Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

«Концепция–2020»: в поиске реализуемого сценария

Версия для печати

Специально для сайта «Перспективы»

Сергей Казеннов

«Концепция–2020»: в поиске реализуемого сценария


Казеннов Сергей Юрьевич - кандидат экономических наук, заведующий Сектором общих проблем военной политики Отдела стратегических исследований ИМЭМО РАН.


«Концепция–2020»: в поиске реализуемого сценария

Совсем скоро должна быть принята «Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года». От правильности очерченного ею вектора развития будет зависеть не просто уровень жизни в России, но, возможно, и сам факт сохранения ее имени на карте мира. Проект этого стратегического документа, его достоинства и упущения, смысл и значение анализирует заведующий сектором ИМЭМО РАН Сергей Казеннов. Внося уточнения и коррективы, он формулирует во многом иной свод ключевых принципов реформирования страны.

«Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года» (далее – «Концепция-2020» или «Концепция») разработана в соответствии с поручением президента РФ по итогам заседания Государственного совета, состоявшегося 21 июля 2006 года. Основной целью «Концепции-2020» ее заказчики, кураторы и авторы называют определение путей и способов повышения благосостояния российских граждан, укрепления национальной безопасности, динамичного экономического развития, укрепления позиций России в мировом сообществе.
Речь идет о «прорывных», инновационно-модернизационных реформах. К 2020 году предусматривается не только резкий количественный рост экономики, но и качественный переход на инновационный тип хозяйствования, поведения, психологического мироощущения. Правда, за обилием цифр и показателей не слишком просматриваются конкретные методы и механизмы реализации «Концепции».
«Концепция-2020» все еще не принята в качестве официального документа. Попытки сделать это были, однако всякий раз обнаруживались недочеты и неувязки. Предполагается утвердить проект до конца текущего года после широкого предварительного обсуждения, в том числе с участием правительственных и парламентских структур.
«Концепция» писалась на пике успехов мировой и отечественной экономики и практически не учитывает неприятностей, характерных для последних полутора лет. Уже это предполагает корректировку некоторых излишне оптимистичных прогнозов. В целом в «Концепции-2020» есть что обсудить, о чем поспорить, в чем усомниться. Ведь от правильности и реалистичности выбранного курса и применяемых средств зависит многое, вплоть до того, останется ли вообще имя «Россия» на карте мира к середине XXI века.    
   
«Концепция-2020» состоит из семи разделов. В первом - «Стратегические ориентиры долгосрочного социально-экономического развития» - изложены необходимость и пути (как их понимают авторы) перехода к инновационному социально ориентированному типу развития, вопросы взаимодействия государства, частного бизнеса и общества. Особое внимание уделено возвращению России в число ведущих мировых экономических держав. Второй раздел – «Этапы инновационного развития»: реформа разбита на временные отрезки, для каждого ставятся определенные задачи и указаны контрольные цифры и показатели. Третий раздел посвящен человеческому потенциалу: здесь рассматриваются демографическая политика, модернизация и развитие здравоохранения, образования, культуры, рынка труда, социальных институтов и социальной политики, пенсионной системы, дается оценка рынка жилья. В четвертом – «Развитие экономических институтов и поддержание макроэкономической стабильности» – рассмотрены проблемы формирования институциональной среды, долгосрочные приоритеты денежно-кредитной и бюджетной политики, развитие финансовых рынков и банковского сектора. Достаточно любопытен, спорен и где-то даже провокативен пятый раздел – «Развитие национальной конкурентоспособности». Не секрет, что в этой области у РФ больше проблем, чем достижений. Шестой раздел посвящен внешнеэкономической политике. Наконец, в седьмом – «Региональное развитие» - отдельно рассмотрены проблемы экономического районирования РФ и развития макрорегионов, вопросы их самостоятельности и взаимозависимости. Приводится перечень «новостроек на карте России» к 2020 году.
Авторы «Концепции» предложили именно эту структуру и именно такой директивный, дирижистский подход, и это их право. По крайней мере, продемонстрированы стремление руководства страны к серьезным качественным переменам и понимание всех последствий затягивания нынешней застойно-стагнационной (по-другому – стабилизационной) ситуации в России.
 
Руководство к действию или пиар-акция?
Отнюдь не случайно «Концепция-2020» оказалась в центре внимания именно сейчас. Наступило время для серьезной корректировки пути развития, выбора новых ориентиров. Прежде всего, показал свою неэффективность курс, в различных вариациях проводимый на протяжении последних двух десятилетий, когда лишь в малой степени был востребован и задействован огромный потенциал российского общества. Небезосновательно многие в России называют эти годы потерянными. С одной стороны, за это время было раскрепощено сознание людей (в какую сторону, созидания или разрушения, – другой вопрос), а раскрепощенность важна для движения вперед; с другой, одновременно были напрочь стерты многие необходимые (особенно для осуществления судьбоносных реформ) представления, понятия, ментальные «коды».
В последнее время идет переосмысление прошлого, в том числе перестроечного и постперестроечного. Россиянам надоела навязанная им роль «лузеров», мальчиков для битья, прилежных учеников, которым преподают азы демократии. В этом отношении не только реформы назрели, но и сама Россия созрела для подлинных реформ, а не их эрзаца, сорняка-мутанта. Необходим пересмотр аксиом и стереотипов предыдущего этапа. Со старым идеологическим багажом «прорывные» реформы просто не пойдут.
Еще одна причина – рост новых угроз и вызовов в условиях жесткой глобальной конкуренции, нестабильности в экономике и сфере безопасности. Немаловажным фактором стали впервые появившиеся у России за постперестроечное время финансовые средства для комплексного реформирования.
Основное предназначение «Концепции-2020»  - в ее способности служить ориентиром, мобилизационным планом. Она призвана дать обществу ощущение предсказуемости, канализировать его позитивные устремления, нацелить людей на решение конкретных, пусть и не во всем выполнимых задач. «Концепция» может рассматриваться и как своего рода заявка России на участие в формировании нового мирового порядка (НМП) и на роль одного из лидеров мирового развития, как сигнал, посланный другим главным игрокам на международной арене, которым предлагается привыкать к новому качеству России.
В современном мире виртуальное подчас важнее реального, и обладание инициативой в виртуальном пространстве – стратегический фактор управления обществом, влияния на внешний мир, формирования совокупной мощи государства. В этом отношении «Концепция» может считаться необходимым инструментом такого воздействия в преддверии и в ходе реформ. Однако не исключен и взгляд на «Концепцию» как на пиар-ход, предназначенный отвлечь общество от нарастающих сложностей. В непростые времена всегда требуется обезболивание, а термины «инновация» и «модернизация» для этого хорошо подходят. Существует и крайнее мнение: «Концепция-2020» - это «подстава», попытка увести Россию на заведомо нереальный, непроходимый путь, где она окончательно выбьется из сил и дискредитирует себя. 
 
Условия и ограничители модернизации
При планировании долгосрочных реформ важно определить исходные позиции. Каковы современное состояние России, траектория развития экономики и общества, сильные и слабые стороны, внешние и внутренние ограничители? Если есть ресурсная (в широком понимании) база, стимулы, обеспечен прочностный запас, то можно действовать, используя преимущественно рыночные механизмы и лишь совершенствуя, наращивая и закрепляя достигнутое, осуществляя «тонкую самонастройку». Это инерционный сценарий. Если же мы имеем принципиально иной случай, когда сроки исполнения и ресурсы ограничены и нужно преодолевать множество проблем, приобретенных по наследству или возникающих по ходу дела, то требуется уже совершенно другой, мобилизационный сценарий.  И это как раз наш случай. Мобилизационный проект – единственно возможный для России даже в целях сохранения статус-кво в быстро меняющемся мире, не говоря уже о некоем прорыве.
Авторы «Концепции-2020» явно недооценивают, по крайней мере публично, те трудности и ограничители, которые имеются на пути модернизационных реформ. Это касается в первую очередь дефицита ресурсов. Недостаточная эффективность современной российской экономики и инвестиций в нее ставит под сомнение реализуемость ряда положений «Концепции». Россия еще не вышла на курс стабильного, предсказуемого развития. Более того, не вполне верно, по нашему мнению, охарактеризована и сегодняшняя траектория развития. Негативные тенденции 1990-х годов не преодолены, а по ряду параметров даже усугубляются. Взять хотя бы двузначную инфляцию. К лимитирующим факторам относятся и растущая дифференциация (не только материальная), и наличие разногласий и противостояний в обществе.
Неправильно игнорировать проблемы нынешней фазы глобального экономического цикла и зигзаги в сфере международной безопасности. Не будем забывать и того, что РФ имеет безусловные особенности, она действительно «суверенна», хотя бы в силу традиций (не только достойных сохранения и преумножения), геополитических и геоэкономических характеристик страны, нахождения между ведущими мировыми цивилизационными ядрами. Суровый климат (более 60% территории РФ - вечная мерзлота), протяженность, структура экономики объективно предопределяют удельную энергоемкость ВВП страны в 2,5-4,0 раза выше, чем в Западной Европе. Все это не может не накладывать отпечаток на проект и ход реформ. Без учета реальных факторов и тенденций главные выводы «Концепции-2020» способны быть восприняты как «подгонка» под готовую реформаторскую доктрину, идею радикального реформирования часто в истории России сопутствовавшую смене власти.
Целый ряд положений «Концепии-2020» требует уточнения или пересмотра. Реализуемый на российской почве модернизационный план должен быть комплексным, то есть сочетать в своем арсенале набор различных экономических, административных, моральных стимулов, «свобод» и «несвобод». Речь идет именно о сочетании, а не подмене одного другим. Например, очевидно, что одних только рыночно-монетарных методов явно недостаточно для проведения социальной политики, мероприятий в области демографии, здравоохранения, образования. Абсолютизация «конкурентной среды» при отсутствии иных сдержек и контрстимулов не решает многих вопросов – таких как эффективность и качество труда, снижение себестоимости. Амбициозные планы модернизации особо чувствительны к наличию стабильности, безопасности, внешней и внутренней. «Без порядка нет свободы» – этот лозунг должен стать одним из главных, по крайней мере на первом этапе реформ.
 Мобилизационный сценарий – а для других сценариев ресурсов и средств, как и времени, у России просто нет - предполагает формирование мобилизационного (реформаторского) сознания – осознанной готовности нести общее бремя, брать на себя часть общей ответственности - этого сегодня не хватает ни российским элитам, ни простым людям. Мобилизация должна произойти прежде всего в умах. Надо сформулировать общенациональную систему ценностей, обеспечить единство взглядов на цели и задачи реформ, обозначить их допустимые социальные издержки. Важнейшая задача – резкое повышение правовой культуры и законопослушания, ликвидация «щелей» в законодательстве и в законоприменительной сфере. Криминально-коррупционная составляющая в себестоимости отечественной продукции достигает 1/3, что серьезно влияет на конкурентоспособность всего хозяйственного комплекса России на мировой арене.
И на повестке дня – поиск новой надежной опоры для власти и для реформ. Настало время решительно отмежеваться от тех сил внутри страны, которые способны только демонстрировать лояльность власти, но одновременно куда в большей степени дискредитируют эту власть перед обществом и миром.
 
Реформам нужна стабильность
Фактор стабильности важен для всех экономик и обществ, но особенно – для сегодняшней России, прошедшей через полосу революционных потрясений, несбывшихся ожиданий и еще не обретшей новые ориентиры и ценности. После «лихих девяностых» у нас многое сделано для обеспечения стабильности. Однако достигнутого уровня все же может оказаться недостаточно для «прорывной» модернизации.
На стабильность воздействуют самые разнообразные явления, такие как инфляция, идейная, политическая, национальная разобщенность, межэлитные конфликты, рост напряженности в обществе, правовой нигилизм, комбинации внешних и внутренних факторов.
Неизбежны попытки дестабилизировать Россию извне, в том числе в экономической сфере. Некоторые государства прекрасно освоили приемы «управляемой нестабильности» и используют их в качестве одного из основных инструментов своей внешней политики. Впрочем, нет худа без добра – при доверии к власти (которое нужно еще заслужить) нация может сплотиться, приумножить свой мобилизационный потенциал перед лицом внешних угроз.
В ходе предстоящих реформ может «сдетонировать» Северный Кавказ, хотя  пока перевес за теми, кому дестабилизация на Кавказе невыгодна. Что касается Дальнего Востока, то там возможная китайская экспансия будет, скорее всего, заблокирована не только Россией, но и влиятельными региональными игроками, которые не хотели бы, чтобы Поднебесная «прирастала Сибирью». К тому же и сама КНР намерена «высосать Россию через соломинку», не прибегая к формальному переносу пограничных столбов. Способна ли будет Россия ответить на данный вызов – другой вопрос.
На наш взгляд, существенным изъяном «Концепции-2020» является то, что в нее не закладываются очевидные уже сегодня сложности предстоящего десятилетия. Специалисты считают, что оно  будет богато на природно-климатические катаклизмы, а это несомненно скажется на экономике, политике, сфере безопасности. Например, резко усилятся миграционные потоки. Обострится борьба, в том числе с использованием силовых средств, за все более ограниченные природные ресурсы. Усилятся конкуренция за глобальное лидерство и борьба региональных держав. Глобализация в ее нынешнем виде достигнет пика противоречий. Возрастут диспропорции в мировой экономике, усилятся системные и циклические кризисы во многих отраслях. Произойдет деформация схем кооперации, в том числе энергосырьевой, изменение потребностей глобального рынка скажется на экономиках с самой разной хозяйственной структурой. Как в ведущих, так и в догоняющих стран могут происходить бурные, турбулентные, скачкообразные экономические процессы, препятствующие устойчивому и предсказуемому развитию. Все это, возможно, ускорит выбор Россией именно мобилизационного сценария реформ.
 
Есть ли средства для модернизации?
Существенная особенность сегодняшней ситуации – необходимость решать одновременно две основные задачи: качественной модернизации экономики и по крайней мере сохранения, а по возможности улучшения материального и морально-психологического состояния населения.
Где найти средства? Вряд ли реалистичен вариант «самофинансирования» реформ за счет резкого роста интенсивности и производительности труда (в 3 – 5 раз). Не удастся и сэкономить за счет урезания социальной сферы, поскольку это может привести к дестабилизации. Скорее всего, придется подумать об отказе, хотя бы на время, от ряда знаковых высокозатратных мегапроектов – таких как масштабное освоение дальнего космоса. Не стоит исключать непопулярные у части российских элит меры по изменению формата партнерства с отечественным бизнесом - в обмен на надежные политические и юридические гарантии, - которые будут приняты обществом – это наконец позволит хотя бы отчасти легитимировать приватизацию 1990-х годов в глазах россиян. Неизбежно и прямое участие государства в деятельности естественных монополий, в том числе в крупных инвестиционных программах. При этом облегчение финансовых условий для деятельности отечественного нефтегазового сектора вряд ли является первоочередной задачей.
Финансовая «подушка безопасности» для начальной стадии реформ в РФ пока сохраняется. Россия остается ведущим производителем и экспортером энергоносителей. Мировые цены на эту группу товаров, с учетом сложной геополитической обстановки, будут скорее расти, чем падать. Однако себестоимость разведки, добычи, переработки, транспортировки энергоносителей, и без того значительная, для РФ будет возрастать еще больше. Потребуются новые технические решения, привлечение в том числе зарубежных технологий, партнеров, капитала. Изъятие средств из этой сферы для федерального бюджета, конвертация нефтегазовых доходов в инновационные проекты могут столкнуться с большими трудностями. В то же время роль России как ведущего транзитера энергоносителей и других товаров может возрастать, хотя не исключен и обратный вариант по мере создания альтернативных коридоров в южном подбрюшье РФ. Подчеркнем, что России в любом случае следует очень осмотрительно подходить к так называемой «гонке трубопроводов», по сути инициированной Западом для решения своих собственных экономических и геополитических задач.
Прибегать к политике массированных, тем более «несвязанных» внешних займов также нужно очень осторожно, в том числе по соображениям национальной безопасности, если это не сопровождается трансфертом современных технологий, менеджмента, прочным врастанием зарубежных фирм в российскую экономику, встречными возможностями для российского бизнеса за рубежом. Разумеется, выход на мировые рынки высоких технологий (и не только) был бы для РФ намного проще при наличии Запада в качестве партнера и «промоутера». Но финансировать сегодня российские реформы означает для Запада плодить себе конкурентов на мировых рынках. И если Запад будет делать это, то весьма выборочно, с учетом емкости внутреннего платежеспособного рынка России
Один из важнейших факторов успешных реформ – качество человеческого материала. Уже сегодня в России существует серьезный кадровый дефицит, в первую очередь высококвалифицированной рабочей силы; через 10 лет он может составить, с учетом демографической ситуации и падения уровня образования, не менее 15 млн. человек. На ряд ведущих московских и уральских предприятий квалифицированных рабочих завозят из-за границы для работы вахтовым способом. Программы по привлечению нужных кадров, принятые в западных странах, способны привести к дополнительному «исходу» из России наиболее эффективного контингента. Общая неуверенность в перспективах, отсутствие должных государственных гарантий и поддержки человека на протяжении всего жизненного цикла, внедрение примитивного рыночного подхода во все сферы – все это препятствует успешной социальной и кадровой политике.
 
Техносфера
Вызывает беспокойство состояние экономики и техносферы РФ. До 2/3 темпов экономического роста обеспечиваются ростом цен на товары (прежде всего энергосырьевого экспорта) и услуги, а также скрытой инфляционной составляющей. По многим направлениям так и не достигнут уровень 1990 года, некоторые отрасли практически не подлежат восстановлению – например, станкостроение. Безвозвратно утеряно несколько сот ключевых технологий. Продолжается деградация в отраслях, призванных стать «локомотивом» инновационных реформ. Вполне реальна угроза потерять сильные позиции в экспорте вооружений. Ухудшение качества труда и кадрового потенциала особенно заметно в сфере высоких технологий.
Есть важные направления, где серьезно подорвана, если не разрушена, система кооперационных связей, поставок и рынков, превалирует малосерийное производство, отсутствует должная страховка со стороны государства. Все это не только провалы 1990-х годов, но и проблемы последних лет.
Нельзя не отреагировать на заявленную в «Концепции-2020» цель резко  (в 30 раз!) увеличить долю РФ на мировом рынке высокотехнологичной продукции. Очень вероятно, что в условиях усиливающейся глобальной конкуренции шансы России получить свою солидную «нишу» на этом рынке еще больше сократятся. Разрыв между РФ и остальным миром в сфере высоких технологий отнюдь не снижается, скорее наоборот. Так, за последние 8 – 10 лет у нас в 3 раза сократилось число авиапредприятий финишного производства. Уже не Россия в Китай, а Китай в Россию экспортирует продукцию машиностроения. Мы так и не смогли создать «свой» качественный сотовый телефонный аппарат. Система «ГЛОНАСС», несмотря на обещания и перенос сроков и финансовые вливания в проект, находится в «подвешенном» состоянии. По признанию официальных лиц, значительная часть компонентов отечественных спутников (и без того имеющих сроки эксплуатации в несколько раз короче, чем у зарубежных аналогов) и ракетной техники – импортного происхождения. Новый российский региональный самолет SS-100 на 2/3 является носителем импортных комплектующих и технологий. Магистральное авиастроение, несмотря на героические усилия, может уже не восстановиться, а ограничиться выпуском 6-8 самолетов в год. Есть мнение, что вхождение в ВТО окончательно раздавит высокотехнологичный сектор российской экономики, который уже сегодня, например, в авиастроении, не способен конкурировать с зарубежными производителями даже на внутрироссийском рынке. Подчеркнем, что процедуры ВТО по обеспечению открытости рынков на деле работают прежде всего в отношении тех, кто способен продвигать свои товары на мировые рынки и самостоятельно, без помощи ВТО.  Если же кто-то захочет перекрыть доступ российским товарам и передачу современных технологий в Россию, то это может быть сделано независимо от того, будет РФ членом ВТО или нет. Напомним, российские производители металлопродукции потеряли на рынках США 2 млрд.долл. из-за введения жестких квот по требованию профсоюзов американской сталелитейной промышленности - но санкции затронули и поставки из стран-членов ВТО! Кстати, нефтегазовые энергоносители и вооружения, эти «фишки» российского экспорта, не подпадают под юрисдикцию ВТО.
Нужно откровенно признать: в настоящее время возрождение техносферы РФ, а значит и проведение инновационно-модернизационных реформ, невозможно с опорой только на собственные силы. В этом нет ничего трагичного, более того, это привычно для России на протяжении всей ее истории. Очевидно, что Запад и другие, незападные страны будут развивать технологическое сотрудничество с РФ в своих деловых и политических интересах, отнюдь не совпадающих с нашими. Россия предстоит быть готовой к реализации в таком партнерстве собственных целей и иметь для этого на руках достаточные козыри, в том числе политические.
 
В глобальном «интерьере»
Россию ждет очень жесткая конкуренция, причем лежащая и за рамками экономики, технологий - прежде всего в политике. Не только на Западе, но и на Востоке и даже на Юге успело сложиться определенное представление о будущей роли РФ. И эта роль отнюдь не предусматривала воссоздания России ни в качестве сильного, самостоятельного центра силы и принятия решений, ни в качестве мощного экономического и технологического ядра. Поэтому российское руководство в настоящее время предпринимает подчас жесткие шаги, стремясь переубедить зарубежных оппонентов. Подчеркнем, что объективно «усеченный» статус России не в интересах мирового сообщества, в том числе Запада. И Запад, с точки зрения отношения к экономическому сотрудничеству с РФ, все же неоднороден, по крайней мере в большей степени, чем в политике. Но возможность равноправного сотрудничества с западной экономикой лимитирована политическими и технологическими факторами. Следует ожидать нарастания противодействия зарубежной активности российских компаний.
Что касается постсоветского пространства, то существует большой разброс оценок возможностей укрепления здесь зоны тяготения к РФ. И все же в условиях нарастающей конкуренции со стороны Запада, Китая и ряда других стран пока можно говорить скорее о дальнейшем размывании североевразийского геополитического массива, чем о его реинтеграции во главе с РФ.
Дальнейшее сближение с Китаем, с учетом нынешнего состояния российской экономики и общества, обещает России несомненные дивиденды, но при этом скорее всего сделает ее младшим партнером КНР.
Одно из ключевых конкурентных преимуществ России в глобальной экономике – это более низкие (по сравнению с мировыми) внутренние цены на энергоносители. Самой большой ошибкой было бы выстраивание ценовой политики России (занимающей первое-второе места в мире по добыче и экспорту нефти) внутри страны в соответствии с требованиями ВТО и ЕС. Очевидно, что эти требования исходят отнюдь не из озабоченности Запада проблемами экологии или повышением эффективности российской экономики, даже не из стремления стимулировать увеличение российских поставок нефти и газа на мировые рынки. Как и в отношении КНР, эта политика нацелена в первую очередь на торможение экономического развития и ограничение геополитического влияния России. В силу объективных причин – территориальных размеров, климата, структурных особенностей – российская экономика энерогоемка. Рост «в разы» стоимости энергосырья для внутренних потребителей сделает ее окончательно неконкурентоспособной. Резкое повышение транспортных тарифов за счет топливной составляющей просто раздробит Россию на куски. Только сдерживание роста внутренних энерготарифов дает шанс ввести в приемлемые рамки вырвавшуюся из-под контроля инфляцию и спасти таким образом саму идею реформ.
Безусловно, экономику РФ надо диверсифицировать, расширяя тем самым основу безопасного развития. Следует добиваться, чтобы мировое сообщество видело в России не только энергодонора, - не теряя при этом статуса энергетической сверхдержавы. Эффективность нынешней энергетической политики РФ – палка о двух концах, хотя объективно это сегодня один из немногих весомых козырей России на международной арене.
Трудно разделить удовлетворение авторов «Концепции-2020» тем, что РФ значительно превосходит по соотношению объема внешней торговли и ВВП аналогичные показатели сравнимых стран. Показатель участия в международном разделении труда тем выше, чем меньше размер страны и ее экономики, а РФ к категории малых стран не относится. Такой высокий показатель у России говорит скорее об однобокости внутренней хозяйственной структуры, о критической зависимости от внешних поставок, что, помимо прочего, таит риски для национальной безопасности. Мировой финансово-экономический кризис в силу этого может затронуть Россию весьма болезненным образом, а выход из него затянется – именно из-за неразвитости внутреннего рынка и структурных перекосов.
Следует добавить, что мировая экономика, участвующая в глобальной конкуренции, – это в основном экономика крупных компаний. Множество формально независимых средних и мелких предприятий фактически являются элементами транснациональных вертикально и горизонтально интегрированных хозяйственных структур. Многие ведущие глобальные компании имеют оборот, превышающий ВВП среднеразвитых государств. Интегрированные структуры характерны даже для таких «демонополизированных» отраслей, как сельское хозяйство, торговля и другие, не говоря уже о ведущих естественных монополиях, в первую очередь в энергосырьевой и инфраструктурной сферах. Заклинание «демонополизация – ключ к эффективности» применимо отнюдь не всегда: в ходе глобализации мы видим скорее рост концентрации экономики. Для РФ с ее традициями крупных монополий (при всех известных издержках этого явления, вызванных в большей степени некачественным менеджментом, чем «избыточной величиной») ставить в качестве приоритетной задачу разукрупнения было бы серьезной ошибкой. Крупные субъекты обладают преимуществами по сравнению с более мелкими в обеспечении серийного производства, концентрации усилий на главных направлениях, сокращении внутрифирменных издержек, обеспечении кооперации и работы со смежниками, формировании дилерской и сервисной сети, осуществлении дорогостоящих и долговременных НИОКР, получении кредитов, взаимодействии с зарубежными партнерами и т.д.
 
Реформы и государство
В условиях предстоящих реформ, вопреки расхожему мнению, неизбежен рост роли государства, его присутствия в экономике, идеологии, организации общества.
Эта роль особенно существенна в двух случаях, и оба характерны для современной России. Первый охватывает такие угрозы, как нарастание проблем в экономике, дестабилизация общества, усиление внешней конкуренции, глобальные кризисные явления, внутренние структурные и циклические диспропорции. Второй — необходимость добиться качественного модернизационного рывка в ограниченные сроки. В ходе радикальных реформ неизбежны нестыковки, разбалансировка общества, интересов отдельных его групп – все это требует тщательного курирования со стороны государства.
Россия – это обширные пространства с разреженной инфраструктурой и сетью поселений, суровыми природно-климатическими условиями, патерналистско-этатистскими, «общинными» традициями, северной энергоемкой экономикой, нерыночным характером развития значительных территорий. Это и многое другое предопределяет централизм в политике, экономике, идеологии как необходимое условие существования страны и общества. Это не «недоразвитость», а специфика России. Обвальное выведение государства из социально-экономической жизни в 1990-е годы привело к хаосу, сепаратизму, произволу удельных правителей, а образовавшийся вакуум власти быстро заполнили криминал и внешнее влияние.
Есть функции, которые в условиях неразвитого гражданского общества, слабости органов самоуправления и низкой ответственности отечественного бизнеса перед обществом некому на себя взять, кроме государства. В случае критического осложнения финансово-экономической обстановки отнюдь не рынок, а именно государство будет играть главную роль в предотвращении дестабилизации. При этом не следует путать государство как институт с классом чиновничества, действующего от имени государства и во многом его дискредитирующего.
Подчеркнем: политика государства – не голый административный ресурс. Методы госуправления должны включать весь набор современных рыночных приемов. Безусловно, нужно совершенствовать менеджмент и кадровый потенциал. Однако здесь проблемы государства мало чем отличаются от проблем частного сектора, это общие проблемы России.
Модернизация мобилизационного типа потребует концентрации на ключевых направлениях усилий, ресурсов, средств, человеческого потенциала, консолидации элит и нации в целом, политической воли, идеологического обеспечения, административных шагов. Эти меры и координацию происходящих процессов при участии самых разнообразных сил и субъектов может предпринять только государство.
Без комплексных гарантий и стимулирования со стороны государства невозможны также разрешение демографической ситуации в стране, сглаживание перекосов в межрегиональном развитии, диспропорций в размещении экономики.  Бесконтрольная сверхурбанизация делает непригодными для проживания крупнейшие мегаполисы РФ с прилегающими к ним районами – как давно доказала мировая урбанистика, крупнейшие центры требуют особых мер регулирования. Без целенаправленной политики государства не сократить безработицы, царящей на все еще нестабильном Северном Кавказе, не предотвратить депопуляцию азиатской части РФ, особенно Забайкалья и Дальнего Востока. Важнейшей его функцией останется контроль за расходованием государственных средств и фискальная политика. И наконец, России, и в частности государству,  придется делать серьезные вложения в военную безопасность, учитывая рост глобальной конкуренции за природные ресурсы, российская доля в обладании которыми превышает долю страны в мировом населении в 12-15 раз.
 
Оборонный «локомотив» модернизации
Нравится это кому-то или нет, но комплексу так называемых оборонно-ориентированных отраслей (КООО) суждено играть немалую роль в инновационной модернизации РФ. В советские годы на эту группу отраслей приходилась преобладающая доля наукоемкой продукции страны, в том числе для гражданского сектора. Серьезное заблуждение считать, что расходы на КООО безвозвратно потеряны для экономики. До 85% их объема имеют как раз возвратный характер – отдача происходит через внутренние и экспортные поставки, поддержание социальной и технической инфраструктуры, проведение НИОКР, подготовку кадров и т.д.
Большая доля военной продукции (до 70%) и впредь будет идти на экспорт, обеспечивая тем самым присутствие российского машиностроения в данном сегменте глобального рынка. При всех недостатках нашей «оборонки» именно здесь у России существуют определенные перспективы и «заделы». КООО и в других ведущих странах, особенно в кризисные времена, является своего рода локомотивом экономического и технологического развития. Например, нынешний виток роста оборонных расходов в США не в последнюю очередь связан с попытками использовать данный инструмент для преодоления трудностей. Разумеется, необходима тщательная экспертиза капиталоемких проектов (таких как, например, идея создания 5-6 авианосных групп для обеспечения присутствия РФ в Мировом океане). Нелегко будет решить и традиционную проблему отечественного КООО — проблему конверсии, конвертации технологий из сферы военных НИОКР в рыночную инновационную экономику. Но КООО способен при приемлемых издержках стать плацдармом инновационно-технологической экономики в РФ.
 
Моральный фактор
Один из первейших залогов успешности реформ – морально-психологическое состояние нации, ее здоровье. Уверенность в завтрашнем дне, в наличии подстраховки со стороны государства и общества во многом определяют возможность наиболее полной реализации человеческого потенциала.
В бурных 1990-х годах Россия пережила потерю моральных ориентиров, смену приоритетов, слом ценностных установок, кризис в экономических, межличностных, семейных отношениях, инверсию статусно-возрастной пирамиды. Необычайно сложным оказался переход от коллективных к индивидуальным предпочтениям. Было серьезно подорвано доверие к государству. Показателен кризис в сфере демографии, который так и не преодолен, несмотря на победные реляции. Дело не только в общемировых тенденциях и недостаточном материальном стимулировании рождаемости - население психологически не запрограммировано на сбережение. Отказ от традиционных для России исторически и геополитически заданных патерналистских функций государства и сегодня преподносится в качестве одной из главных целей предстоящих реформ, но такой курс не находит понимания в обществе
«Развитой капитализм» основан вовсе не на примитивных принципах «социал-дарвинизма». Это не только высокие технологии, отлаженные рыночные механизмы, институты власти и общества, это еще в самой значительной мере этика: так называемая протестантская на Западе, конфуцианская - на Востоке и т.д. Мораль, этика, духовность, сопряженное с ними законопослушание  - важнейшие экономические категории, а не рудиментарные довески к «надстройке». Причем значение этих факторов только возрастает при мобилизационном сценарии. Идеолого-моральный фактор, поведенческая мотивация, формирование общенационального консенсуса в целеполагании («национальная идея») сегодня должны рассматриваться как непреложные условия преодоления кризиса и прорыва на новый уровень развития.
Упор на однолинейную шкалу ценностей и чисто материальный успех делает хрупкой всю систему общественных отношений, особенно в условиях резкого имущественного расслоения и межрегиональных диспропорций. Без морального компонента (в России «дело без веры — мертво») на первый план в рыночных отношениях выходят коррупция, мошенничество, стремление к обогащению любыми средствами, потеря стимулов к честному производительному труду, профессиональному совершенствованию, органичному сочетанию личных и общественных (государственных) интересов, гуманному отношению к окружающей среде (социальной и природной) и т.д. Практически утрачены традиционные для россиян подвижничество, энтузиазм первооткрывателей и первопроходцев. Все это чревато не только потерей темпов и ориентиров экономического развития (не говоря уже о прорыве), но и дестабилизацией общества, опасным ущербом для безопасности и целостности страны.
Насаждаемая сегодня «культура» как совокупность суррогатных субкультур, даже если она востребована частью общества, ведет к снижению интеллектуального уровня российских людей и может стать еще одним препятствием на пути инновационных реформ.
Если все останется как есть, недооценка культурно-ценностного фактора еще сыграет злую шутку с проектировщиками реформ. Вне соответствующего морального климата нельзя ни локализовать зло коррупции, ни добиться качественного образования без покупных дипломов, ни предотвратить массовый исход лучших кадров за рубеж (и т.п.) Иллюзия – думать, что отточенные навыки манипулирования сознанием могут компенсировать серьезные дефекты в морально-нравственном состоянии российского общества. Здесь необходима кропотливая комплексная работа. И предлагающие другим поверить - должны верить сами.
Решение данной группы задач не следует полностью делегировать неформальным структурам, группам лоббирования интересов, маркетологам от политики, конфессиональным органам, СМИ. Государство не должно уклоняться от проблемы, хотя, похоже, сегодня в этой сфере отсутствует внятная государственная позиция. Но без целеполагания и «национальной идеи» (разумеется, не в карикатурном, «пещерном» ее понимании) недостижимы многие цели «Концепции 2020».
В мире все актуальнее становится отход от упрощенной модели «общества потребления», тогда как нынешняя Россия взяла ее за образец. Развитие и даже само выживание общества реальны только при самоограничении. России стоило бы задуматься о формировании парадигмы, которая позволила бы не повторять некоторых очевидных ошибок Запада и выйти на новый уровень социально-экономического развития, не сводимого лишь к материальному успеху и предполагающего иные возможности для самореализации и самоутверждения.
 
Готова ли Россия к мобилизационному сценарию?
К россиянам возвращаются национально-государственное самосознание, чувство собственного достоинства, надежда на улучшение жизни хотя бы в перспективе. Становится модным быть патриотом. Бизнес, хотя прежде всего в расчете на пиар-эффект, но старается демонстрировать социальную ответственность и государственнический подход. Внешний мир если не с уважением, то с опаской и заинтересованно смотрит на происходящее в стране. К успехам России начинают приглядываться с болезненной ревностью, а это уже кое-что значит. Всего этого недостаточно, многое находится в зачаточном, разрозненном, перекошенном состоянии, и это не позволяет говорить о целостной политике державы. Пока это все же больше успехи политиков и политтехнологов, не получившие должной проекции на экономическое поведение граждан, общее положение дел. Но на великую Россию есть спрос и в российских элитах, и в самых разных слоях общества, к этому с неохотой, но вынуждено привыкать мировое сообщество.
Однако если все эти импульсы уже в ближайшее время не получат дальнейшего развития, «окно возможностей» закроется, и снова возобладает негатив. Тем более что параллельно с положительными тенденциями в последние годы появляются и усиливаются факторы, работающие против реформ. Таким образом, у мобилизационного сценария нет альтернативы. И чем раньше руководство страны это осознает, тем выше шансы на успех.
Однако пойдут ли Россия, общество, элиты на инновационные реформы в ближайшее десятилетие? «Концепция-2020» – своего рода послание к россиянам, призванное сделать их выбор более осознанным и ответственным. Современное российское общество, на первый взгляд, косно и консервативно, тяжело на подъем. Налицо самодовольство элит, апатия населения. В условиях экономической нестабильности, разочарованности, недостаточной уверенности в перспективах очень многие – как богатые, так и бедные – опасаются любых изменений и связанных с ними рисков. Ведь известно, как в России проходили всякого рода «мобилизации» в прошлом. Однако во всех слоях общества существует понимание неустойчивости, недолговечности, промежуточности нынешнего положения дел, а значит и признание неизбежности скорых и серьезных перемен. России мало «встать с колен» – ей нужно еще и распрямиться. Так что транзит общественного сознания в направлении реформ может произойти. Общество внутренне уже готово к переменам.
Бытует мнение, что побудить Россию к переменам могут резонансный толчок, встряска, угроза, что россиянина должен «клюнуть петух». Однако такой подход опасен для самого существования России, это неприемлемый риск. Залог успеха реформ в том, чтобы они были приняты обществом, «пропущены» им через себя. В ином случае неизбежны контрреформы, сопровождающиеся дестабилизацией и в лучшем случае еще одним витком «застоя».
Реформы не должны превратиться и в новое издание «шоковой терапии», нельзя делать ставку на двухскоростную, двухвекторную Россию с дворцами для одних и продуктовыми талонами для других. Существует опасность, что в чиновничьей суете перемены сведутся к наступлению на интересы большинства. К сожалению, отдельные «людоедские» нотки уже слышатся, многие стремятся выступить с инициативами, в том числе провокационными, приспособив реформы для собственных нужд. Не должен мобилизационный сценарий сопровождаться и жестким регламентированием всего и вся, тем более «опричниной». России нужен не очередной виток «русского цикла» - от вседозволенности к несвободе – а правильное понимание теснейшей связи свободы и ответственности.
Особенность мобилизационного сценария в том, что он призван решить (не директивами, а глобальной конкуренцией в различных областях) масштабные задачи в ограниченный период времени. Общество нельзя долго держать в состоянии мобилизационной готовности, «ожидания апокалипсиса». Важно, чтобы положительный потенциал мобилизационного сценария имел долговременную перспективу, а не стал рассыпаться по мере реализации конкретной программы, оставляя после себя лишь разбухшую бюрократию. К сожалению, Россия в этом отношении имеет богатую негативную практику. Реформы не должны в очередной раз стать для страны инородным телом, несовместимым с психологией нации.
Главное, чтобы Россия к 2020 году вышла на верный вектор развития, обеспеченный ресурсами, осознанный обществом, соответствующий интересам и возможностям страны и ее граждан. Выбранный рубеж не случаен и по-своему знаменателен. Именно к этому времени реально проявятся контуры нового мирового порядка на долгосрочную перспективу – с достаточно жестко прописанными правилами игры, структурой, своими лидерами и аутсайдерами. И РФ должна подойти к данному рубежу по возможности сильной, оснащенной, внутренне единой, уверенной в себе, чтобы не оказаться заложницей навязанных ей решений и обстоятельств.


Опубликовано на портале 09/09/2008



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика