Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Реалии российской деревни

Версия для печати

Избранное в Рунете

Галина Широкалова, Марина Зинякова

Реалии российской деревни


Широкалова Галина Сергеевна - доктор философских наук, зав. кафедрой философии, социологии и политологии Нижегородской государственной сельскохозяйственной академии.
Зинякова Марина Владимировна - главный экономист производственного кооператива, аспира


Реалии российской деревни

Ликвидация коллективных хозяйств ставит вопрос о выживании сельских поселений особенно остро. Для их сохранения необходимо создание новых рабочих мест для всех категорий сельского населения. Сохранение сельских населенных пунктов через поддержание существующих рабочих мест или создание новых является не менее актуальной задачей, чем восстановление сельскохозяйственного производства. Непросто «сорвать с мест» сельских жителей, но еще труднее переселить горожан в деревню.

В последние годы в больших и малых научных, околонаучных и ненаучных изданиях "аграрников" и "неаграрников", в СМИ, публичных выступлениях государственных, общественных деятелей по вопросам современного российского села все чаще в разных сочетаниях и комбинациях, явно и завуалировано с различными оговорками провозглашаются постулаты, которые можно свести к следующим утверждениям: 1) увеличивается рентабельность сельхозпроизводства; 2) у селян есть земля, которую они могут продать, заложить и получить стартовый капитал для предпринимательства или для жизни на ренту; 3) крестьянин всегда себя прокормит через личное подсобное хозяйство; 4) на селе в широких масштабах распространена "серая" и "черная" занятость, и поэтому селяне живут лучше, чем фиксирует статистика; 5) произошла стабилизация, люди приспособились, начинается оживление экономики, повышение жизненного уровня; 6) превратившись в собственников земли, крестьяне стали свободными людьми в отличие от времен крепостной зависимости от "красных помещиков"; 7) монетизация льгот по 122 федеральному закону дала для селян только положительные результаты. В 2006 году добавилось еще одно утверждение, что национальный проект "Развитие АПК" обеспечит продовольственную независимость России.

Социологические исследования ценны ровно настолько, насколько позволяют отделить истинные утверждения от ложных. Целью предлагаемой статьи является - на основе непредвзятого анализа верифицировать некоторые из названных постулатов. Начнем с того, что "произошла стабилизация, люди приспособились, начинается оживление экономики, повышение жизненного уровня, улучшается социально-психологический климат".

В 2005 году в рамках Всероссийского мониторинга социально-трудовой сферы села (в нем под руководством ВНИИЭСХ участвует более 20 регионов) нами по репрезентативной выборке в 10 районах Нижегородской области было опрошено 387 представителей домохозяйств, в которых проживает 1247 человек. В составе опрошенных можно выделить несколько групп, отличающихся экономическим положением и социально-политической активностью. 27,1% считают, что "живут, как и прежде, за последние годы в уровне жизни семьи ничего не изменилось". Примерно столько же "приспособились к новым условиям, используют появившиеся возможности, чтобы жить лучше, чем раньше". 19,6% - тех, кто "живут хуже, чем прежде, и свыклись с тем, что приходится ограничивать себя в большом и малом"; 7,8% считают, что "живут хуже, чем прежде и терпеть бедственное положение уже невозможно". Заметное улучшение материального положения за последний год отметили только 13,2% сельских семей; остальные (80,1%) разделились почти поровну на тех, у кого положение осталось без изменений (42,6%) и ухудшилось (37,5%). В этих данных нашло отражение ощущение безысходности, неверия в свои силы, которое присуще значительному числу жителей сегодняшней деревни. Понять причины такого настроения помогает оценка респондентами тех событий, которые произошли за последние 15 лет (табл. 1).

Таблица 1. Оценка респондентами изменений за прошедшие 15 лет (в % от числа опрошенных)*

Жизнеобеспечение, стало:

Лучше

Хуже

Динамика, + -

Обеспеченность бытовой техникой, телерадиоаппаратурой

50,7

35,2

+ 15,7

Отношения в семье

39,6

20,3

+ 19,3

Обеспеченность мебелью

34,4

44,5

-10,0

Доступность:

общего образования

22,5

50,7

-28,2

культурных развлечений

21,1

67,4

-46,3

лекарств и медицины

20,7

64,3

-43,6

Финансовое положение семьи

18,5

64,8

-46,3

Доступность профессионального образования

16,7

70,0

-53,3

Обеспеченность личным транспортом

13,7

46,7

-33,0

Возможность начать жизнь в другом месте

7,0

62,1

-55,1

* Опущена графа затруднившихся с оценкой ситуации. Данные опроса 227 домохозяйств из 3-х районов области, в которых проживает 728 человек.

Как видим, по всем базовым, жизнеобразующим условиям положение селян резко ухудшилось: возможность получения профессионального образования, материальная обеспеченность, выравнивающая жизненный старт следующим поколениям, доступность культурного досуга, что особенно важно для молодежи, медицинского обслуживания - как фактора выживания людей пожилого возраста. Ощущение безысходности тем острее, чем больше людей считают, что они не имеют шансов уехать из данного населенного пункта, дабы все начать заново. В нашей выборке таковых две трети. Основная масса респондентов не ждет перемен: 34,6% считает, что все останется без изменений; 19,6% предполагает ухудшение ситуации. 16,0% предпочитают не давать прогнозов на этот счет. И только 27,9% надеются на некоторое улучшение (табл. 2). Распределение ответов практически одинаково во всех социальных группах. Несмотря на критическое положение значительной части селян, почти две трети (70,4%) полагают, что в их районе "массовые выступления против бедности и нищеты" маловероятны; затруднился с политической оценкой ситуации каждый десятый. Доля респондентов, считающих, что массовые выступления вполне возможны (19,7%), в два с лишним раза выше доли находящихся на грани отчаяния (табл. 3). Реальный протестный потенциал значительно выше. Известно, что революционная ситуация складывается, когда к жертвенности готовы около 10% населения, а значительная часть в той или иной форме поддерживает их. В нашем исследовании 45% указали, что примут участие в массовых выступлениях против бедности и нищеты, если такие состоятся. 27,1% придерживается позиции "скорее нет". Каждый четвертый затруднился с ответом.

Таблица 2. Ожидаемые изменения материального положения в течение ближайшего года (% от числа опрошенных)

Категории опрошенных

Надеюсь, улучшится

Останется без изменений

Думаю, ухудшится

Трудно сказать

Все респонденты

28,69

34,6

19,6

16,0

В том числе:

работающие

26,7

37,8

20,0

15,5

безработные

59,3

14,8

11,1

14,8

Пол:

мужчины

27,6

33,0

5,4

14,0

женщины

30,0

36,5

15,5

18.0

Возраст, лет:

16-20

56,0

20,0

8,0

16,0

21-30

38,8

27,6

12,2

21,4

31-40

26,8

42,7

22,0

8,5

41-59(54)

22,0

37,8

25,6

14,6

60 (55) и старше

5,9

29,4

29,4

35,3

Образование:

8-9 классов

22,2

31,1

26,7

20,0

10-11 классов

28,6

39,3

20,2

11,9

начальное профессиональное

24,1

40,7

16,7

18,5

среднее профессиональное

30,9

30,1

20,3

18,7

высшее, н/высшее

32,9

34,3

21,4

11,4

Таблица 3. Оценка вероятности выступлений против бедности и нищеты в зависимости от социально-экономических и демографических характеристик респондентов (% от числа опрошенных)

Вероятность выступлений

Скорее всего, да

Скорее всего, нет

Трудно сказать

Все респонденты

19,7

70,4

9,9

В том числе:

работающие по найму

18,2

71,9

9,9

безработные

22,7

72,7

4,5

Пол:

Мужчины

20,7

71,3

8,0

Женщины

18,8

69,6

11.5

Возраст, лет:

16-20

8,3

79,2

12,5

21-30

16,5

74,7

8,8

31-40

24,1

65,8

10,1

41-59(54)

20,9

70,3

8,8

60 (55) и старше

23,1

53,8

23,1

Образование:

основное общее

23,1

64,1

12,8

среднее общее

22,8

62,0

15.2

начальное профессиональное

18,0

74,0

8.0

среднее профессиональное

20,7

70,2

9,1

высшее и н/высшее

14,7

80,9

4,4


Но в отличие от крестьянской России начала XX века сельские жители не представляют угрозы для власти, что объясняет направленность и формы реализации аграрной политики; доля селян составляет в среднем по стране около 23%, они рассредоточены на огромной территории, социально раздроблены; среди них мала доля молодежи; наиболее социально активное население переехало в города. В наибольшей степени настроены на протестные акции: безработные, лица старше 30 лет, не имею¬щие специального образования. Наивысшая доля пассива среди молодежи и специалистов с высшим образованием. Каждый десятый не определился, то есть способен выбрать любую линию поведения в зависимости от конкретной ситуации. Особенно это характерно для пенсионеров (23,1%).

Оценивая степень социальной напряженности, необходимо учитывать и полное понимание селянами, что формы их протеста весьма ограничены как спецификой производства (коров надо доить в любом случае), так и рынком труда. Поэтому протест может быть только локальным, хотя может принять неожиданные формы. А эффект толпы способен резко увеличить долю тех, кто в определенной ситуации займет либо активную позитивную гражданскую позицию, либо будет способствовать погрому.

В таблице 4 представлены сравнительные социальные портреты протестного потенциала тех, кто в силу различных причин предпочитает пассивную позицию. Социальная структура "протестной" и "пассивной" групп имеет ряд отличий, но они не столь существенны. В первой группе каждый третий относится к 16-30-летним: вступив во взрослую жизнь, они уже почувствовали, что их гражданские права и возможности социальной карьеры резко ограничены. Готовность к протесту сегодня напрямую связана с неопределенностью, характерной для селян в связи с банкротством сельхозпредприятий. Боязнь потерять работу становится главной фобией на селе (табл. 5). Неуверенность в сохранении своего рабочего места в одинаковой степени присуща как мужчинам, так и женщинам, лицам наиболее активного трудоспособного возраста (а, следовательно, отвечающим за обеспечение детей), а также без специального образования. Пенсионеры меньше опасаются увольнения, поскольку имеют хоть какие-то средства для поддержания жизни и, как правило, заняты на низкооплачиваемых, не престижных работах, на которые не претендуют люди других возрастных категорий. Каждый второй из специалистов с высшим образованием не исключает возможности потери работы, хотя управленческие функции сохраняются в хозяйствах даже в случае сокращения посевных площадей, поголовья скота, закрытия цехов по переработке сельхозпродукции и т.д. Несмотря на низкую доходность, работа на предприятии, в организации, учреждении является основным источником семейного бюджета экономически активной части сельского социума. Ее потеря чревата подрывом экономической базы домохозяйства.

Таблица 4. Социальный портрет протестного потенциала (% от числа опрошенных)

Потенциальные участники выступлений против нищеты

Скорее всего, примут

Скорее всего, не примут

Все респонденты

100

100

В том числе:

работающие по найму

85,6

84,8

безработные

11,5

13,3

Пол:

мужчины

49,4

55,2

женщины

50,6

44,8

Возраст, лет:

16-20

5,2

8.6

21-30

26,4

2,8

31—40

22,4

21,9

41-59 (54)

43,1

40,9

60 (55) и старше

2,9

4,8

Образование:

Основное общее (8-9 классов)

11,5

9,5

Среднее общее (10-11 классов)

23,6

20,0

Начальное профессиональное

15,5

12,4

Среднее профессиональное

29,9

33,3

Высшее и неполное высшее

18,4

21,0


Таблица 5. Опасения потери работы в различных социально-экономических и демографических группах (% от числа опрошенных)

Опасаются потерять работу

Да

Нет

Трудно сказать

Все работающие респонденты

57,7

34,7

7,6

Пол:

мужчины

57,9

37,7

4,4

женщины

59,1

30,7

10,2

Возраст, лет:

16-20

33,3

61,1

5,6

21-30

60,2

33,0

6,8

31-40

64,9

29,7

5,4

41-59(54)

57,9

33,6

8,5

60 (55) и старше

25,0

50,0

25,0

Образование:

Основное общее (8-9 классов)

64,7

32,4

2,9

Среднее общее (10-11 классов)

68,1

27,8

4,1

Начальное профессиональное

47,7

47,7

4,5

Среднее профессиональное

57,8

34,5

7,7

Высшее и неполное высшее

50,8

34,9

14,3


Прожективные намерения в случае потери работы следующие: более трети респондентов (37,5%) предполагают трудоустроиться в своем, близлежащем селе или городе, чтобы не менять местожительства; 5,2% намереваются, потеряв работу, выжить за счет расширения подсобного хозяйства. Миграционные установки характерны для каждого четвертого: переедут жить и работать туда, где найдут работу 23,5%. Не знают, что делать в этом случае 7,5%. Тех, кто будет пытаться организовать собственное дело в случае увольнения - 1,6%, фермерское хозяйство - 0,3%.

Обратим внимание на низкую ориентацию жителей села на предпринимательскую деятельность, в свете весьма распространенного убеждения, что большинство крестьян способны и желают стать предпринимателями, фермерами или, в крайнем случае, выживут за счет ЛПХ. На это ориентирован и национальный проект "Развитие АПК", предусматривающий два основных направления: ускоренное развитие животноводства и стимулирование развития малых форм хозяйствования АПК. Ориентация на малые формы обосновывается тем, что в них производится значительная доля овощей, мяса и молока. Например, в Нижегородской области, соответственно, 89%, 44%, 40%. Но фокус в том, что расчеты проводятся по стоимостным показателям. При этом не учитывается: 1) на зернобобовые культуры, производимые в коллективных хозяйствах и составляющие большую часть рациона бедных слоев, низок уровень закупочных цен; 2) ЛПХ до сих пор получают значительную помощь молодняком, кормами, техникой от коллективных хозяйств; с их разрушением падает доля семей ведущих ЛПХ и объем производства; 3) в ЛПХ и огородничестве занято в десятки раз больше рабочей силы, чем в коллективных хозяйствах. Так, в регионе ЛПХ ведут 530 тысяч семей и 2934 крестьянских (фермерских) хозяйства. При средней численности 2,3 человека в семье, даже если два человека заняты сельхозпроизводством, это уже более миллиона человек. Всего же по данным Нижегородстата в сельском, лесном хозяйстве и охоте было занято (март 2005 года) 78371 человек, т.е. в 13 раз меньше.

Можно выделить три группы причин отказа от предпринимательства в той или иной форме, на которые ссылаются респонденты: материальные, социально-психологические, демографические. К первым относится отсутствие первоначального капитала и возможности получения льготного кредита на создание собственного дела - 11,1%; большие налоги - 1,3%; недостаточное количество земли - 1,3%. Среди социально-психологических - боязнь риска, возможность "прогореть" - 5,0%; привычка работать в коллективе и нежелание менять образ жизни - 7,9%; осознание недостаточности образования - 2,1%; отсутствие в семье помощников и уверенности в том, что дети захотят продолжить дело - 2,6%. Демографические причины - возраст и слабое здоровье - указали 3,9%. Недостаток земли для создания фермерского хозяйства назвал один из ста респондентов. Отметим, что и в научной литературе, и в публицистике среди основных причин, по которым в России не развивается фермерство, называют земельные отношения. Это еще один показатель того, что карта "выращивания фермера из ЛПХ" разыгрывается для решения совсем других задач. Как видим, значительную долю составляют лица, в принципе не желающие заниматься предпринимательской деятельностью, предполагающей ненормированность рабочего времени, ответственность за все дело, риск, наличие таких личностных качеств, как предприимчивость, инициативность, коммуникабельность. Отмечая важность субъективных оценок, напомним, что согласно мировой практике способны к самостоятельной предпринимательской деятельности лишь около 8-10% населения, но именно эти социально активные люди в своем большинстве и уехали из сельской местности.

Уверенность в завтрашнем дне во многом зависит от того, есть ли у семьи хоть какие-нибудь накопления. Всего 35,4% домохозяйств имеют сбережения. Половина из них откладывают деньги на "черный день"; 12,4% - строительство, приобретение или обустройство жилья; 8% - покупку одежды и обуви; 12,4% - получение образования; 19% - приобретение бытовой техники. Только 7,3% из домохозяйств делают накопления для организации или развития производства. Никто не отметил, что откладывает на отдых или туризм. Такое распределение ответов свидетельствует о крайней бедности сельского населения, об уровне жизни, при котором едва сводятся концы с концами, примитивности образа жизни.

В последнее время активно рекламируется система кредитования как способ решения любых проблем от стартового капитала для бизнеса до покупки бытовой техники. 57,6% сельских домохозяйств никогда не получали кредит в банке. И это вполне понятно, так как расплачиваться за него при таких доходах практически невозможно. Например, 44,2% жилых домов нуждаются в капитальном ремонте; 2,6% находятся в аварийном состоянии, но лишь около 10% респондентов (во всей выборке это 3,5%), копят деньги на строительство, ремонт жилья. А процесс разрушения ветхого и старого жилого фонда не ждет кредитов. 51,9% семей, испытывающих потребность в кредите, обратились бы за ссудой при процентной ставке не выше 5%; каждый пятый - если она будет не более 10%. На ставку до 15% согласны 2,1%; не выше 20% - 1,0% опрошенных. Большинство банков предоставляют кредиты в среднем под 18%. Таким образом, желание воспользоваться банковским кредитом расходится с практической возможностью.

Подводя некоторые итоги нашего исследования, отметим: оснований для вывода, что экономическое положение селян, а соответственно и социально-психологический климат, улучшаются, нет [1]. Оно подтвердило действие закономерностей, зафиксированных нами в предыдущих исследованиях, проведенных в рамках Всероссийского мониторинга социально-трудовой сферы села, и выводы других исследователей, полученные по аналогичным методикам в разных российских регионах [2].

Для эффективного и устойчивого функционирования агропромышленного производства и обеспечения продовольственной безопасности страны, выполнения селом других производственных задач, демографической, трудоресурсной, культурной, рекреационной, природоохранной и других функций необходимо создание для сельского населения адекватных условий жизнедеятельности, восстановление и развитие инфраструктуры сельских территорий - расширение сети благоустроенных дорог, повышение уровня и качества электрогазоснабжения, обеспечение телефонной и телекоммуникационной связи, доступного и качественного медицинского обслуживания, необходимого образования, сохранение и развитие культурного потенциала села.

Среди наиболее острых социальных проблем села, в том числе нижегородского, следует назвать: увеличение количества сельских населенных пунктов без жителей (в Нижегородской области 8,6% от всех населенных пунктов на 1.01. 2005 года); рост количества сельских населенных пунктов, не имеющих работодателей; рост безработных в связи с банкротством сельхозпредприятий; снижение уровня и качества жизни сельских жителей; усиление дифференциации сельского населения по уровню дохода; задержка выплаты заработной платы; миграция из села социально-активного и квалифицированного населения; неукомплектованность сельхозпредприятий специалистами, механизаторами, работниками других профессий; снижение уровня квалификации кадров для сельского хозяйства; разрушение социальной инфраструктуры в связи с отсутствием надлежащего финансирования учреждений дошкольного и школьного образования, здравоохранения, культуры, бытового обслуживания и в связи с этим, снижение уровня образования и культуры сельской молодежи, примитивизация досуга; рост заболеваемости во всех возрастных группах сельских жителей и недоступность соответствующей медицинской помощи; низкий уровень культурно-бытового обслуживания; значительная доля ветхого и неблагоустроенного жилья; несоответствие уровня инженерных и транспортных коммуникаций (дорог, электро- и газосетей, телефонной и телекоммуникационной связи) потребностям производства и сельского населения; увеличение доли одиноких лиц пожилого возраста сельских жителей; низкая мотивация проживания в сельской местности и падение престижа сельского образа жизни в общественном мнении; снижение уровня подготовки кадров для сельского хозяйства в вузах и других учебных заведениях; отказ молодых специалистов от трудоустройства в сельской местности после учебы.

Особенно обострилась ситуация в результате передислокации функций финансирования с федерального на территориальный уровень, дефицита региональных и местных бюджетов и кризисного положения сельхозпроизводителей. Резко сократилась инвестиционная деятельность, под угрозой необратимого разрушения материально-техническая база социальной инфраструктуры. Между тем направленность государственной политики, провозглашенной в начале 1990-х, остается неизменной. Национальный проект "Развитие АПК" не способен решить проблемы села, поскольку ориентирован на поддержку не столько крупных, сколько малых форм хозяйствования. Иначе говоря, в знаменитом в конце 1980-х - начале 1990-х годов лозунге "Фермер нас накормит" фермер заменен ЛПХ.

Такая установка соответствует рекомендациям зарубежных политиков. На разрушение крупного производства начиная с конца 1980-х годов постоянно делался упор в зарубежных рекомендациях по реформированию АПК СССР. Особенно показательна в этом отношении "Стратегия реформ в продовольственном и аграрном секторе экономики стран бывшего СССР. Программа мероприятий на переходный период", подготовленная Международным банком реконструкции и развития (Всемирным банком) и опубликованная в Вашингтоне сначала на английском, а в 1993 году на русском языках [3]. Эта политика продолжается до сих пор. Так, в рекомендациях зарубежных экспертов по развитию сельской занятости программы Партнерства между правительством Нижегородской области и Министерством международного развития Великобритании (DFID) на 2005 год значатся "поддержка создания и развития агробизнеса, превращение приусадебных участков в фермы, содействие реструктуризации крупных сельскохозяйственных предприятий".

На поддержку ЛПХ, фермерских хозяйств и создание сельскохозяйственных потребительских кооперативов будет выделено по национальному проекту 6 млрд. 570 млн. рублей, из них 2,9 млрд. в 2006 году [4], т.е. в среднем 350 млн. на один регион. На ЛПХ предусмотрены кредиты до 300 тысяч рублей, на фермерское хозяйство до 3-х млн. Проведем в связи с этим простейшие расчеты. В Нижегородской области 4853 сельских населенных пункта. Если в каждой деревне выделить по одному кредиту на развитие ЛПХ, это составит более 1,2 млрд. рублей! Фермерским хозяйствам обещают до 3-х млн. рублей на хозяйство. В области их 2934. Выплата обещанного хотя бы тысяче из них составит уже 3 млрд. рублей. Даже если финансирование из федерального центра дополнить такой же суммой из местного бюджета, суммы между нужным и возможным несопоставимы. Кроме того, 300 тысяч рублей даже беспроцентного кредита, не способны превратить ЛПХ в товарные хозяйства, поскольку на эту сумму невозможно создать материально-техническую базу, способную обеспечить эффективное производство. Ориентация на малые формы сельхозпроизводства не решает не только проблем продовольственной безопасности, но и задачи удержания в разоряющемся селе населения от переезда в город и снижения за счет этого уровня безработицы. Таким способом пытались решить проблему занятости в Китае, но при этом там был запрет на переезд крестьян в города и ущемление гражданских прав тех из них, кто покидал деревню даже по разрешению властей. В российских условиях ориентация на малые формы означает дальнейшую утрату селом работодателей и рост самоэксплуатации сельского населения на приусадебных участках, не имеющих товарности, достаточной для содержания семьи, а значит усиление миграции трудоспособного населения и дальнейшее разорение села. Около половины деревень уже не имеют работодателей, что ставит совершенно новую проблему - выживания сельского населения и сохранения населенных пунктов.

Параллельно государство сокращает возможности удовлетворения социокультурных потребностей населения. Например, сельские учреждения здравоохранения утратили право выдавать больничные листы, и теперь больным надо ехать в районные центры независимо от вида заболевания. В деревнях закрываются малокомплектные школы, а у сельских и районных администраций, не говоря уже о школах, нет средств на программу "Школьный автобус". В результате все больше деревенских детей не получают даже основного образования. Разрекламированная национальная программа доплаты классным руководителям на селе одной тысячи рублей в месяц, если в классе не менее 15 учеников, не повысила жизненный уровень большинства из них, поскольку наполняемость классов гораздо ниже. Например, если в классе 5 учеников, то учитель получит лишь 300 рублей. Кроме того, оплата не идет во время каникул, когда учитель занят воспитательной работой, не говоря уже об отпуске.

Сельская территория является важнейшим ресурсом жизнеобеспечения (производство продовольствия), жизнедеятельности (условия и качество жизни в сельской местности), жизнеустройства (степень освоенности среды обитания), воспроизводства населения, национальной культуры и менталитета. В силу разноплановости функций, которые выполняет сельское население в любой стране, отношение к нему должно быть подчинено не рыночной стихии, а государственному регулированию. По нашему мнению, планы социально-экономического развития регионов, возрождающиеся в некоторых местах, кроме жестких отраслевых программ, должны включать Модельные программы развития сельской местности. Например, специфика ситуации в каждом из 4812 населенных пунктов Нижегородской области (как и в других регионах) не может быть учтена на региональном уровне. Поэтому Модельная программа должна носить рамочный характер, а ее реализация основываться в значительной части своих направлений на конкурсах и грантах, поскольку реализация нестандартных проектов требует особых качеств от их исполнителей.

Как положительный пример взаимодействия министерств и ведомств можно привести опыт Чувашии. На базе малокомплектных сельских школ там создаются культурно-образовательные центры, включающие школу, музей, библиотеку, спортзал, кружковые помещения. Доплата директору школы, библиотекарю, учителям, задействованным в этой программе обслуживания всех жителей населенного пункта, обходится местным бюджетам намного дешевле, чем содержание отдельных зданий, но, главное, позволяет закрепить кадры интеллигенции, сохранить социальный оптимизм сельским жителям, воспитывать детей в уважении к малой Родине.

Ликвидация коллективных хозяйств ставит вопрос о выживании сельских поселений особенно остро. Для их сохранения необходимо создание новых рабочих мест для всех категорий сельского населения. Используя положительный опыт можно рекомендовать на базе закрывающихся сельских школ, детских садов, домов отдыха открывать: Дома ветеранов, Реабилитационные пансионаты для ожоговых инвалидов с бюджетным и коммерческим финансированием за счет промышленных предприятий, организаций, выкупающих у ветеранов их квартиры, а также частных лиц; кадетские школы, реабилитационные центры для детей из городских неблагополучных семей: спецшколы-интернаты, центры коррекционного развивающего обучения для детей с трудностями социальной адаптации. На базе реабилитационных учреждений создавать фельдшерско-акушерские пункты для сельских жителей близлежащих населенных пунктов, что будет способствовать сокращению ранней смертности на селе и увеличению продолжительности жизни. Решению бытовых проблем могли бы помочь зимние и летние "студенческие десанты" из высших и средних учебных заведений, получающих образование по профессиям бытового профиля. В экологически чистых районах возможно создание опытно-показательных (демонстрационных) личных подсобных хозяйств со специализацией "аптекарский огород", агротуризм, сельский туризм и т.д. Сохранение сельских населенных пунктов через поддержание существующих рабочих мест или создание новых является не менее актуальной задачей, чем восстановление сельскохозяйственного производства. Непросто "сорвать с мест" сельских жителей, но еще труднее переселить горожан в деревню.

Опубликовано в журнале "Социологические исследования", 2006, №7, с. 70-78

Примечания:

[1] См.: Широкалова Г.С. Социологическое обследование сельской занятости в Нижегородской области: Аналитический отчет. Н. Новгород: Изд. Гладкова О.В., 2005.

[2] См., например: Состояние социально-трудовой сферы села и предложения по ее регулированию. Ежегодный доклад по результатам мониторинга. Вып. 6. М.: ВНИИЭСХ, 2005; Панков Б. Развитие сельских территорий: шаг - вперед, два - назад // Человек и труд. 2004. № 10.

[3] Подробнее об этой программе: Широкалова Г.С. Аграрная реформа в России и развитие АПК стран Запада. Н. Новгород: НГСХА, 1995.

[4] Абрамов А.И. О мерах по реализации приоритетного национального проекта "Развитие АПК".// Нижегородский аграрный журнал. 2005. № 6. С. 5. Залог успеха - в согласии! // Спецвыпуск Нижегородской правды. 2006. № 5. 31января

"Демоскоп Weekly", №259-260, 2-15 октября 2006

Читайте также на нашем сайте:


Опубликовано на портале 01/01/2007



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика