другие воспринимает работу как инструмент приложения своих талантов и творческих амбиций. Для третьих – работа может служить способом дополнительного общения и т. п. Однако, какую бы роль работа не играла в жизни конкретного человека, бесспорно одно – она занимает в жизни россиян второе место по значимости после семьи.

При этом работе россияне уделяют гораздо больше времени, чем семье. Почти половина (47%) населения работает сверхурочно. По нормативам, установленным КЗОТ (40 часов в неделю), трудится лишь треть работающих россиян. Почти 20% трудятся меньше этого времени, т. е. имеют неполную занятость. Вместе с тем, значительные переработки (более 50 часов в неделю) в России являются верным признаком того, что человек работает, что называется, на себя (сверхурочная работа характерна, прежде всего, для предпринимателей и самозанятых). <…>

Для 57% россиян работа выступает как единственный источник доходов, при этом почти в каждом пятом случае работа по основному месту трудоустройства не позволяет обеспечить россиянам и их семьям приемлемый уровень существования, что заставляет их подрабатывать. Стоит учесть, впрочем, что восприятие россиянами своей работы исключительно как источника заработка не всегда предполагает плохое имущественное положение. Так, 60% россиян, воспринимающих свою работу как источник доходов, – это представители 5-9 страт, в том числе 31% – выходцы из 6-8 страт. С экономической точки зрения этот результат очень важен, поскольку говорит о том, что средние слои российского общества воспринимают свою работу не просто как средство выживания, а как источник ресурсов, позволяющий сохранить определенный уровень потребления и сбережений.

Восприятие работы как источника получения доходов сопряжено с рядом других особенностей восприятия своей повседневной жизни. Например, большинство из воспринимающих свою работу именно таким образом считают, что у них никогда не будет много свободного времени, и в действительности так оно и есть.

<…> Лишь 14% россиян воспринимают работу как способ дополнительного общения, причем в большей степени это характерно для высших страт (9 и 10). В то же время нельзя сказать, что нематериальные стороны в работе для россиян совсем не важны. Например, такие факторы как психологический климат в коллективе, отношения с начальством, «интересность» работы, возможность проявить инициативу, а также общественная полезность выполняемых функций могут выступать в качестве симулирующих к труду особенностей работы, которые в какой-то мере компенсируют неудовлетворенность зарплатой, нагрузкой и прочим. <…>

Религия в жизни россиян

Одной из важных сторон повседневной жизни россиян является религия, накладывающая заметный отпечаток на их ценности, обычаи, поведение, производственную этику, культурные и социальные ориентации. Не случайно российское общество на протяжении веков отличалось тем, что значительная роль в его жизни принадлежала православной церкви. Однако современная жизнь высвечивает новые грани и аспекты старых проблем, и, прежде всего, актуализирует вопрос – состоялось ли религиозное возрождение в России, либо процесс «расколдования» мира необратим и современная жизнь все больше вытесняет религиозную активность и практику на периферию социальной и личной жизни?

Судя по данным исследований ИС РАН, религиозность россиян по-прежнему отличается парадоксами и противоречиями. С одной стороны, можно зафиксировать ее рост за последние 10 лет – 58% респондентов (2009 г.) заявляют о своей вере в Бога. Это а 11% больше, чем в 2000 г., что свидетельствует о повышении значимости веры в повседневной жизни, о тяге к религии прежде равнодушных к ней людей. Это может служить также подтверждением эффективности работы религиозных организаций, успешности их деятельности, подкрепленной делами в самых разных сферах: и в собственно религиозной, и в области образования, культуры, милосердно-благотворительной, хозяйственно-предпринимательской.

С другой стороны, религиозное сознание россиян по-прежнему отличается во многом неструктурированностью, неопределенностью, а вопрос об особенностях мировоззренческих ориентаций россиян, о характере, глубине их религиозности по-прежнему остается открытым. Так, 19% россиян верят в приметы, 13% – в некую сверхъестественную силу, а не в личностного Бога, 7% – в загробную жизнь, 5% – в колдовство и магию и 5% – в НЛО. В то же время следует отметить, что эти элементы в мировоззренческих ориентациях россиян по сравнению с показателями 2000 г. имеют тенденцию к снижению.

Это позволяет предположить, что российское общество начинает постепенно выздоравливать от болезни «духовной всеядности», распространенность хаотичных представлений, противоречащих сути религии, уступает место более упорядоченным взглядам, свойственным традиционным религиозным течениям. Снизилась у россиян и вера в переселение душ – с 5% до 2%, что может служить показателем маргинализации восточных спиритуалистических представлений в мировоззренческих ориентациях россиян и свидетельствовать о восстановлении позиций и значимости взглядов практически традиционных религий. Таким образом, экстенсивный хаотичный рост религиозности исчерпан, а религиозные потребности и чувства все более находят выражение в формах, предлагаемых институционализироваными российскими религиями.

Обращает на себя внимание также то, что если в 2000 г. фаталистами была половина россиян, то сегодня их всего треть. При этом вера в прогресс, которая итак была невысока, уменьшилась у россиян на 5% (11% в 2009 г. против 16% в 2000 г.). Можно предположить, что вера в Бога в сложившихся в стране условиях больше отвечает чаяниям и надеждам россиян, чем вера в судьбу или прогресс. Вероятно, россиянам кажется, что, для того, чтобы изменить существующий социальный порядок, недостаточно естественного течения истории и деятельности политических институтов, а необходимо наличие Божественного начала и его возможностей как основания жизни и перемен к лучшему.

Однако одновременно все большее количество россиян верят в самих себя – 57%. Это на 5% больше, чем в 2000-м г., и практически столько же, сколько верящих в Бога. Таким образом, поговорка «на Бога надейся, но сам не плошай» приобрела не только реальные очертания, но и вполне может служить вектором жизненной активности россиян. В то же время, не может не тревожить тот факт, что свыше 40% россиян не ощущают веры в себя.

Наиболее распространенной вероисповедной традицией в России исторически является православие. К последователям данного религиозного направления себя относят 72% опрошенных, это на 14% больше, чем число сказавших, что они вообще верят в бога.

Вторым по распространенности является ислам, а к числу последователей других религий (баптизм, иудаизм, буддизм, свидетели Иеговы, христианской, но не православной) относит себя статистически незначимое число опрошенных. Гораздо большее число россиян верит в некую высшую силу, но с определенным религиозным течением себя не идентифицируют – таких 11%. Атеистами себя признали 12% опрошенных.

По сравнению с 1999 г. доля приверженцев православия увеличилась на 18% (тогда их было 54%), количество мусульман осталось практически без изменений, как и число приверженцев других религий. Таким образом, можно утверждать: цивилизационный статус религиозных факторов, долговременность и устойчивость которых несравнимо выше преходящих экономических, политических и идеологических реалий, проявляется как в постоянном возрастании количества приверженцев православия за счет ранее не причислявших себя к числу сторонников каких-либо конфессий.

В этой связи стоит обратить внимание и на довольно серьезное несовпадение общего числа верующих в Бога (58%) с общим количеством приверженцев конкретных конфессий (75%). При этом среди православных верят в Бога 72%, среди мусульман 84%. Следовательно, значительная часть россиян, относящих себя к какой-либо конфессии, скорее обозначают свою принадлежность к той или иной культурной традиции, нежели связывают это с вопросом веры. Таким образом, актуализацию религиозной идентичности можно рассматривать не как возрастающую религиозную активность населения и его возврат к Вере, а скорее как повышение потребности в устойчивых культурно-цивилизационных характеристиках в жизни индивида и общества. Религиозная самоидентификация при этом определяется не столько по принадлежности к той или иной религии, сколько на основе соотнесения себя с определенной национальной культурой, образом жизни, в значительной мере сформировавшимся под воздействием данной религии. Правильность подобного положения подтверждается и данными Европейского социального исследования: близость с людьми той же веры часто или иногда ощущает в России подавляющее число респондентов, даже если они не являются последователями религии или не являются практикующими верующими. При этом чаще всего это чувство близости испытывают мусульмане (62% всегда это ощущают) и глубоко религиозные люди (68%).

Принадлежность к определенной конфессии не влечет за собой для россиян в их повседневной жизни строгого следования постулатам и требованиям вероучения. Так, 20% православных верят в приметы, 11% в некую сверхъестественную силу, 6% в колдовство, магию, 2% в переселение душ, треть православных верит в судьбу. Среди последователей ислама эти показатели еще выше. Такая мозаичность религиозного сознания, вероятно, является наследием «религиозного бума» начала 1990-х гг. и демонстрирует наличие в мировоззренческих ориентациях россиян мистических, архаичных, языческих элементов, обладающих колоссальной устойчивостью.

Среди людей, не являющихся последователями определенных конфессий, порядка 11% процентов заявляют о своей вере в некую высшую силу. Несмотря на то, что в процентном соотношении данная группа невелика, в ней наибольший процент молодежи, а также обладающих высшим образованием. Вероятно, именно им наиболее свойственны как неудовлетворенность традиционными институционализированными конфессиями, так и нацеленность на духовный поиск. Этой группе респондентов также наиболее свойственны рациональные модели поведения: 69% ее верят в себя и 19% – в прогресс.

Хотя при мировоззренческой самоидентификации часть респондентов позиционирует себя как атеистов (12%), в то же время в ответах на другие вопросы они демонстрируют очевидную непоследовательность и даже парадоксальность своих взглядов. Среди атеистов оказались и те, кто верит в судьбу (20%), приметы (11%), в некую сверхъестественную силу (5%), колдовство и магию (2%) и т. д. Это показывает, что даже этим людям не чужда «дорога к храму». Одновременно, «свято место пусто не бывает», и, элиминировав Бога из своей мировоззренческой системы, человек ставит на пьедестал либо себя самого, либо разум: 86% атеистов предпочитают верить в себя самих и 18% – в прогресс.

На фоне постоянно возрастающего социально-политического и морально-нравственного авторитета Церкви как института, нужно также понять, важна ли религия как таковая в повседневной жизни людей, становится ли она одним из доминирующих регуляторов поведения, либо находится на периферии социальных практик?

За последние два года можно зафиксировать небольшую тенденцию к уменьшению значимости религии в жизни россиян. Так, доля считающих, что религия очень важна в человеческой жизни, снизилась с 20% в 2007 г. до 16% в 2009, а количество отрицающих ее значимость в индивидуальной и коллективной жизни повысилась с 13% до 16%. <…>

Оценка важности религии в глазах россиян подтверждается и их поведением. Когда досуг становится одним из оснований и целей современной цивилизации, те формы коллективной и индивидуальной повседневной активности, которые предпочитают люди, демонстрируют, что же на самом деле движет человеческой жизнью. Известно также, что одним из факторов повышения религиозности за последние 20 лет явилось, в том числе, и стремление преодолеть бездуховность, нравственный кризис, охвативший общество, стремление компенсировать его проявления путем приобщения к общечеловеческим ценностям, проповедуемым церковью, к идеям добра, истины, красоты, сострадания, милосердия. Смогла ли церковь упрочить в этих условиях свои позиции в повседневной жизни людей?

Как показало исследование, только 11% россиян посещают церковь или иные религиозные собрания в свободное время (в 2003 г. таких было ровно столько же). Такие цифры свидетельствуют о стабилизации группы, для которой посещение церкви и отправление культа становится неотъемлемым атрибутом повседневной жизни. Гораздо важнее для большинства россиян телевизор, видео, радио, Интернет, музыка, встречи с друзьями, домашние заботы, прогулки на природе либо просто отдых.

Немного чаще посещают церковь россияне, считающие себя православными – 14%. Таким образом, принадлежность к определенной конфессии не влечет за собой потребности для человека соблюдать требования религии, касающиеся посещения церкви, несмотря на то, что это является обязательным догматом православного вероучения. Среди респондентов, принадлежащих к другим двум наиболее массовым мировоззренческим группам – верующих в некую сверхъестественную силу и атеистов, – то среди них доля посещающих церковь гораздо ниже – 3% и 1% соответственно, однако таковые, как видим, есть и среди них.

Можно предположить, что такое положение вещей свидетельствует о двойственности отношения к церкви со стороны россиян: в одном случае – это признание традиционной роли церкви как сосредоточения духовно-нравственных императивов, в другом – посещение церкви как повседневный обычай. В итоге, из многих дорог, предлагаемых человеку современностью, «дорога к храму», к сожалению, не самая выбираемая.

Если сравнивать группы, посещающие и не посещающие церковь, по их уровню жизни, удовлетворенности жизнью и т. д., то принципиальных отличий по данным показателям нет и распространенное мнение о том, что церковь – это удел людей, у которых в жизни что-то складывается не слишком хорошо, не находит подтверждения. Более того, нет никаких существенных изменений в данных срезах и по сравнению с 2003 годом. Таким образом, даже в условиях кризиса люди не рассматривают церковь как вариант спасения (материального или психологического).

При этом, как это ни парадоксально, более всего предрасположены к религии самые бедные и самые обеспеченные россияне. Процент верующих в Бога сокращается с 66% в группе с душевыми доходами в месяц не более 3 тысяч рублей до 52% в группе с доходами 12–15 тысяч рублей и увеличивается до 56% в группе с более высокими доходами. Посещают церковь, иные религиозные собрания 13% респондентов с доходами до 6 тысяч рублей включительно, только 7%–8% со средними доходами и самая высокая доля – 16% – в группе с доходами выше 15 тысяч рублей.

Властный ресурс оказывает на отношение человека к религии влияние, аналогичное тому, что и среднедушевой доход. Россияне тяготеют к религии тогда, когда власти у них много (например, они способны влиять на принятие решений в масштабах всего предприятия, где работают), или тогда, когда власти нет вовсе. Так, доля тех, кто считает религию важной для себя, сокращается с 59% в группе с властным ресурсом в масштабах всего предприятия до 46% в группе с ресурсом в рамках подразделения, затем увеличивается до 49% в группе тех, кто практически не влияет на решения у себя на работе и до 63% среди неработающих. Верят в Бога 68% неработающих, по 55%–57% тех, от чьего мнения практически ничего на работе не зависит, и тех, кто может влиять на решения в масштабах всего предприятия, и самая низкая доля – 48% – у тех, кто имеет возможность влиять на решения в рамках своего подразделения.

Одновременно, следует акцентировать внимание на увеличении разрыва между теми, кто посещает церковь и не посещает ее в зависимости от состояния здоровья. Во все времена в религии искали точку опоры люди, которые не могут сами справиться с проблемами, не в последнюю очередь с болезнями. Согласно данным настоящего исследования, в 2009 г. эта тенденция сохраняется: люди, посещающие церковь, оценивают свое здоровье как плохое в два раза чаще, чем не посещающие (32% и 17%). По сравнению с 2003 г. люди с плохим здоровьем стали посещать церковь чуть чаще (28% и 32%), а с хорошим – реже (16% и 11%). <…>

Было бы не до конца правильным установить взаимнооднозначное соответствие и между уровнем образования респондента и его верой в Бога. Конечно же, традиционно более низкий уровень образования предполагает большую значимость в человеческой жизни иррациональных моментов, большую ориентацию на религию. Однако современный верующий россиянин далеко не невежественен. В группе с образованием ниже среднего верят в Бога 63%, в группах с более высоким уровнем образования – 55%–59%; доверяют Церкви, соответственно, 57% и 50%–52%; посещают церковь, религиозные собрания, соответственно, 21% и 9%–13%. Таким образом, фактор образования не исключает Бога из системы жизненных ориентиров россиян, так же, как и не снижает значимости культурно-цивилизационной идентификации по религиозному признаку. <…>

К общим выводам (заключение)

Российская повседневность как устоявшаяся действительность, несмотря на влияние глобального финансово-экономического кризиса, мало в чем претерпела существенные изменения сравнительно с докризисным периодом. Хотя значительная доля населения ощутила на себе (на момент исследования) горечь потерь, тем не менее, привычные способы и условия жизнедеятельности для основной массы россиян остались прежними. Какой же предстала российская повседневность в ее различных сферах в контексте кризиса осени 2008 – весны 2009 г.? Полученные результаты исследования позволяют сформулировать следующие выводы.

1. Предметная среда повседневной жизни россиян и до кризиса, и в условиях кризиса была и остается достаточно скромной. Это касается и тех жилищных условий, в которых они проживают, и набора товаров длительного пользования, которую составляют основу их повседневного быта, и их возможностей нормально питаться и одеваться.

Жилища, в которых обитает сегодня средний россиянин, в последние годы стали обеспечивать ему чуть больше простора. Увеличение числа квадратных метров общей площади жилищ, приходящихся на среднего россиянина, обусловлено тем, что каждый пятый житель нашей страны улучшил за период 2003-2009 гг. свои жилищные условия, причем половина сделала это за свой счет, а вторая половина сумела это сделать за счет внерыночных механизмов. <…> Кроме того, по-прежнему остается проблемой степень благоустроенности этих жилищ и их тип, – в отличие от количества квадратных метров, приходящихся на человека, распределение россиян по типам жилищ за последние 6 лет не улучшилось, как и оснащенность их жилищ коммунальными удобствами. <…>

2. Имущество россиян, составляющее предметную среду их повседневной жизни, меняется довольно быстро и в целом нарастает. <…> Наряду с отмеченными позитивными изменениями прослеживались в области оснащенности домашним имуществом и негативные тенденции. Продолжалась активная деградация имущественной составляющей жизни двух низших страт. Стагнировало и устаревало имущество еще примерно трети населения, не имевшего возможностей для своевременного обновления предметов домашнего обихода даже ценой экономии на текущих расходах – питании и одежде, хотя с последними двумя в последние предкризисные годы ситуация улучшилась.

Примечательные тенденции наблюдаются в последние годы и в плане формирования стандартов предметной среды, составляющей рамочные условия повседневной жизни различных социальных слоев. Практически полностью оказались вытеснены из потребления в верхних двух стратах (9-10 страты) отечественные автомобили. Тем не менее, они приобретались, и достаточно активно, менее благополучными слоями населения, и впервые за всю историю доля домохозяйств-владельцев российских автомобилей составила более половины населения. <…> Активно развивалось стилевое потребление, связанное с появлением у значительной части домохозяйств свободных средств. Причем стилевое потребление, как и удовлетворение базовых потребностей в оснащенности домашнего быта, в России характеризуется существенно иными приоритетами, чем, например, в странах Западной Европы.

3. Наиболее значимыми и жизненно важными для большинства населения являются планы, связанные с семьей, друзьями, желанием прожить свою жизнь честно и не быть хуже других, с получением хорошего образования и возможностью посетить разные страны мира. Именно эти ценности, судя по данным исследования, являются типичными для россиян и входят в жизненные планы более чем 75% всего населения. <…>

5. Работа выступает весьма неоднозначной сферой повседневной жизни россиян, хотя и занимает в ней второе место по значимости после семьи. Она является в современной России важнейшей основой и полем дифференциации жизненных шансов. Главной функцией работы для большинства россиян является получение средств для удовлетворения своих потребностей. При этом россияне, которые говорят, что работают ради денег, в трети случаев подразумевают не наличие жизненной потребности собственно в деньгах, а наличие возможности удовлетворения определенных запросов, связанных со спецификой привычных для них, как представителей различных слоев, стандартов потребления. <…>

7. Данные исследования показывают противоречивый, не цельный характер отношения россиян к религии. Воззрения, как верующих, так и неверующих, отличаются во многом размытостью, отсутствием однозначного содержания, сосуществованием несовместимого. Это проявляется в неопределенности и неструктурированности их как религиозного, так и нерелигиозного сознания, где одномоментно и в симбиозе присутствуют взаимоисключающие духовные элементы. Однако, экстенсивный рост религиозности уже исчерпан, и религиозные потребности и чувства все более находят выражение в формах, предлагаемых институционализированными российскими религиями.

Полиаспектность проблемы религиозности в России проявляется и в особой роли религиозного самоопределения как социокультурной характеристики. Соотнесение россиянами себя с каким-либо религиозным течением выступает скорее следствием идентификации с определенной культурно-цивилизационной традицией, чем с набором догматических постулатов, составляющих основу той или иной религии. Таким образом, институционализированные российские конфессии распространяют в определенной мере свое влияние на неверующую часть населения, а граница между верующими и неверующими не является непрозрачной и незыблемой.

Данные исследования позволяют отметить неоднозначность и наличие разнонаправленных тенденций в религиозности российского общества: с одной стороны, повышение популярности религии, увеличение числа причисляющих себя к православной конфессии, с другой – усиление процессов секуляризации, когда в качестве приоритетных в поведении и повседневной жизни людей утверждаются нерелигиозные ориентиры и ценности, а значимость церковной жизни вытесняется на периферию повседневной жизни.

Одновременно налицо видоизменение социального портрета верующего, демонстрирующего и видоизменение проявлений религиозного фактора в жизни общества.

Полную версию статьи см.: Институт социологии РАН

Читайте также на нашем сайте:

«История повседневности» как направление исторических исследований» Наталья Пушкарёва

«Русская повседневность» Карстена Гёрке» Клаус Гества

«Молодежь новой России: образ жизни и ценностные приоритеты» Институт социологии РАН

«Российское общество: мировоззрение, социальные установки, духовные предпочтения» Институт социологии РАН

«Социальное пространство в России» Наталья Зубаревич

«О трудовых ценностях и привычке к работе» Ирина Шмерлина

«Координаты духовности: от храма до кошелька» Петр Бавин

«Российская идентичность в социологическом измерении» Институт социологии РАН

«Социальные противоречия российского общества» Андрей Андреев

«Больной хочет выздороветь. О духовно-нравственном состоянии современного российского общества» Сергей Перевезенцев

«Российское гражданское общество. Иллюзии и реальность» Эльгиз Поздняков


Опубликовано на портале 16/03/2010



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика