Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Прямые инвестиции из Евросоюза в России

Версия для печати

Специально для сайта «Перспективы»

Алексей Кузнецов

Прямые инвестиции из Евросоюза в России


Кузнецов Алексей Владимирович - кандидат экономических наук, заведующий Сектором исследования Европейского союза ИМЭМО РАН.


Прямые инвестиции из Евросоюза в России

Значение прямых иностранных инвестиций из стран ЕС в России не ограничивается финансовыми вливаниями, роль которых для отечественной экономики сегодня не столь уж велика. Важнее толчок к модернизации и развитию, который европейские компании дали сразу нескольким отраслям российской промышленности, считает заведующий сектором ИМЭМО РАН Алексей Кузнецов.

Со странами ЕС Россия традиционно поддерживает тесные экономические связи. Особенно проявляется доминирование компаний из Евросоюза в нашей стране в инвестиционной сфере. Например, на ЕС приходится чуть больше половины российского внешнеторгового оборота, но при этом – свыше 4/5 накопленной в России суммы прямых иностранных инвестиций (ПИИ). Европейские инвесторы более оптимистично воспринимают инвестиционный климат в России по сравнению с предпринимателями из других стран. Так, известная консалтинговая фирма «А.Т. Карни» (A.T. Kearney) в 2005 г. на основе опроса тысячи фирм из многих стран поставила Россию на 6‑е место в рейтинге благоприятности для ПИИ, однако среди европейских бизнесменов Россия оказалась на 4-м месте. По данным нового рейтинга, опубликованного в декабре 2007 г., Россия переместилась на 9-ю позицию, зато у европейцев - поднялась на 3-е место.
 
Масштабы прямых инвестиций
К сожалению, статистика по иностранным капиталовложениям характеризуется низким качеством, причем разные ведомства применяют разные методики, затрудняющие сопоставление публикуемых ими данных. В частности, Росстат учитывает страновую принадлежность ПИИ по месту базирования компании, которая непосредственно перевела финансовые средства в Россию, тогда как в большинстве зарубежных статистических материалов инвестиции относятся к стране, где находится головная штаб-квартира транснациональной корпорации (ТНК). Самым наглядным следствием подхода Росстата является феномен «кипрских» ПИИ – на конец 2007 г. в России зарегистрировано уже свыше 35 млрд долл. таких капиталовложений, хотя подавляющая их часть на деле представляет собой российские реинвестиции. Правда, в небольших объемах в России инвестируют и «настоящие» кипрские компании. Например, второй по величине банк Кипра «Марфин Попьюлар Банк» за 119 млн. долл. в конце 2007 г. установил контроль над «Российским промышленным банком» (однако эта сделка не будет учтена Росстатом, так как он исключает из анализа ПИИ финансовый сектор). В меньших масштабах регистрация российских по происхождению средств под видом иностранных капиталовложений свойственна и для поступлений из внеевропейских офшоров. В последнее время в экономической литературе для подобного явления даже введен специальный термин – round-tripping of FDI («путешествие ПИИ по кругу»).
Путаница возникает и с «обычными» инвестициями, когда ТНК переводят средства через свои дочерние структуры, расположенные в третьих странах. Например, известная шведская мебельная компания «ИКЕА» начала в 2000 г. проникновение на российский рынок через Германию (путем организации сети магазинов) и лишь с 2002 г. стала осуществлять ПИИ непосредственно из Швеции – через производственную дочернюю структуру «Сведвуд». Американская «Кока-кола», напротив, в 2001 г., спустя 11 лет после начала инвестирования в России, перевела свои производственные активы в стране на греческую дочернюю структуру, которая продолжила осуществлять ПИИ (в частности, купив в 2005 г. за 0,5 млрд долл. известного производителя соков «Мултон»). Такое явление получило у специалистов в сфере инвестирования не менее образное название – trans-shipping of FDI («движение ПИИ с пересадкой»).
В довершение всего, Росстат не только игнорирует банковские ПИИ, но и не регистрирует значительную часть нефинансовых проектов с участием инвесторов из ЕС.
Национальные ведомства стран ЕС и Евростат, предоставляющие более качественные сведения, обрабатывают информацию очень долго, так что пока доступны подробные данные лишь на конец 2006 г.
Несмотря на огромные различия в оценках (см. таблицу), можно выделить несколько явных стран-лидеров по накопленным в России ПИИ. Ведущим партнером выступают Нидерланды, за которыми следуют Германия и Великобритания, а затем, с заметным отрывом, – Франция, Швеция и Финляндия. По данным Евростата, к концу 2006 г. аккумулированная в России сумма ПИИ фирм из этих стран приближалась к 50 млрд долл. (показатель Росстата была почти вдвое ниже). При этом на них приходилось свыше 90% всех накопленных в России ПИИ из Евросоюза.
 
Страны ЕС – лидеры по накопленным в России ПИИ (млрд. долл.)
Страна
Конец 2005
Конец 2006
Конец 2007
Евростат
Росстат
Евростат
Росстат
Росстат
Кипр
0,1
13,9
0,1
22,8
35,4
Нидерланды
7,0
16,1
14,7
19,2
35,3
Германия
8,3
2,0
13,3
3,3
4,5
Великобритания
3,3
2,7
11,3
2,9
3,4
Франция
3,0
0,9
4,3
1,1
1,6
Швеция
2,9
4,1
Финляндия
1,4
2,1
 
За последние полтора года ПИИ из Евросоюза в России увеличились еще на несколько десятков миллиардов долларов. При этом открытие новых возможностей для инвестирования (прежде всего в сфере энергетики) обусловило вхождение в число лидеров итальянских инвесторов. Впрочем, Италия, как все ведущие страны-инвесторы, и раньше выделялась устойчивостью поступлений ПИИ в Россию, тогда как заметный приток прямых капиталовложений из Люксембурга, Австрии, Польши, некоторых других стран ЕС был связан главным образом с разовым переводом финансовых средств при реализации единичных крупных проектов (рис. 1).
 
 
Для многих малых государств ЕС, не относящихся к значимым экспортерам капитала в мире, Россия играет сравнительно большую роль вследствие так называемого эффекта соседства. В частности, в России сосредоточено около 16% литовских ПИИ, причем почти все проекты размещены в смежной с Литвой Калининградской области (другое дело, что максимальный размер инвестиций в одно предприятие составил 14 млн долл. – у производителя холодильников «Снайге», а среди многочисленных проектов в пищевой отрасли лишь у трех ПИИ превысили 1 млн долл.). Значительное место занимает Россия и у инвесторов из других восточноевропейских стран ЕС – Румынии, Эстонии, Латвии, Словакии, Чехии, Словении.
Эффект соседства важен не только для «новичков» заграничного инвестирования. В случае с Россией он характерен и для традиционно ориентированных на экспансию в Восточной Европе компаний «старых» членов Евросоюза – финских, германских и австрийских (рис. 2). При этом, как и у компаний «новых» членов ЕС, у них могут прослеживаться внутрироссийские территориальные предпочтения. Так, 2/3 всех финских дочерних предприятий в России сосредоточены на Северо-Западе, причем в Карелии 45% организаций с участием иностранного капитала привлекли именно финские ПИИ.
 
 
 
Проявление эффекта соседства связано прежде всего с наличием у предпринимателей из ближних стран большей информации о возможностях осуществления ПИИ по сравнению с бизнесменами из удаленных государств. На принятие инвестиционного решения влияет, например, возможность экономии на транспортных издержках и координации производственных цепочек, однако чаще эффект соседства обусловлен другими факторами: отсутствием языковых барьеров, наличием между странами исторических связей, которые способствуют формированию устойчивых трансграничных предпринимательских контактов. Инвестирование в близлежащей стране нередко рассматривается как менее рискованное, что побуждает к осуществлению капиталовложений даже средние по величине компании, которые в других случаях опасаются инвестировать средства.
Кажущееся исключение в виде сравнительно больших ПИИ из Нидерландов и Великобритании объясняется отраслевой структурой инвестиций: крупнейшие инвесторы этих двух стран действуют в нефтегазовом секторе – ведущем реципиенте иностранных капиталовложений в России. Вместе с тем фирмы из Испании, занимающей 5-е место в ЕС по масштабам экспортированного капитала (после Великобритании, Германии, Франции и Нидерландов), почти не проявляют интереса к России: на нашу страну приходится лишь 0,1% аккумулированных за рубежом испанских ПИИ.
 
Основные компании-инвесторы в энергетике
До последнего времени по размерам осуществленных в России капиталовложений на общем фоне резко выделялись энергетические ТНК.
В 1993 г. нидерландско-британский топливный концерн «Ройал Датч – Шелл» (после недавней реорганизации акционерного капитала он формально стал нидерландским) организовал совместную компанию по освоению Салымских месторождений в Ханты-Мансийском АО (правда, добыча начата только в конце 2004 г.). В 1994 г. на условиях СРП стартовала реализация еще более грандиозного проекта – «Сахалин-2», доля «Шелл» в котором до конца 2006 г. составляла 55% (партнерами европейского инвестора выступали японские фирмы). После экологического скандала, облегчившего вхождение в проект «Газпрома», у каждого из участников российский гигант выкупил по половине его доли (у «Шелл» – более чем за 4 млрд долл.). Кроме того, как и другие нефтегазовые фирмы, «Шелл» развивает в России собственную сбытовую сеть нефтепродуктов (через АЗС).
С 1995 г. французская (а вернее – франко-бельгийская) «Тоталь» совместно с норвежским и российским партнерами приступила к освоению на условиях СРП крупного Харьягинского месторождения в Тимано-Печорском бассейне. Доля французского концерна, выступающего в роли оператора проекта, составляет 50%, а инвестиции уже достигли нескольких сотен миллионов долларов. После трудных и в основном неудачных попыток расширить свое присутствие в России компания «Тоталь» все-таки получила 25% в совместной с «Газпромом» и норвежской «Статойл-Гидро» компании, осваивающей перспективное Штокмановское газоконденсатное месторождение.
Третьим крупным инвестором из ЕС в топливной промышленности является британская компания «ВР» («БиПи»), выбравшая особый способ проникновения на российский рынок. Сначала «БиПи» в два этапа приобрела 25% акций фирмы «Сиданко» почти за 0,9 млрд долл. и обзавелась рядом небольших активов, а в 2003–2005 гг. в результате их слияния с российской компанией «ТНК» была создана на паритетных началах российско-британская компания «ТНК-ВР». Формально британские ПИИ превысили 6 млрд долл., однако реально в Россию средств почти не поступило, так как слияние базировалось на обмене акциями. Образованная компания осваивает месторождения по всей стране, владеет в России четырьмя нефтеперерабатывающими заводами и более 1 тыс. АЗС.
В нефтегазовом секторе России работают также германская «Винтерсхалль» (дочерняя структура известного химического концерна «БАСФ», представленного в России и другими предприятиями), венгерская «МОЛ» и ряд менее известных топливных компаний из разных стран ЕС.
Позже других заметно укрепили свои позиции в России итальянские энергетические концерны «ЭНИ» и «Энел». Весной 2007 г. за 5,8 млрд долл. их совместная дочерняя структура «Северная энергия» (бывшая «Энинефтегаз», доли двух итальянских ТНК – 60% и 40%) выкупила некоторые активы «ЮКОСа» («Арктикгаз», «Уренгойл» и др.), а также 20% компании «Газпром нефть», что стало очередным шагом по укреплению связей с лидером российской газовой промышленности – «Газпромом».
Если не считать сети АЗС «Аджип» компании «ЭНИ», до последнего времени деятельность итальянских энергетических фирм в России была почти полностью завязана на «Газпром». Однако в ходе реструктуризации российской электроэнергетики компания «Энел» стала одним из главных иностранных инвесторов, купив почти за 4 млрд долл. 59,8% акций «ОГК-5» (Конаковская, Невинномысская, Рефтинская и Среднеуральская ГРЭС).
Пытаются проникнуть в российскую электроэнергетику и другие компании из ЕС, причем двум из них уже удалось занять серьезные позиции. Так, германская «Э.Он» стала собственником 69% акций «ОГК-4» (Сургутская ГРЭС-2, Березовская ГРЭС-1, Шатурская ГРЭС-5, Смоленская ГРЭС и Яйвинская ГРЭС), заплатив осенью 2007 г. приблизительно 5,8 млрд долл. Как и у итальянских ТНК, до этого деятельность «Э.Он» в России была связана в основном с «Газпромом». Сначала ее дочерняя фирма «Рургаз», осуществив лишь портфельные инвестиции, смогла ввести своего представителя в совет директоров «Газпрома», а летом 2006 г. «Э.Он», также как и «БАСФ», договорилась обменяться с «Газпромом» частью активов с целью получения по 25% минус 1 акция в компании «Севернефтегазпром», владеющей лицензией на разработку Южно-Русского месторождения.
Первым среди компаний из ЕС вложил ПИИ в российскую электроэнергетику финский концерн «Фортум». Осуществляя с конца 1990-х годов портфельные инвестиции в «Ленэнерго», он смог к 2004 г. довести свой пакет акций до блокирующего (30%) и получить место в совете директоров. В ходе реформы концерну удалось сохранить полученный статус прямого инвестора, доведя до 25,7% свою долю в «ТГК-1» (куда помимо «Петербургской генерирующей компании» вошли «Кольская генерирующая компания», «Карелэнергогенерация», Мурманская и Апатитская ТЭЦ). Более того, весной 2008 г. «Фортум» заплатил около 2 млрд долл. за 76,5% акций «ТГК-10» (Челябинская, Тюменская региональная и Курганская генерирующие компании) и планирует в ближайшие годы значительные инвестиции в модернизацию уральских электростанций. У концерна есть также дочерняя фирма «Несте», которая на Северо-Западе России развивает сеть АЗС.
 
Разнообразие инвесторов в обрабатывающей промышленности
Несмотря на большие вложения в российскую энергетику, ТНК из стран ЕС чаще интересуются сравнительно емким потребительским рынком России. Значительные ПИИ осуществили компании самых разных отраслей обрабатывающей промышленности и сферы услуг.
Прежде всего следует отметить пищевую промышленность, особенно пивоварение, где европейские инвесторы уже доминируют. Еще в 1993 г. компания «Балтик бевериджиз холдинг» («ББХ») начала экспансию в России, установив контроль над петербургским заводом «Балтика». К настоящему времени у компании действует 11 заводов по всей стране, а инвестиции исчисляются многими сотнями миллионов долларов. Собственники «ББХ» несколько раз менялись, однако это всегда были фирмы из ЕС. В результате поглощения в январе 2008 г. британской «Скоттиш энд Ньюкасл» единоличным владельцем «ББХ» стала датская компания «Карлсберг». Сопоставимую роль в российском пивоварении, также по всей стране, играет бельгийско-бразильский концерн «Инбев» (торговые марки «Клинское», «Толстяк», «Сибирская корона» и др.); компании, ставшие затем его составными частями, осуществляли первые инвестиции в России еще в 1990-е годы. Позже других в Россию пришел нидерландский концерн «Хайнекен». Лишь в феврале 2002 г. за 0,4 млрд долл. он приобрел у исландских инвесторов петербургскую компанию «Браво Интернэшнл» (торговая марка «Бочкарёв»). Зато в 2004–2005 гг. концерн приобрел сразу несколько фирм, причем только за «Пивоварни Ивана Таранова» им было заплачено более 0,5 млрд долл.).
Из инвесторов в других отраслях пищевой промышленности можно выделить диверсифицированные нидерландско-британский концерн «Юнилевер» и французскую компанию «Данон» (с недавних пор – под контролем американского капитала), британскую табачную компанию «БАТ». Значительные ПИИ осуществили также молочные фирмы «Эрманн» из ФРГ и «Кампина» из Нидерландов, кондитерские компании «Кэдбери-Швепс» из Великобритании и «Альфред Риттер» из ФРГ, совладелец мясокомбината «КампоМос» – испанская «Кампофрио» и ряд других (в основном среднего размера) фирм из стран ЕС.
В последнее время заметно выросли инвестиции из ЕС в российском машиностроении. Если раньше капиталовложения были связаны в основном с производством бытовой электротехники (итальянской «Индезит», шведской «Электролюкс», германской «Роберт Бош» и др.), а также реализацией немногочисленных проектов в высокотехнологичных отраслях (прежде всего со стороны германской «Сименс», французских «Алкатель» и «Снекма»), то в последнее время активизировались автомобилестроители.
Еще в 1998 г. французская компания «Рено» на базе столичного «АЗЛК» создала совместное предприятие «Автофрамос»; к 2005 г. благодаря дополнительным инвестициям доля компании в нем превысила 90%. В декабре 2007 г. «Рено» запустила еще более грандиозный проект, став стратегическим инвестором компании «АвтоВАЗ» (за 25% акций заплачено свыше 1 млрд долл.).
Ориентируясь на успех американской компании «Форд» и ее последователей из других стран, организовавших в России массовый выпуск легковых автомобилей «с нуля», к концу 2007 г. в Калужской области закончил строительство и запустил производство германский «Фольксваген».
Кроме того, в России основали небольшие сборочные предприятия шведские автомобилестроители: «Вольво» – по выпуску грузовиков в Зеленограде, а «Скания» – автобусов в Санкт-Петербурге. В 2008 г. объявили о своих планах итальянский «ФИАТ» и консорциум с участием французской фирмы «Пежо-Ситроэн».
Осуществляют ПИИ в России и производители шин из ЕС. Это, например, финская компания «Нокиан тайэрс», у которой помимо завода на родине есть только одно крупное предприятие – в петербургском пригороде Всеволожске (к 2010 г. капиталовложения в это постоянно расширяемое с 2005 г. производство превысят 0,5 млрд долл.). Кроме того, в Подмосковье с 2004 г. действует завод французской компании «Мишлен», а в Омской области еще в 1995 г. было создано совместное предприятие с участием словацкой фирмы «Матадор».
Среди представленных в России химических компаний выделяется германская «Хенкель», которая действует сразу в нескольких подотраслях – прежде всего в производстве клеев, синтетических моющих средств и средств обработки металлических поверхностей. Можно также назвать нидерландскую «Акзо Нобель» (производство красок), финскую «Кемира» (выпуск красок «Тиккурила» и химикатов для очистки воды) и т.д.
Ряд европейских компаний осуществили ПИИ в российскую фармацевтическую промышленность. Так, германская «СТАДА» приобрела в самом начале 2005 г. 97,5% акций крупной фирмы «Нижфарм», а летом 2007 г. – московскую компанию «Макиз-фарм» (в сумме затраты инвестора превысили 0,3 млрд долл.). В этой отрасли активнее оказались восточноевропейские инвесторы, которые пытаются опередить в России более сильных западноевропейских конкурентов. Можно отметить строительство «с нуля» в начале текущего десятилетия фармацевтических заводов в Подмосковье венгерской «Гедеон Рихтер» и словенской «Крка», а также покупку весной 2007 г. польской «Полфарма» 80,4% акций известной подмосковной фирмы «Акрихин» за 110 млн долл.
Значительные инвестиции из ЕС поступают и в материалоемкие производства российской промышленности. В страну пришли несколько производителей стройматериалов, в том числе французский диверсифицированный гигант «Сен-Гобен» и ведущие цементные компании: «Лафарж» из Франции и «Хайдельбергер цемент» из ФРГ. При этом некоторые из более мелких фирм по объемам ПИИ обходят отраслевых лидеров (например, германский «Кнауф» вложил в России уже свыше 0,5 млрд долл.), а другие при сравнительно небольших объемах капиталовложений захватили лидерство в узких нишах (в частности, испанская «Уралита» – на рынке стекловаты и других изоляционных материалов). Ряд инвесторов из ЕС действуют в российской черной и цветной металлургии, среди них британские горнодобывающие компании. По размерам ПИИ в деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной промышленности выделяются фирмы из Северной Европы: финские «Стура-Энсо» и «УПМ-Кюммене», шведские «Свенска целлюлоза» и «Тетра Пак».
 
Капиталовложения в сфере услуг
Постоянно возрастают капиталовложения со стороны европейских компаний, действующих в сфере услуг. Наибольшую известность получили торговые сети. Здесь среди лидеров шведская компания «ИКЕА», которая за 8 лет работы в России открыла в стране 11 мебельных магазинов, а также построила (под сдачу в аренду) торговые комплексы «Мега», инвестировав около 2 млрд долл. Выделяются также германская компания «Метро» (число ее магазинов формата «кэш энд керри», первый из которых был открыт в стране в 2001 г., превысило 30, не считая сети гипермаркетов «Реал») и французская «Ашан» (с 2002 г. компания открывает в России одноименные гипермаркеты, а с 2005 г. развивает также сеть супермаркетов «Атак»). Действует и много других торговых компаний из ЕС. Почти все они реализуют экспансию бизнеса в России по одной схеме: сначала закрепляются в столичном регионе, потом открывают магазины в Санкт-Петербурге, других крупных городах страны, причем освоение восточных регионов России начинается позже.
В последнее время нарастают капиталовложения в России у банков из стран ЕС. Наиболее значительные ПИИ осуществили итальянский «Юникредит» (главным образом вследствие приобретения «Международного московского банка»), германский «Дойче банк» (главным образом благодаря покупке в декабре 2005 г. за 450 млн долл. 60% акций «Объединенной финансовой группы» вдобавок к купленным в 2004 г. 40%) и австрийский «Райффайзенбанк» (в основном в результате поглощения в начале 2006 г. за 550 млн долл. «Импэксбанка»). В России также действуют дочерние структуры таких известных европейских банков, как французские «Сосьете женераль» и «БНП Париба», нидерландские «АБН – АМРО» и «ИНГ», германский «Коммерцбанк», бельгийский «КБС», шведский «Нурдеа» и многие другие. Среди страховых компаний из ЕС по размерам капиталовложений в России бесспорным лидером является германский «Альянц».
Из других отраслей сферы услуг, где заметно присутствие инвесторов из ЕС, следует выделить телекоммуникации. Наибольшее влияние на развитие российской мобильной связи в свое время оказал «Дойче телеком», который, однако, в 2005 г. вышел из состава акционеров «МТС». В настоящее время видную роль играют шведско-финская «Телиа-Сонера» (среди прочего – совладелец компании «Мегафон») и шведская «Теле2». Кроме того, существенные капиталовложения привлекли СМИ (например, финская компания «Санома ВСОЮ» вложила в России почти 0,2 млрд долл.), логистический бизнес (объемами инвестиций выделяются дочерняя структура «ДиЭйчЭл» германской «Дойче пост», а также нидерландская «ТНТ пост»), девелопмент (хотя инвестиции в сектор российской недвижимости с трудом поддаются сколько-нибудь точной оценке, а следовательно и детальному анализу).
 
***
Несмотря на происходящий  в нашей стране в последние годы устойчивый рост ПИИ из Евросоюза, российский инвестиционный климат по-прежнему нуждается в улучшении. Безусловно, в текущем десятилетии вследствие подъема экономики и ряда институциональных преобразований (например, в налоговой сфере) некоторые вопросы оказались сняты с повестки дня. Зато еще острее стали восприниматься оставшиеся проблемы, прежде всего коррупция, важность борьбы с которой на первое место ставят около 90% инвесторов. Особенно критичен существующий уровень взяточничества для огромного количества европейских инвесторов среднего размера, способных развивать в России специализированное производство высокого уровня.
Анализируя прямые инвестиции, следует не забывать, что эффект от значительной части проектов компаний из ЕС в России не ограничивается только финансовой составляющей, роль которой для отечественной экономики в современных условиях, может быть, и не столь уж велика. Как показывает практика, с помощью европейских ТНК сразу несколько отраслей российской экономики получили мощный импульс для развития, выражавшийся в технологической модернизации или внедрении принципиально новых, эффективных методов управления. При этом часто такой импульс обуславливался не столько лидерством инвестора из ЕС, сколько связанным с ним обострением конкуренции, которая стимулировала отечественные фирмы совершенствовать свое производство, бизнес-стратегии и т.д. (особенно ярко это проявилось в сферах сетевой торговли и телефонной связи). По-видимому, данный процесс будет продолжаться и дальше, причем есть надежда на то, что он в большей мере затронет российскую промышленность (в частности, автомобилестроение и электроэнергетику).


Читайте также на нашем сайте: 


Опубликовано на портале 23/06/2008



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика