Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Демографическая катастрофа в России и пути её преодоления

Версия для печати

Круглый стол Фонда исторической перспективы (27 октября 2005 г.)

Демографическая катастрофа в России и пути её преодоления


Ведущий круглого стола — НАТАЛИЯ АЛЕКСЕЕВНА НАРОЧНИЦКАЯ, доктор исторических наук, депутат Государственной Думы России, заместитель председателя Комитета по международным делам ГД, президент Фонда исторической перспективы

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Хочу выразить благодарность всем, кто нашел время и возможность принять участие в нашем круглом столе. Мы не преследуем цель организовать пиаровскую акцию, чтобы в очередной раз громко прокричать о тяжелой проблеме в стране. Мы будем, надеюсь, стремиться получить профессиональные, компетентные оценки нынешней демографической ситуации, основанные на выверенном, точном материале, собранном в ходе изучения ее различных аспектов. И в результате, думаю, соберем серьезный аналитический материал с конкретными рекомендациями и предложениями.

Ведь если мы не переломим демографическую ситуацию, то бессмысленно будет делать громкие заявления об укреплении стратегической безопасности страны, поднятии экономики и т. д. и напряженно работать над решением всех этих проблем. Мы не сможем удержать территорию нашей страны при нынешних темпах депопуляции. Уже через 20 лет население России может уменьшиться на 22 миллиона человек. Что это означает? Ни много ни мало — исчезновение русской нации как явления мировой истории и культуры. Исчезновение великой державы, огромной геополитической единицы, что приведет к очередному витку соперничества за российское наследство и непредсказуемым цивилизационным сдвигам.

То, что происходит в течение последних 13 лет в России в области демографии, действительно можно назвать демографической катастрофой. Кривые рождаемости и смертности пересеклись уже в 1992 году, и с тех пор следует снижение рождаемости. Мы теряем в год от 750 тысяч до миллиона человек. Это русский крест.

Распространяется миф о том, что снижение рождаемости — это якобы естественный процесс развития гуманистической цивилизации, чуть ли не свидетельство прогрессивной модернизации, поэтому, дескать, все предопределено. На самом деле ответственны за миллионные потери нашего населения другие факторы, большинство из которых совершенно искусственные, а не ситуационные, поэтому возможности срочного вмешательства для изменения ситуации пока еще не потеряны. Одно дело — снижение рождаемости в больших городах, это действительно тенденция современного мира, одно дело, когда речь идет о некотором снижении, и совсем другое дело, когда естественные процессы принимают совершенно хаотические формы. Впрочем, в этом хаосе можно заметить и некоторые закономерности, на которые мы сегодня постараемся обратить внимание.

Грядет полное перерождение культурно-исторического типа нашего государства. Государство русского и других народов, со своей культурой и цивилизацией, которые создали образ России на мировой арене, утвердили ее просветительскую роль, ныне становится материалом для исторических проектов других цивилизаций. Действительное соперничество цивилизаций в современном мире, их естественное давление друг на друга существуют, и мы это хорошо видим. Скажем, из обычного переворота в Грозном вырастает внутренний конфликт, ему придают исламский экстремистский импульс (у которого, как правило, всегда не исламский дирижер), он становится инструментом глобальной политики и на этом фоне приобретает мировое значение. Как будто бы в России не накоплен уникальный опыт мирного исторического сожительства исламских и православных народов. Но в данной ситуации раздувающие конфликт вели себя так, словно об этом опыте им ничего неведомо.

Думаю, что каждый из участников круглого стола постарается сказать о том, что считает особо ценным и уникальным. Было бы крайне неверным не видеть, что в значительной степени причины нынешней демографической катастрофы лежат не только в материальной, но и в духовной области. Материальные испытания выпадали на долю Руси-России неоднократно — и в Средние века, и в Новое время, и в век XX. Прошли Первая мировая, Гражданская и Отечественная войны, коллективизация, полосы репрессий… Однако население страны быстро восстанавливалось и продолжало расти. Значит, что-то было в сознании людей, что не позволяло им утратить инстинкт продолжения рода. В то же время нация, вытесняемая на обочину мировой истории, не имеющая духовно освещенных целей и ценностей национального бытия, этот инстинкт утрачивает. Хотелось, чтобы священник, отец Дмитрий (Смирнов) подробнее остановился на этих вопросах.

Протоиерей ДМИТРИЙ (СМИРНОВ), председатель Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями:

— Как было сказано на одном из последних съездов КПСС, за годы советской власти облик советского человека неузнаваемо изменился. Это абсолютная правда. Те нравственные ориентиры, которые были у русских людей и дали возможность в царствование Николая II русскому народу увеличиться на 20 миллионов человек, ныне исчезли. И эту утрату мы ощущаем до сих пор.

Произошло смещение духовных ценностей. Наша главная ценность — это дети, люди. Но вовсе не они стали главной ценностью для современного человека, а личный комфорт и обогащение.

Попробую суммировать причины снижения рождаемости. Во-первых, это аборты. Если каждый зачатый ребенок у нас в стране родился бы, то проблема вымирания не стояла. Вторая причина — это стрессы от смены общественной формации, которые переживает народ. К вымиранию народа приводят пьянство, отравления, наркомания, туберкулез, автокатастрофы, убийства и самоубийства, гибель военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов в локальных войнах на территории России. Сюда можно добавить еще разводы. Потому что их следствием является сокращение рождаемости.

Теперь о том, что надо делать, чтобы предотвратить вымирание населения. Нам все время говорят, что государство у нас бедное, что у него нет денег. На самом деле деньги есть, сотни миллиардов долларов Стабилизационного фонда можно было бы пустить на программу воссоздания и сохранения населения. Но почему-то этого не делают, хотя это и весьма достойная цель.

Чтобы вернуть человеку сознание, приближающееся к христианскому взгляду на мир, необходимо попытаться прекратить воздействие на него либеральной идеологии, по крайней мере, в той ее части, которая усугубляет демографическую ситуацию. Бессмысленно ожидать ее улучшения от повышения безопасности автодвижения, уровня медицинского обслуживания, если по телевидению будет продолжаться антисемейная пропаганда. Молодых людей ориентируют на совершенно иные ценности. Разрушением семейных ценностей наперебой занимаются и масмедиа, и эстрада, и мода. Если мы не остановим эту разрушительную пропаганду, то вряд ли чего-нибудь достигнем.

Необходимо начать пропаганду семейных ценностей по телевидению, радио, в детских газетах и журналах. Уже есть примеры того, когда, пусть и малозаметные, но целенаправленные шаги в этом направлении дают позитивные результаты. Так, после того как в Екатеринбурге в течение года прокрутили ролик, пропагандирующий семейные ценности, роддома в этом городе оказались переполненными. Получается, что самое элементарное воздействие на сознание дает положительный результат! А ведь такие программы стоят копейки в масштабах страны… Я удивляюсь: почему правительство не занимается этим? Или ему абсолютно наплевать на то, что с нами будет завтра?

Далее. Необходимо разработать и ввести в школах и вузах, в первую очередь педагогических, специальный курс семейного воспитания — вместо воспитания бесполого. Мы привыкли к тому, что мальчиков и девочек у нас учат одинаково, как будто это одни и те же существа. На самом деле они совершенно разные. Почему образование у них должно быть одинаковым? Его необходимо дифференцировать.

У меня есть одна идея, возможно, ее нужно апробировать. Допустим, с 8 класса вводится раздельное обучение. Имеется в виду — раздельное не по школам, а по классам, специально ориентированным. Так же, как ранее атеизм вкраплялся в каждый предмет, теперь в учебные дисциплины необходимо вкраплять семейные ценности. Чтобы они начинали звучать в душах детей. А то у нас каждый третий ребенок рождается вне семьи. То есть полноценную семью он вообще никогда не видел!

Проблему детского сиротства решить несложно. В стране очень много добрых людей, но у них нет средств. Где их взять? Во-первых, необходимо изменить систему усыновления. В Калужской области, кстати, это уже начали делать. Каждому усыновителю стали оставлять государственные деньги, которые шли на содержание сироты. Раньше их после усыновления отнимало государство. Детские дома стали закрываться, а брошенных детей теперь разбирают в семьи. Экономится 4–6 миллионов рублей, которые при прежнем подходе пошли бы на содержание штатных работников детских домов. Я знаю по собственному опыту (у меня два детских дома, которые я опекаю), что содержать такой штат очень дорого, гораздо эффективнее платить какой-то конкретной семье. Но как добиться того, чтобы наша государственная система опеки выпустила из своих рук бюджетные деньги, которые она расходует неэффективно?

Вышеупомянутые меры вообще не требуют затрат со стороны государства. Но есть и другие — более дорогие. Тут потребуются средства. Я имею в виду, прежде всего, полную медицинскую диспансеризацию детей; создание системы государственного воспитания, которая бы полностью охватывала всех беспризорных. Эта система должна включать в себя различные клубы, кружки по интересам и т. д.

Необходимо отделить абортарии от роддомов, сделать аборты платными. Освободить акушерок от обязанности делать аборты, как это уже принято в других странах. У нас в одном и том же здании детей принимают, и здесь же, через стену, при аборте убивают! Причем зачастую это делает один и тот же врач.

У нас почти все беременные женщины, которые приходят в гинекологическую консультацию, выдерживают страшный психологический напор со стороны врачей, намеревающихся обязательно убить еще не родившегося ребенка. Особенно если этот ребенок второй, третий и т. д. Врачи в этом заинтересованы, потому что каким-то образом получают определенные деньги. Вроде бы небольшие, но в результате складывается приличная сумма. Всю систему здравоохранения нужно обязательно изменить!

Здравоохранение становится по существу платной услугой. Но оно вообще должно быть не услугой, а служением — как служение воина, пожарного, педагога. Ну, а если человек захочет создать альтернативную платную медицину? Нет проблем: пусть покупает землю, строит на ней поликлинику, нанимает врачей — и это будет его бизнес. Но не надо внедрять «коммерческие начала» в государственных учреждениях, построенных на средства людей, которых лечат аспирином.

Обеспечить возврат русских семей из СНГ в Россию — нелегкая задача. Конечно, потребуется дорогостоящая государственная программа. Но заниматься ее реализацией необходимо постоянно и целенаправленно, чтобы вернуть за государственный счет на историческую родину и обеспечить здесь работой и жильем те полноценные семьи, которые в этом нуждаются.

И еще, уверен, что если бы я имел возможность один час в неделю выступать по любому центральному телеканалу, беседовать с людьми на эти темы, то уже через год в демографической ситуации наметились бы положительные сдвиги. Потому что люди очень хорошо воспринимают слова, которые обращены к их душам. Опыт работы в центре «Жизнь», который мы создали 15 лет назад, — тому свидетельство. Он не имеет никакого финансирования, а существует благодаря усилиям энтузиастов из различных регионов. И эти люди добиваются того, что смертность уменьшается. А если вложить в эту работу еще и средства, то эффект возрастет многократно!

Вот почему я уверен, что для начала не нужно огромных вложений, создания чиновничьего аппарата и т. д. Можно обойтись и гораздо меньшими средствами. И попробовать, как это будет действовать. А будет действовать обязательно!

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Внедрение гедонистических принципов и отсутствие всяких усилий государства в деле стимулирования рождаемости во многом и породили сегодняшнюю ситуацию. Нынешняя российская политика в области народонаселения во многом напоминает ту, которая проводится в некоторых государствах, вынужденных ограничивать рост населения. В отличие от других стран, которые стремятся повысить экономический рост и с этой целью стимулируют рост рождаемости.

Кстати, депутат Александр Чуев из фракции «Родина» внес в Государственную Думу законопроект, в котором предлагал прекратить практику государственной оплаты абортов без всяких медицинских показаний. Этот документ не отменял аборты вообще: если есть деньги для платной поликлиники — что ж, идите. Оказалось, что провести этот законопроект далеко не просто. На разработчиков набросилась практически вся Госдума, в том числе и фракция КПРФ…

Теперь о миграции. Безусловно, в ближнем зарубежье есть хорошие специалисты, но возлагать большие надежды на миграцию нельзя. Культурно-миграционный тип, который будет переезжать туда-сюда, имеющий, к тому же, низкую квалификацию, — это ведь тоже определенная нагрузка для общества.

Протоиерей ДМИТРИЙ (СМИРНОВ):

— Это само собой разумеется. Но я хотел бы обратить внимание еще на один момент.

Во Франции рождаемость выше, чем в России, в полтора раза, но все равно вымирание продолжается. Для поддержки семьи и рождаемости там введены такие материальные льготы, которые нам и не снились. Но они не действуют, потому что главная причина коренится в сознании. В отсутствии потребности, в нежелании иметь детей, потому что растить ребенка — значит совершать подвиг. Ведь ребенок — это обуза. И если не направить все усилия на изменение такого отношения к детям, их рождению, семье, то хоть их озолоти, но рожать и растить детей молодые семьи все равно не будут.

Вот уже десять лет я веду на радио передачу. Однажды мне звонит женщина и говорит: «Я беременна пятым, и мой муж меня посылает делать аборт». Я отвечаю: «Зачем же убивать человеческую жизнь, я готов вам материально помочь».И слышу: «Вы знаете, у меня две кухарки и четыре няньки. У нас восемь автомобилей и двадцать два человека охраны. А муж мне говорит: хватит нищету разводить!» Это она на всю страну рассказала. Так что же надо менять? Надо изменить отношение к многодетной семье. А у нас вообще отменили звание «Мать-героиня». Как это понимать?

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Думается, пора вводить моду на сильного, молодого и, как ныне принято говорить, «крутого парня», только придать этому понятию иной смысл: такой парень способен будет нести ответственность не только за себя, но и за ближнего… Ведь именно на таких вся наша надежда.

Протоиерей ДМИТРИЙ (Смирнов):

— Вот уже второй год мы проводим кинофестиваль «Семья России». В этом году сняли более 200 фильмов. Центральное телевидение их не берет, но мы рассылаем для показа в регионы. Таким образом, десятки миллионов людей смотрят фильмы, пропагандирующие семейные ценности. Вы не поверите: бюджет этого фестиваля — всего 50 тысяч долларов. Смешная цифра по нынешним временам. А если бы к этому делу еще подключить государство и оно «раскошелилось» на такую же сумму? Можно было бы поставить фестиваль на профессиональную основу, придать вес имеющимся 20 номинациям, учредить новые. Куда значительнее был бы эффект!

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Я хотела бы предоставить слово члену-корреспонденту РАН, видному экономисту и социологу Наталье Михайловне Римашевской, которая исследует проблемы народонаселения в социально-экономическом ракурсе.

НАТАЛЬЯ РИМАШЕВСКАЯ, член-корреспондент РАН:

— Как показывают исследования Института социально-экономических проблем народонаселения РАН, всплеск смертности, резкое ухудшение здоровья населения были связаны с началом шоковых реформ. Важнейшим фактором, который определил ухудшение здоровья, стало обострение социального неравенства, резкая поляризация уровней жизни населения, какой нет даже в латиноамериканских странах, пропасть, образовавшаяся между богатыми и бедными. Эта поляризация создает в обществе напряжение, которое, с одной стороны, вызывает стресс у людей, а с другой стороны, агрессию. И то и другое негативно действует на здоровье, способствует обострению сердечно-сосудистых заболеваний и т. д., что, естественно, сказывается и на демографических показателях.

Второй фактор, который негативно действует на здоровье, — это изменения в структуре общества. Нас уверяют, что в стране только 20 %бедного населения. На самом деле все намного сложнее. Эти 20 % просто нищие. Кроме того, есть довольно большой слой, который примыкает к бедным и завтра может перейти в эту социальную группу. Продолжающаяся маргинализация влияет на здоровье общества. Возьмите бездомных детей, девочек, которых вывозят за рубеж для сомнительных целей, инвалидов, число которых увеличивается ежегодно на миллион. Ведь население — это совокупность различных социально-возрастных групп, поэтому рассматривать его нужно системно. У нас же бывает так, что выхватывают какие-то отдельные вопросы, обсуждают их, принимают по ним решения, как будто от этого что-нибудь может измениться.

Наконец, шоковая терапия привела к тому, что произошел слом устойчивых стереотипов жизнедеятельности. А это, в свою очередь, привело к депрессиям и снижению иммунных возможностей организма. Вот почему появился весь этот веер заболеваний, обрушившихся на нас в последние годы. Даже тех, которые мы забыли в 70–80-е годы, — чесотки, например. По количеству многих заболеваний Россия выдвинулась на первые места, причем я имею в виду не только физические и психические заболевания, но и социальные — типа суицида. У нас 50 суицидов на 100 тысяч населения! Непонятно, почему власти всех уровней не замечают этого. Впрочем, их логику, по-моему, можно объяснить. Власти думают о дне сегодняшнем, в крайнем случае, о завтрашнем, а ведь это такие процессы, которые необходимо экстраполировать на более длительный период. Проблема не только в том, что стремительно сокращается численность населения, но и в том, что мы интенсивно теряем его качественный потенциал. Происходит не только депопуляция, но и деградация генофонда. А это более опасное явление.

В течение многих лет мы следили за 2–3 тысячами семей. Обследуемые нами люди женились, разводились, обзаводились детьми, умирали. Через три с половиной десятка лет выяснилось: каждое наше последующее поколение обладает меньшим потенциалом здоровья, чем предыдущее. Например, у моих детей меньший потенциал здоровья, чем у меня. А мои внуки обладают еще меньшим потенциалом. Это не слова — это статистика.

Биологи и генетики считают, что дети рождаются с определенным потенциалом здоровья, который в процессе роста достигает максимума к 35 годам. А мы увидели, что 20 лет назад этой точки развития организм достигал в 18 лет. Социальная обстановка «съедала» весь огромный биологический резерв между 18 и 35 годами. Еще через 10 лет максимум пришелся уже не на 18 лет, а на 14. А в 2000 году оказалось, что максимальный потенциал здоровья у новорожденных. То есть по мере роста он не увеличивается, а снижается, социальные условия жизни уничтожают биологические возможности. Отсюда и растущее число больных детей и подростков. Выпускник школы, у которого нет хронических заболеваний, стал в наши дни редкостью. Так можно дойти до того, что большинство населения окажется нетрудоспособным.

Сегодня в стране 13 миллионов инвалидов. По прогнозам официальной статистики, в 2015 году, когда число россиян за счет естественной убыли снизится до 134 миллионов, инвалидов будет уже 22 миллиона. За последние 10 лет доля рождающихся больными выросла в три раза, каждый третий ребенок появляется на свет с врожденным недугом.

Больные матери рожают больных детей, бедные семьи продляют бедность… Все взаимосвязано. Сейчас 40 % беременных страдают анемией, недостатком красных кровяных телец. Мы теперь не можем накормить даже беременных! Ведь существует система молочных кухонь, где получают питание дети до двух лет. Может быть, пора распространить подобную практику и на будущих матерей?

Согласно экспертным оценкам, 20 %супружеских пар бесплодны. Из этих 20 % часть хотят иметь детей, и здравоохранение готово им помочь, но такие медицинские услуги очень дороги и многим не по карману. Аборты — очень больной вопрос. Его надо поднимать, обсуждать, однако необходимо помнить, что дети не родятся, гибнут в чреве еще и потому, что их матери больны.

Среди родившихся одна треть — внебрачные дети. Это тоже немаловажный фактор, ведь если брак в дальнейшем не заключается, то не будет второго и третьего ребенка. Первенцы рождаются в любом случае, а вот для того, чтобы родились второй и третий, требуются большие усилия со стороны общества.

В последнее время увеличилось число разводов. Они составляют примерно 60% от числа заключенных браков. Конечно, в значительной степени это связано с тяжелыми условиями жизни. Если у нас почти треть работающих имеют зарплату ниже прожиточного минимума, то о каких благоприятных условиях для семьи можно говорить? Но ведь когда-то эту порочную практику надо менять! Впрочем, даже стыдно называть тот минимум, который у нас служит точкой отсчета при начислении зарплаты.

Что еще необходимо сделать, чтобы поднять рождаемость? На мой взгляд, делать ставку на увеличение пособия — единовременного или месячного — не эффективно. Куда более существенным фактором является наличие жилья. И не только потому, что в этом случае родители в большей степени готовы заводить детей, но и с точки зрения качества жизни родившегося маленького человека. Людям нужны определенные условия жизни, без которых все остальное теряет смысл.

Существует такое понятие — точка невозврата. Она возникает на пересечении двух линий, характеризующих рождаемость и смертность. В России мы прошли ее еще в 1992 году, когда четко обозначилась убыль населения. И сегодня нет никаких оснований предполагать, что динамика рождаемости в ближайшем будущем вновь станет положительной. Но на Западе падает и уровень смертности, а вот в России он, к сожалению, неуклонно растет.

Существует международная статистика, которая четко указывает, что рождаемость и смертность зависят от здравоохранения лишь на 10 %. А на социально-экономический фактор: питание, жилищные условия, уровень занятости — приходится 50 %. На убыль или прирост населения влияют экология и наследственные факторы — это еще 40 %.

Насколько справедливы эти цифры для России? Я думаю, надо срочно проводить специальное исследование, причем оно должно иметь междисциплинарный характер. Чтобы им занимались и медики, и экономисты, и социологи, и экологи. В стране нет структуры, которая всерьез заинтересовалась бы результатами подобной работы.

ИРИНА МЕДВЕДЕВА, директор Института демографической безопасности, член Союза писателей России:

— Я хотела бы еще раз затронуть тему, которую подняли Наталия Нарочницкая и отец Дмитрий. Эту разлагающую общество «мораль» называют по-разному. Редко употребляют термин «гедонизм», часто говорят о потребительской морали. Действительно, когда потребление становится целью жизни, принимает уродливые формы (а гедонизм — это и есть чрезмерное потребление), то ребенок, естественно, начинает мешать. Другое дело, что когда он вырастает, то помогает, но об этом в молодости не думают. Ведь в молодости важным мотивом поведения становится стремление быть как все, следовать общественным эталонам.

Наталия Нарочницкая сказала, что очень важно сделать многодетную семью модной, что это необходимо. Я не согласна со словом «крутой» — какой смысл в него ни вкладывай, все равно это слово вызывает негативные ассоциации. Но изменить эталон поведения молодых мужчин и молодых женщин подчас не очень сложно. Действительно, как заметил отец Дмитрий, это не потребует больших затрат. Главное — надо изменить идеологию. Идеология потребления и многодетность не сочетаемы.

Потребление не может быть главной целью жизни, такая установка помешает и бедным, и богатым, потому что всегда есть куда двигаться по этому пути, приобретая и осваивая новые блага и услуги. Можно купить машину (или сменить ее), улучшить квартирные условия, поехать отдыхать на более дорогой курорт и т. д. А вот каждый новый ребенок способен снизить стандарты потребления. Таковы, на мой взгляд, должны быть стратегические установки.

Теперь что касается тактических мер. Мы должны отказаться от всех обязательств, которые были даны на Каирской конференции 1994 года. Многие из ее рекомендаций касаются снижения рождаемости. Поэтому не надо думать, что ухудшение демографической ситуации — это стихийный процесс… В первую очередь мы должны отменить в нашей стране центры планирования семьи. Потому что во всем мире, как бы ни назывались эти центры, какими бы они ни были — общественными или государственными, у них одна цель — снижение рождаемости. Как можно ставить такую цель, учитывая нынешнюю демографическую ситуацию в России? Почему же у нас так много этих центров, почему они никуда не исчезают, хотя много раз говорили об этом? Рекомендации Каирской конференции предусматривают очень многое — здесь и пропаганда контрацепции, и аборты… И, конечно, «социальное просвещение», которое в открытой форме, слава Богу, у нас пока не удалось осуществить — в основном благодаря позиции Русской православной церкви. Однако оно реализуется в скрытых формах. В виде безобразных передач по телевидению, отвратительных подростковых и молодежных журналов. Свою лепту вносит и школа. Все это называется «интеграцией сведений по сексуальному образованию в других привычных дисциплинах». Так написано в одном из отчетов Фонда народонаселения, который попал мне в руки.

Теперь остановлюсь на влиянии материальных факторов на рост рождаемости. Конечно, от наличия жилья в значительной степени зависит хорошее самочувствие молодой семьи. Но важно еще подчеркнуть, что это знак уважения к ней со стороны государства, общества. Если мы признаем приоритеты молодой семьи, сделаем такую семью модной, к тому же получающей государственную поддержку, то молодежь будет ориентироваться на эти эталоны. О чем, кстати, свидетельствует пример Белгородской области. Я не замечаю в современной жизни отсутствия у женщин инстинкта материнства. Другое дело, что его можно заглушить разными способами, что и делается. Но как только создается благоприятная атмосфера для увеличения рождаемости, когда губернатор, как на Белгородчине, начинает всячески поддерживать молодые семьи: выделяются средства на приобретение квартир, отдельных домов и даже на покупку коровы молодой семье в сельской местности, — так с инстинктом все приходит в порядок. Неудивительно, что демографическая ситуация в Белгородской области заметно улучшилась. Да и нравственная атмосфера там оздоровилась.

И еще. До тех пор, пока в СМИ будет процветать пропаганда разврата, пока в газетных киосках будут лежать издания, на обложки которых неудобно смотреть, пока телеведущие не перестанут убеждать нас, что ни в коем случае нельзя заикаться о цензуре, какой может быть разговор об улучшении демографической ситуации? Идет манипуляция сознанием, которую «проглатывают» даже благонамеренные, вполне патриотично настроенные люди. Нам все время внушают по самым разным поводам, что зло существовало испокон веков, и требуют, чтобы мы нашли ему альтернативу. Какую мы должны искать ему альтернативу? В нашей стране 15 лет назад не было таких непристойных журналов, как сейчас. Зато выходили журналы «Мурзилка», «Пионер», «Юность». Они не развращали, а воспитывали детей. Какая может быть альтернатива нынешним изданиям, кроме их запрета? Хорошее появится только тогда, когда ему освободишь дорогу. Кстати, хорошее никуда не делось. Есть немало нормальных авторов, журналистов, художников, писателей, педагогов. Адекватных людей пока еще много. Я не замечаю каких-то качественных отрицательных мутаций среди населения. Зато вижу другое: все эти здравомыслящие люди под воздействием манипуляций сознанием, спекуляций на тему неизбежности и якобы всесилия зла просто сидят в своих норах, боятся повысить голос, и им кажется, что они абсолютно беспомощны.

Теперь о раздельном обучении, о котором говорил отец Дмитрий. Я думаю, что лучше ввести его с первого класса. Это послужит улучшению демографической ситуации. Когда девочки и мальчики постоянно рядом, в замкнутом пространстве, это не способствует взаимному влечению друг к другу. Напротив, ведет к обратному… Я вообще считаю, что содомию надо запретить. Мне не нравятся разговоры, что содомиты — нормальные люди… Вы знаете, что уже из психиатрических справочников изъяли это состояние как патологию. Содомиты не рожают детей. Усиливающаяся пропаганда содомии, на мой взгляд, наносит непоправимый урон психическому и физическому здоровью нации. Это еще один удар по демографии в стране.

Сегодня никто не сказал, что женщинам, которые собираются рожать, по тем или иным причинам навязывают кесарево сечение. В результате третьи роды вообще исключаются. Если раньше эта мера предлагалась лишь в небольшом числе случаев, то сегодня психологический напор по навязыванию кесарева сечения приходится выдерживать практически каждой женщине. Многие врачи оказались корыстными. Вероятно, это делается на деньги, выделенные на «планирование семьи», так же как и навязывание гормональной контрацепции. Эту практику необходимо прекращать. Она разрушает здоровье женщины, портит ее детородную функцию, разрушает генетику будущего ребенка, если, конечно, женщина соберется его рожать. Здесь даже обсуждать нечего.

Недавно нам стало известно о том, что грядет подписание Европейской социальной хартии. В нем одним из важнейших пунктов будет право детей на получение информации. Для тех, кто еще не научился расшифровывать западные документы, поясню, что это как раз право на «сексуальное просвещение»… В заключение хочу сказать то, что некоторым здесь, возможно, не понравится. Мне кажется, что на сегодняшний день нам необходима изоляция от западного мира. Потому что, если где-то царит чума, то необходимо соблюдать правила карантина.

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Это нереально, Ирина Яковлевна.

АНАТОЛИЙ АНТОНОВ, заведующий кафедрой социологии семьи и демографии МГУ им. М.В. Ломоносова, доктор философских наук, профессор, президент Комитета демографических прогнозов международного Института «Исследования будущего»:

— Интенсивное обсуждение демографических проблем связано, в конечном счете, с депопуляцией, которая началась в 1992 году. Если бы ее не было, то и не было бы такого ажиотажа.

Но ведь та ситуация, которая сложилась ныне, была предсказана. Правда, не большинством демографов, а той научной школой, которую я представляю. Она всегда была в меньшинстве и не очень популярна. И тем не менее, мы выпустили в свое время книги, статьи, которые сейчас никто не читает. С нами спорили, говорили, что депопуляции в нашей стране никогда не будет, а если она и случится, то не раньше чем через 500 лет. Сейчас наши оппоненты издают свои собрания трудов, из которых старательно вычеркивают все то, что они говорили прежде, в 70-е годы. Тогда им по каким-то соображениям приходилось говорить о том, что коэффициент рождаемости за последние год-два, дескать, увеличился, что грядет мощное повышение рождаемости. Впрочем, это всегда было — спекулятивное использование самого грубого, самого неточного коэффициента рождаемости, который совершенно не характеризует ее интенсивность. Точно так же непрофессионально используется и общий коэффициент смертности, который не показывает ее истинную картину. Поэтому оптимальный вариант — пользоваться показателями продолжительности жизни.

Когда депопуляцию сводят к смертности, к вымиранию, хотя точнее было бы говорить о вырождении, то очень сильно смещаются акценты. Я хочу специально подчеркнуть, что депопуляция — это, прежде всего, проблема сверхнизкой, продолжающейся снижаться рождаемости, это, скажем так, недорождение определенного числа младенцев, которые могли бы компенсировать число умерших. Депопуляция — это крах современного института семьи и поэтому крах рождаемости.

Я занимаюсь рождаемостью с 1970 года, вот уже 35 лет. Начиная с 1917 года, в истории нашей страны лишь однажды был период, когда социально-биологический потенциал рождаемости (или коэффициент естественной рождаемости) был меньше, чем сейчас. Коэффициент этот все время держался на уровне 49–50 промилле. В 1945–1949 годах и затем в начале 1950-х годов социально-биологический потенциал ухудшился, коэффициент естественной рождаемости снизился до 43 промилле. То есть он оказался ниже того, что мы имеем сейчас.

Социально-биологический потенциал никогда не реализуется полностью, поскольку люди прибегают к контрацепции, абортам, имеют проблемы со здоровьем и т. д. Сейчас этот потенциал, грубо говоря, реализован на одну пятую (10 промилле). В последнее время коэффициент естественной рождаемости равнялся 48, 49, 50 промилле, а ныне составляет около 48 промилле — несколько ухудшилась структура брачно-семейных отношений. Вот тот показатель, который характеризует влияние здоровья населения на рождаемость. Он практически остановился на одном уровне и более не повышается. Это означает, что нет ухудшения здоровья населения, которое негативно влияло бы на демографию. Такова картина за прошедшее столетие. К сожалению, многими этот показатель не осознается, не воспринимается адекватно. Влияние демографических процессов на общество зачастую не учитывается.

Наталья Михайловна Римашевская говорила об увеличении числа физических, психических и социальных заболеваний, возросшем числе инвалидов. Действительно, шоковая терапия оказала дестабилизирующее влияние на людей, привела к снижению их уровня жизни. Цифра 20 % бедных выводится, не побоюсь этого слова, продажными учеными, которые получили еще в начале перестройки задание сохранить этот «показатель». На самом деле, если следовать международным стандартам, примерно 81 % населения находится за гранью бедности. Как отмечали многие честные журналисты, в нынешней России сформировалось особое качество бедности, когда работают и муж, и жена, и дети, а семья все равно находится на уровне бедности.

Хочу высказаться по поводу предстоящего увеличения зарплаты участковым врачам на 10 тысяч рублей. Во-первых, это затронет маленькую долю медицинских специалистов — тех, которые уцелеют в государственных медучреждениях, потому что основная часть их будет приватизирована. Конечно, приватизация эта скажется самим негативным образом на смертности, заболеваемости, инвалидности… Но я бы не стал ориентироваться на эти показатели, потому что они подвержены изменениям и, делая на их основе выводы, легко ошибиться. Самым точным показателем является не общий коэффициент смертности, а, как я уже заметил, средняя продолжительность жизни. Наша страна сейчас занимает 117-е место в мире по средней продолжительности жизни. От Японии мы отстаем на 17 лет по продолжительности жизни мужчин, и на 12 лет — по продолжительности жизни женщин. Ну, да Бог с ней, с Японией, ее граждане живут дольше, чем в других, даже развитых странах. Удручает то, что в этой таблице впереди нас оказались 64 (!) слаборазвитые страны.

В прошлом году впервые за всю многовековую историю нашей страны доля населения старше 60 лет превысила долю детей. И этот процесс будет продолжаться. Депопуляция — это не количественный процесс, а качественное резкое изменение строя жизни в нашей стране — политического, социального, экономического, психологического. Общество поразил ценностный кризис, люди не хотят вступать в брак, создавать семью. Однако интеллектуальная элита не хочет воспринимать всю серьезность ситуации. До сих пор мы слышим разговоры, что количественная потеря населения — это ерунда, главное, мол, качественный потенциал. И очень часто улучшение этого качественного потенциала сводится только к борьбе со смертностью.

Но концентрация внимания на одной лишь борьбе со смертностью не ликвидирует депопуляцию. По моим подсчетам, если мы даже к 2050 году достигнем уровня продолжительности жизни японцев (любой врач скажет вам, что это фантастическая задача, что за такой короткий срок добиться этого невозможно), мы все равно понесем колоссальные потери: от нынешних 143 миллионов человек останется около 100 миллионов. А ведь произойдет еще изменение социально-возрастной структуры, соотношения полов. Не надо забывать и о том, что Россия — многонациональная страна, в которой проживают сотни национальностей. Из них 80 % русские и 20 % — все остальные. Существуют математико-демографические подсчеты: при каком уровне снижения населения маленькие нации будут стараться спастись в одиночку, отдельно от большой России, чтобы не оказаться в положении полного вымирания.

Если в нашем правительстве и дальше будет господствовать либеральная точка зрения, мнение о том, что все, что происходит, нормально, что так и должно быть, что главная проблема — это перенаселенность, а не депопуляция (как сказал советник президента России А. Илларионов, необходимо уменьшение населения страны на 50 миллионов человек, для того чтобы повысить уровень жизни народа не к 2050 году, а немедленно), то все это будет иметь весьма плачевные результаты. Если экстраполировать эти подходы на будущее, то теоретически к 2010 году в Российской Федерации останется 138 миллионов человек. А затем, где-то на уровне 60–70 миллионов, начнется разбегание национальностей из общего федерального образования. Мы можем потерять страну. Министерства должны понять, наконец, масштаб реальной угрозы национальной безопасности страны, российской государственности.

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Анатолий Иванович, я Вас правильно поняла, что многие употребляют термин «депопуляция» не в том смысле? Думают, что это уменьшение численности населения…

АНАТОЛИЙ АНТОНОВ:

— Обыватель понимает так: существует невероятно высокая смертность (а она действительно высокая), и поэтому уменьшается численность населения. А то, что основной причиной депопуляции является низкая рождаемость, — это остается в стороне.

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Если бы сейчас, скажем, у мужчин продолжительность жизни была не 58 лет, а 78 лет, наблюдался бы прирост населения?

АНАТОЛИЙ АНТОНОВ:

— К сожалению, нет. У нас рождаемость гораздо ниже.

ИГОРЬ ГУНДАРОВ, академик РАЕН, доктор медицинских наук, директор Международного центра мониторинга качества жизни:

— Я — врач-демограф. Поэтому меня интересует механизм, который убивает людей. Я понимаю: человек умер от ножевой раны, огнестрельного ранения… А здесь? Что конкретно привело к тому, что за годы «реформ» мы потеряли свыше 5 миллионов человек? Привела сверхсмертность. Но почему в России умирает так много людей? Первая монография на эту тему вышла 10 лет назад. Она называлась «Духовное неблагополучие как причина демографической катастрофы». Тогда в ответ на наши выводы крутили пальцами у виска, мол, вместо того, чтобы исследовать медико-биологические и материальные факторы, вы забираетесь в какую-то метафизику.

И вот теперь, опираясь на факты, знания физиологии, мы пытаемся провести сравнительный анализ демографической ситуации в странах ближнего и дальнего зарубежья, где за последние годы были проведены рыночные реформы. Оказывается, депопуляция — это не только крест России. Вымирают Литва, Латвия, Эстония, Болгария, Украина, Белоруссия, Восточная Германия, Венгрия. Выходит, дело доходит уже до общих закономерностей, которые приводят к взлету смертности и резкому падению рождаемости. Гельмут Коль никогда не ставил перед собой задачу уничтожить народ Восточной Германии. Наоборот, он хотел продемонстрировать им, как они расцветут после того, как воссоединятся с западными немцами. В восточногерманские земли было закачано около 3 триллионов марок. В результате уровень жизни в этих землях вырос в три-пять раз, но резко возросла преступность, увеличилось число самоубийств. Выходит, не все измеряется финансами. Недавно я был на Украине, там в области демографии ситуация еще катастрофичнее.

Все классические факторы, хорошо известные медицине, при серьезном научном анализе депопуляцию не объясняют и оказываются блефом. Экология в последнее время улучшилась, холестерина в плазме крови стало меньше, поскольку мы стали меньше употреблять жирных продуктов: мяса, молока, яиц, масла. Выходит, не в жирной пище скрыта причина роста инфарктов и инсультов у населения постсоциалистических и ныне «реформируемых» стран. Двигательная активность выросла. Лечимся не хуже, чем раньше. Поскольку многие граждане по материальным причинам вынуждены работать на двух-трех работах, они ежедневно стали больше ходить. Так что с медицинской точки зрения люди сейчас ведут в целом более здоровый образ жизни, чем прежде.

Относительно стрессов. Были ситуации и более стрессовые, чем сейчас. Например, Великая экономическая депрессия в США начала 30-х годов прошлого века. Экономический обвал, снижение промышленного производства почти наполовину, безработица, обесценение вкладов, резкий рост уровня бедности — все это напоминало ситуацию начала 90-х годов в России. Казалось бы, логично было ожидать, что и демографическая ситуация будет такой же. Но ничего подобного! Смертность продолжала снижаться, правда, рождаемость немного уменьшилась. Количество самоубийств выросло на 5–8 %. А у нас — на 60 %!

Что может быть более мощным стрессом, чем Великая Отечественная война? Действительно, в 1942 году смертность среди гражданского населения подскочила, но в 1943 году неожиданно упала в два раза. И сохранилась такой же до конца войны…

Но раз ни один из материальных факторов не объясняет депопуляцию в реформируемых постсоциалистических обществах, мы оказались вынужденно вытолкнутыми в забытую сферу идеального. И предположили, что физическая жизнеспособность населения зависит не только от условий бытия (материальных факторов), но и от нравственной атмосферы и эмоционального состояния общества (духовных и душевных факторов). Но как измерять в обществе духовные процессы? Ответ на этот вопрос нам, светским ученым, подсказывает религия: по делам судите то, что происходит с психикой. За последнее время у человека усилились тревожные настроения, ухудшились межличностные отношения в обществе, снизилась социальная поддержка. Таким образом, Госкомстат фактически занимается анализом динамики «греховности» в нашей стране.

Убийства — это маркер агрессивности, озлобленности в обществе. По динамике убийств можно судить о равновесии в обществе. Самоубийства — индикатор крайней безысходности и тоски. Разводы отражают дух неустановившихся либо разрушенных отношений собственности. Кражи, грабежи показывают характер несправедливых отношений в обществе.

И вот когда мы поняли, что можем измерить уровень греховности в обществе, появилось новое направление — эпидемиология духовности, наука о происходящих в обществе нравственно-эмоциональных процессах. Решили с ее помощью проанализировать демографическую ситуацию в нашей стране. Нас интересовало, существует ли непосредственная связь между динамикой духовности и динамикой смертности. Оказалось, что две эти динамики тесно связаны между собой. Степень корреляции — 85 %! Например, сначала подскакивает преступность — через полгода жди инфарктов и инсультов. На постсоветском пространстве на 80 % динамика смертности объясняется таким понятием, как агрессивно-депрессивный синдром. Такое сочетание само по себе страшно. Российский и другие народы находятся в состоянии озлобленности. И это в порядке вещей. Озлобленность — нормальная реакция великого народа на несправедливые итоги реформ. «Мы не того хотели».

А откуда тоска, депрессия? От того же непонимания, куда нам следует идти. В дикие джунгли капитализма человек не хочет, но и в 1970-е годы тоже. А ему говорят и те и другие: «Иного не дано!». Народ оказался в этой страшной вилке, когда в нем бушует злоба от того, что есть, а ему говорят, что ничего другого и не может быть. Или может, но для этого нужно вернуться в прошлое. И тогда эта бушующая энергия направляется либо на соседа, либо на сосуды головного мозга, либо на сосуды сердца, либо толкает в петлю… Подавляется иммунитет, у людей вспыхивают даже те инфекции, которые ранее были немыслимы. Если перечитать Виктора Франкла, то в неврозах действительно выражается потеря смысла жизни, они разрушают в организме все. Негативное влияние безработицы на человеческий организм также проявляется в виде депрессии, тоски, стыда. Ты можешь получать пособие, в два раза превышающее зарплату, но сам факт — ты безработный, изгой, вычеркнут из социальных контактов — будет разрушительным образом влиять на психику.

Духовное неблагополучие — результат попытки заменить нашу прежнюю ментальность. Почему так разительно отличаются между собой последствия Великой депрессии в США и «шоковой терапии» в России? Американцы вышли из социально-экономического кризиса, не изменив своих духовно-нравственных основ, которые остались прежними, только претерпели некоторую модификацию. Иное дело у нас, где прежнюю «нецивилизованную» душу пытались ампутировать, а на ее место пересадить новую — «современную и цивилизованную», где государственнообразующей нации внушали чувство вины и национальной ущербности. Где вошли в обиход принципы типа: «Если у друга упал конь — пристрели друга». А наша психика всеми силами сопротивляется такому «новому порядку»! Происходит глубинная психологическая реакция отторжения, сопровождающаяся ростом смертности. При этом важно учесть, что неприятие новой идеологии в России определяется не столько предыдущим советским воспитанием, сколько давней исторической памятью народа, его этническим архетипом (коллективным бессознательным, по Карлу Юнгу).

Теперь о причинах снижения рождаемости. Принято считать, что всему виной непомерные финансовые затраты на уход за новорожденными и воспитание детей. Поэтому женщины-де просто не хотят рожать. Они делают аборты и увеличивают потребление противозачаточных средств. Однако такое объяснение недостаточно, и об этом говорят факты.

Во-первых, молодожены в подавляющем большинстве хотят иметь двух детей и более. Поэтому они живут половой жизнью, не предохраняясь от беременности. Даже студентки московских вузов, в частности МГУ, при опросе в 1996 году высказывали желание иметь двоих детей (61 % опрошенных), троих детей (23 %), четверых и более (4 %). Как видим, в целом 85 % девушек и 73 % юношей ориентировались не на малодетную (1 ребенок) или бездетную семью, а на среднедетную (2 и более детей), что в определенной мере соответствует обычным потребностям современного общества. Тем не менее, суммарный коэффициент рождаемости в России и на Украине составил в 2001–2003 годах всего 1,3 и 1,2 детей на одну женщину детородного возраста.

Да, отмечался двукратный рост потребления противозачаточных средств, но этот рост сопровождался симметричным по численности снижением абортов. Значит, традиционные контрацептивные средства не являются основными виновниками двукратного сокращения деторождения в России и на Украине.

К другим механизмам снижения детородной способности, которые в должной мере не учитываются, относится увеличение эндокринных расстройств под влиянием психических факторов (психосоматические нарушения). Это приводит к дисфункции яичников женщины. Гинекологические дисфункции в России за 1990–1998 годы выросли на 240 %, бесплодие — на 200 %.

У мужчин также наблюдался рост нарушений эндокринной системы, ведущих к повреждению репродуктивного аппарата. Отмечается снижение либидо (влечения к противоположному полу) и потенции. Первично бесплодные браки стали встречаться в ряде регионов у каждой пятой молодой семьи. Миллионы женщин в России и на Украине хотели бы прибегнуть к помощи искусственного оплодотворения. Даже если все молодожены вдруг захотят иметь детей, далеко не у всех это получится. Предварительно потребуется проведение широкомасштабного курса лечебных и реабилитационных мероприятий.

Произошло существенное ухудшение брачного поведения. По сравнению с 1990 годом количество разводов на 100 браков выросло в 1,5–2 раза. Тому способствовали и экономические факторы. Стало невыгодно заводить семью, даже без детей. Потребление продуктов у членов образующейся семьи сразу сокращается на 15–25 %. А при наличии 1–3 детей питание ухудшается на 40–70 %.

Важным антирепродуктивным фактором явился выраженный рост смертности среди мужчин молодого возраста. Обнаружена сильная обратная корреляция между смертностью мужчин 15–49 лет и рождаемостью, о чем писал несколько лет назад мой коллега, директор Национального геронтологического центра Вячеслав Николаевич Крутько.

Каким силам удалось вызвать повреждение репродуктивного аппарата, приглушить сильнейший биологический инстинкт продолжения рода? Экономические факторы, при всей их значимости, не играли в этом определяющей роли. Как показали исследования, чем богаче семья в современной России, тем меньше в ней детей. При сравнении 10 % самых бедных и 10 % самых богатых домохозяйств численность детей у вторых оказалась в 5 раз меньше.

Для объяснения репродуктивных парадоксов мы также обратились к предположению о влиянии нравственно-эмоционального состояния индивидов. Кстати, на эту гипотезу натолкнули клинические наблюдения над животными. Известно, что агрессия, безысходность, тревожность, страх, потеря контроля над жизненной ситуацией оказывают негативный эффект на сексуальные способности особей обоего пола. В зоопарке многие виды животных не размножаются, хотя за ними хорошо ухаживают, у них большие вольеры. Но они видят перед собой стену, забор, и природа на психологическом уровне накладывает запрет…

Падение репродуктивной активности населения, так же как и увеличение смертности, в значительной степени объясняется психическим неблагополучием. В том числе и ростом упоминаемого агрессивно-депрессивного синдрома. При сравнении динамики убийств и рождаемости по странам СНГ между ними обнаружена тесная обратная зависимость: чем выше прирост убийств, тем глубже спад рождаемости. Для проверки обнаруженной закономерности провели аналогичное исследование в странах Восточной Европы. И здесь увеличение количества убийств сопровождалось параллельным снижением рождаемости.

Проведенный анализ дает основание по-новому взглянуть на снижение в ХХ веке рождаемости среди народов Западной Европы. Принято считать его позитивным процессом, который вызван прогрессом культуры и осуществляется посредством контрацептивных технологий в рамках демографического перехода. Но оказалось, что все не так просто. Снижение рождаемости стало нарастать с начала ХХ века, когда еще не было эффективных противозачаточных средств. Тогда за счет чего произошло уменьшение количества рождающихся детей? В России, например, суммарный коэффициент рождаемости упал за 1925–1940 годы в 1,5 раза. Причина, вероятно, заключается в снижении биологического репродуктивного потенциала населения под давлением нарастающей агрессивности новой модели цивилизации. Жесткая конкуренция, конфликтность, бескомпромиссность, страх, озлобленность — вот характерные черты нарождавшегося ХХ века.

Извиняюсь, что об этом приходится говорить, но упомянутые выводы доказывают следующие факты. Если в 1860 году количество сперматозоидов в миллилитре семенной жидкости составляло около 80 миллионов, то в 1960 году ВОЗ установила нормой уже 60 миллионов, в 1983 году — 40 миллионов, а в 1992 году планка снизилась до 20 миллионов. (Кстати, в Москве реальная картина и того хуже — 10 миллионов.) Получается, как если бы сначала нормой считали иметь 32 зуба в ротовой полости, затем 24, потом 16 и, наконец, 8 зубов. В современной Бельгии до 45 % молодых мужчин продуцируют семенную жидкость, качество которой находится на нижней границе даже облегченной нормы. У почти каждого десятого потенциального донора сперма признается негодной.

Основной причиной различных сексуальных расстройств у мужчин (ими страдали более половины опрошенных) и женщин (такие расстройства были присущи более чем 80 % прекрасного пола) в США (исследование 1992 года) служили факторы психологической природы. Наиболее выраженное негативное влияние оказывали депрессия и стресс. У женщин они вели к торможению либидо в 2,7 раза, уменьшению сексуальной возбудимости в 4,7 раза. У мужчин дистресс способствовал торможению потенции в 3,6 раза, снижению либидо в 3,2 раза, преждевременному семяизвержению в 2,3 раза. Выраженное неблагоприятное воздействие на половую активность оказывали ухудшение материального положения, неудовлетворенность личным здоровьем, восприятие своей жизни как несчастливой. Оценивая все перечисленное, американские врачи считают, что ухудшающееся сексуальное здоровье населения США представляет актуальную национальную проблему. По разным оценкам, в развитых странах Запада доля супружеских пар с пониженной плодовитостью достигает 25–35 %.

Меня могут спросить: какое практическое значение имеет изложенное для выработки эффективной демографической политики в России? Думаю, что немалое. Обнаруживается возможность управлять физическим и репродуктивным здоровьем огромных масс населения с использованием нравственно-эмоциональных рычагов — даже в условиях экономического дефицита. Для снижения смертности в России и на Украине с 16 промилле до 8 промилле (в Китае она составляет 6 промилле) и повышения рождаемости хотя бы до 16–17 промилле (как было в середине 80-х годов) люди должны почувствовать свою жизнь наполненной высоким смыслом. Ощутить себя не униженными наемными работниками, а свободными гражданами, идущими как полноправные хозяева по просторам необъятной Родины своей. Тогда общество сможет гарантированно преодолеть депопуляцию за 4–5 лет. Кстати, в истории имеются убедительные примеры подобного развития событий.

Я уже приводил пример, когда смертность среди гражданского населения в 1943 году в СССР уменьшилась в два раза. А что изменилось тогда по сравнению с предыдущим годом в экономическом смысле? Ничего! Люди продолжали работать в экстремальных условиях, недоедая и недосыпая. Однако уже был Сталинград, связанное с ним огромное воодушевление народа и надежды на новую жизнь после войны. Людей сплотила объединяющая идея, заставила их забыть личные невзгоды, помогла обрести смысл жизни.

ВЯЧЕСЛАВ КРУТЬКО, генеральный директор Национального геронтологического центра, доктор технических наук, кандидат биологических наук, профессор Московской медицинской академии:

— Демографическая катастрофа последнего десятилетия в Восточной Европе и СНГ — наиболее значимый медико-демографический феномен ХХ столетия. Такого падения рождаемости и роста смертности нет нигде в мире. С другой стороны, в средствах массовой информации обсуждался вопрос: а является ли это вообще демографической катастрофой? Факт это или артефакт? Может быть, просто игры в числа? Некоторые объясняют происходящее эхом войны. Дескать, российский этнос в войну перенапрягся, в затяжной стресс угодил, сейчас сказались последствия этого, вот он и начал вымирать. Или, мол, много стали пить. То есть сфокусировались совершенно разные профессионально неграмотные гипотезы. Поэтому группа ученых: Игорь Алексеевич Гундаров, Сергей Петрович Ермаков и ваш покорный слуга — предприняли более детальное исследование, чтобы разобраться с феноменом депопуляции, понять его истоки и причины. В результате появилась брошюра «Анализ тенденции смертности и продолжительности жизни населения России в конце ХХ века». Что же выяснилось? Действительно, с 1992 года по 2000 год (без учета миграции) население нашей страны уменьшилось на 6,7 миллиона человек — за счет повышения смертности и снижения рождаемости.

Мы можем, конечно, здесь говорить, призывать женщин рожать по пять детей и больше. Но разве может позволить это себе современная женщина, которая хочет заниматься бизнесом, отдыхать, вести активную светскую жизнь? Может позволить, если иметь столько детей будет модно и для их обеспечения и развития в семье будут созданы материальные условия. То есть на самом деле вопрос упирается в действительно экстраординарные меры. А такие меры, в свою очередь, связаны с изменением экономической системы. Другого варианта не существует, полумеры здесь не помогут. Это следует из математико-демографических исследований.

Даже если бы наши женщины очень захотели и рожали по пять детей, как бы они их вырастили? Сейчас у молодых людей иной менталитет, чем у старшего поколения, они очень практичны. Привыкли считать и знают, сколько стоит определение детей в детсад, обучение в школе (за которое надо доплачивать), посещение спортивного клуба, получение высшего образования и т. д.

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Одного ребенка любая женщина хочет, рожает. Но пятерых рожают счастливые женщины.

ВЯЧЕСЛАВ КРУТЬКО:

— Бэби-бум в Америке стал своеобразным демографическим этапом перехода к обществу, где растет благосостояние и уменьшается количество детей в семьях. И в развитых странах, и в развивающихся. Когда это благосостояние становится качественно очень высоким, тогда появляется новый стимул для своего рода рывка в рождаемости. Поэтому коренная проблема — найти такие возможности, которые позволили бы нашей стране, минуя стагнацию, совершить резкое комплексное движение вперед, прежде всего в социально-экономическом плане. Это помогло бы нам решить демографическую проблему.

Мы делали прогнозы развития демографической ситуации в России — оптимистический и средний пессимистический. График показывает, насколько тяжело придется в ближайшие десятилетия российской экономике и социальной сфере. Одному работающему придется содержать двух-полтора неработающих. Коэффициент демографической нагрузки будет расти и увеличится к 2050 году в два раза. Но до 2015 года он будет падать. Это объясняется особенностями сложившейся демографической структуры. Некоторые спекулируют на данной ситуации. Они говорят: посмотрите, как хорошо, упомянутый коэффициент падает, значит, мы все делаем правильно, ничего особенного предпринимать не надо.

На самом деле, чтобы представлять перспективы развития страны, нужно делать долгосрочный грамотный прогноз. Это необходимо для того, чтобы видеть всю картину в целом: сначала падение коэффициента демографической нагрузки, а потом резкий рост его, неостановимый ничем. Здесь необходима корректная, серьезная наука, грамотные, а не спекулятивные исследования.

Недавно Европейское сообщество выпустило фундаментальное исследование — подготовленный профессором Бренером «Финальный доклад Европейской комиссии по оценке социальной цены безработицы и анализ политики трудоустройства в Европейском сообществе и США». Это капитальное социологическое исследование. Какой вывод по прочтении его напрашивается? Если мы хотим, чтобы человек нормально жил, то в первую очередь должны решить проблему с безработицей. Потому что трудоустройство — это не только возможность получать деньги, это, прежде всего, востребованность человека. Ощущение его полезности и нужности. Оказывается, безработица — это причина самоубийств, преждевременных смертей… Это серьезное препятствие, в том числе, и для рождения детей. На одном из саммитов ЕЭС была выдвинута задача к 2020 году в странах ЕЭС вообще безработицу ликвидировать. В России, где закрываются сотни предприятий, разрушаются градообразующие заводы, разваливаются сельскохозяйственные производственные структуры, безработицей, скрытой и явной, охвачены десятки миллионов трудоспособных людей. Не случайно у нас веер самоубийств, инфарктов, инсультов… Отсюда во многом и наша стремительная депопуляция.

Наши исследования показали, что продолжительность жизни интегрально впитывает в себя все характеристики качества жизни населения. Меняется качество жизни — сразу меняется смертность, рождаемость, продолжительность жизни. Во время шоковых реформ график по всем этим показателям буквально скакал.

В свое время мне удалось познакомиться с очень интересной монографией «Можно ли моделировать рождаемость?». Что под этим подразумевалось? Создать такую модель, где есть параметры, описывающие, от чего она зависит. Для того чтобы действовать — увеличивать рождаемость или, наоборот, уменьшать — словом, управлять процессом. В монографии делался обзор всех моделей корректирования рождаемости на тот момент, это были 80-е годы. Приводился опыт Чехословакии, ГДР, других стран, где пытались увеличить рождаемость всякими стимулирующими мерами, дотациями и т. д. Что получалось? На несколько лет всплеск, рождаемость увеличивалась. Через несколько лет она опять спадала на тот стабильный, стационарный уровень, зависящий от общей обстановки в обществе. Рождаемость — это очень тяжело подвигаемая какими-то искусственными вещами шкала, тут не нужно особенно обольщаться. Тут нужны системные изменения, поднимающие весь пласт социально-экономической, нравственной, духовной жизни в обществе на качественно иной уровень.

АЛЕКСАНДР БЕЛЬЧУК, доктор экономических наук, профессор Всероссийской академии внешней торговли:

— Я хотел бы высказаться о том, что можно предпринять, чтобы хоть как-то скорректировать в положительную сторону демографическую ситуацию в стране. Ясно одно: в сложившейся ситуации есть два уровня действий. Один глубинный, о котором много уже сегодня сказано. Можно здесь что-либо сделать, нельзя ли… Это, конечно, большой вопрос. Значит, нужно доказать еще, что эта цивилизация не обречена. Я имею в виду западно-рыночную цивилизацию с ее системой ценностей. Потому что главная причина всего заключается именно в этом. У людей фундаментально изменились ценности. В них детям не очень много отводится места. Любая гедонистическая культура, любое общество, главная цель которого — получение удовольствия, расширение потребления, не заинтересовано в значительном количестве детей. И до тех пор, пока главная цель у людей будет получить как можно больше благ и удовольствий (а дети, как известно, этому «мешают»), вы демографическую проблему, в конечном счете, не решите.

Особенность России заключается еще в том, что западно-рыночные отношения мы до конца не усвоили. И можно попытаться найти решение проблемы. От чего это зависит? От осознания обществом серьезности проблем и от средств, которые на решение этих проблем будут выделены. Я вижу сегодня задачу в том, чтобы довести до общества в полном объеме понимание того, что у нас демографическая катастрофа. Грубо говоря, общество надо напугать. Кое-кто уже начал пугаться. Мы видим, что за последние год-два демографические проблемы начали выдвигаться в разряд политических. О них стали чаще говорить. Нам нужно довести дело до того, чтобы все сказали: «Это сейчас действительно самая страшная беда». Если это будет достигнуто, тогда даже самый равнодушный к судьбе России и русских политик будет вынужден под давлением общественности работать в нужном направлении. Средства, которые будут выделены для решения этой проблемы, будут совершенно другими. Тогда мы и «распотрошим» не только стабилизационный фонд, но и почти 160 миллиардов долларов золотовалютного резерва, на который мы почему-то меньше обращаем внимания, чем на стабилизационный фонд. Это первая, с моей точки зрения, задача.

Затем надо разобраться с определенной системой стереотипов. Даже наш президент Владимир Владимирович Путин сказал, что у всех развитых стран с рождаемостью плохо. Тут необходимо уточнение. Да, в Европе рождаемость тоже оставляет желать лучшего. Но по сравнению с российской она на 40 % выше. Это не так уж мало. Действительно, падение рождаемости, идет во всех странах развитого мира, но оно никогда не было столь стремительным, как в России. У нас за 6 последних лет на 30 с лишним процентов упала рождаемость. Такого никогда не было. Когда показываешь, что у нас что-то жуткое, вопиющее происходит, совсем не похожее на других, это действует. Везде идет рост средней продолжительности жизни, а у нас катастрофическое снижение. К решению этих проблем надо подходить комплексно и всесторонне. Что, мне кажется, сейчас нужно делать? Нужна специальная государственная программа по борьбе с депопуляцией. И вокруг нее начать танцевать. Повторяю, действовать надо в рамках комплексной программы. Не ограничиваться отдельными мерами, поднимая единовременные пособия на родившегося ребенка с 70 до 200 рублей. В рамках этой программы должно заработать государство всеми своими механизмами, подключая общество, науку, производственные структуры, политические образования. Так должно быть, если мы не хотим исчезнуть с лица Земли. Думаю, на основе этого могут объединиться совершенно разные силы. Мало таких, для кого Россия и ее будущее ничего не значат. И активнее надо вовлекать население в осмысление вот этой главной нашей проблемы. Говорить о ней нужно как можно чаще, говорить как можно резче. Вот тогда-то мы сможем сформировать действенное общественное мнение, и политики будут вынуждены его учитывать. Многие из них, надеюсь, сконцентрируют свое внимание на этой глобальной российской проблеме. И тогда, может быть, мы сможем что-нибудь решить.

СЕРГЕЙ КОМКОВ, доктор философских и педагогических наук, председатель Всероссийского фонда образования:

— Я не сторонник теории мирового заговора, но очень часто сталкиваюсь с тем, что совершается целенаправленная деятельность по изменению общественного сознания в России. Когда у человека возникает депрессивное состояние, надо искать корень, первопричину этого состояния. Есть объективные факторы, которые этому способствует, а есть, повторяю, целенаправленная деятельность, то есть кто-то целенаправленно пытается моделировать ситуацию так, чтобы создать депрессивную атмосферу, для того чтобы выполнить свои вполне определенные задачи. Не секрет, кому это нужно. Мы с вами прекрасно знаем и понимаем, что сегодня происходит в глобальном мире. Идет борьба за жизненное пространство. Перераспределить эти пространства можно несколькими способами, в том числе и ослабив, сократив и деморализовав коренное население до такого состояния, когда оно уже не в силах будет бороться за собственную землю. И здесь на первое место выступают факторы, связанные с изменением общественного сознания. Известна целая сеть социальных институтов, связанных с западными спецслужбами, которые разрабатывают и внедряют в жизнь разные методики манипулирования общественным сознанием.

Не будем отрицать и того, что огромное влияние на атмосферу в обществе оказывают социально-политические факторы. Они как раз влияют на ту самую ситуацию, которая создает депрессивную обстановку. Социально-политические факторы складываются из двух составляющих — это экономические факторы и факторы, связанные с воспитанием и образованием человека. Всё, что связано с процессами воспитания и образования, меня тревожит особенно. Сегодня уже говорили о том, что была попытка внедрения курсов полового воспитания в школе. Она, кстати, так до конца и не пресечена. Она остается в несколько завуалированной и «замороженной» форме. Половое воспитание продолжает в той или иной форме навязывать так называемая Российская ассоциация планирования семьи. Под маркой воспитательных учреждений сегодня в России действуют различного рода структуры, которые занимаются, якобы, борьбой с наркоманией, СПИДом. На самом деле, когда начинаешь вникать в суть деятельности этих структур, выясняется, что они, наоборот, всячески стимулируют и подвигают молодежь к увлечению наркотиками, к половой распущенности. А с наркоманией демографическая проблема связана напрямую. Потому что от наркомана здорового ребенка не жди, да и воспитать он его никак не сможет. Проблема образования тоже переплетается с демографической проблемой. Но то, что сегодня происходит в российской школе — и в средней, и в высшей, — это целенаправленный стопроцентный развал отечественной системы образования. И делается это для того, чтобы подорвать интеллектуальную основу страны и вытеснить Россию с самого главного рынка — рынка информационных и научных технологий. Лет через 50 запасы нефти и газа будут практически исчерпаны. Главным экономическим рынком станет рынок информационных технологий. К тому времени Россия, если не будет остановлен развал системы образования, вряд ли сможет на этом рынке конкурировать.

Огромную проблему сейчас, в свете демографической политики, составляет социальное сиротство. Социальные сироты сегодня — это, увы, уже фактическое будущее страны. Сейчас 3,5–4 миллиона детей в России — социальные сироты. В будущем, выходит, мы получаем неполноценные семьи. Потому что социальный сирота не в состоянии создать нормальную семью, которая будет дальше воспроизводить нормальное потомство. Попытки бороться с социальным сиротством сегодня выливаются в откровенную бесстыдную кампанейщину. Потому что нет политической воли. Нет понимания того, в чем суть социального сиротства. Итак, замкнутый цикл: от социального сиротства мы снова переходим к тем же процессам изменения общественного сознания, к социально-политическим условиям. Мы ходим по кругу.

Огромное значение в преодолении этих негативных процессов имеют общественные установки. Мы удивляемся, почему у мусульман такая высокая рождаемость, нет никакой демографической проблемы. Там есть общественные установки, проведенные через религиозное восприятие существующего мира. И эти общественные установки работают. Нам надо выработать свои национальные общественные установки. И тогда мы выздоровеем.

ТАТЬЯНА ШИШОВА, педагог, публицист, член Союза писателей России:

— Я согласна с предыдущим докладчиком, что мировые процессы во многом моделируются. Они не стихийны. И программа сокращения рождаемости выполняется в рамках глобализации. Вот об этом не надо забывать. А поскольку глобализация предполагает изменение традиционных ценностей и разрушение традиционных обществ, то ответ на вызовы времени лежит в возврате к традиционным представлениям в отношениях людей, и в семье в частности. Я знаю церковный приход, где, особенно последние два-три года, в храм приходят и с шестью, и с семью детьми. Это всё православные люди. Четверо-пятеро детей — это, так сказать, для них не предел... А трое детей в семье — просто норма. Причем бросается в глаза одна интересная деталь. Это могут быть люди, которым за сорок… и у которых уже достаточно большой один ребенок. А потом один, два, а то и три маленьких. Когда выясняешь, что произошло, узнаешь — они пришли в церковь. И поняли, глубоко прониклись, что ребенок — это дар божий, что аборт — это детоубийство. И просто перестали мыслить, чувствовать и жить в тех нравственных и этических установках, в которых пребывали раньше.

Мы видим, что сейчас навязывается определенный уровень потребления, который выдвигается как некий эталон для семьи, позволяющий рожать и воспитывать детей. По нему каждому ребенку надо выделить по комнате, и чтобы непременно был компьютер и много игрушек и т. д. Но, наблюдая за детьми, мы убеждаемся, что многие из этих вещей на самом деле ребенку не нужны. Ребенку не нужно очень много игрушек. Потому что он быстро пресыщается ими, и у него начинается апатия, нередко переходящая в депрессию. Он утрачивает способность концентрировать внимание. Ребенку не нужен компьютер, потому что он разрушает его неокрепшее детское здоровье и превращает в своего рода «наркомана». Ребенку не нужно много денег. Ему много чего не нужно. Но ему очень нужны братья и сестры, тогда он вырастает полноценным и нормальным ребенком. Он умеет играть. Сейчас дети массово не умеют играть в ролевые игры, потому что у них нет братьев и сестер. Так что качество жизни — это на самом деле вовсе не вещи. Ребенку не нужен сотовый телефон, потому что он очень вреден. Мы еще пожнем плоды того, что дети 10, а то и 8 лет постоянно испытывают излучение. Что будет потом у них с сердцем и мозгом? И кстати, с репродуктивностью. Так что установка на этот набор западных унифицированных вещей, который преподносится как стандарт, как условие того, что если у нас всё это будет, тогда будут и многодетные семьи, абсолютно не верна. И когда родители это понимают, они начинают совершенно по-другому действовать. Для того чтобы дети росли полноценными и здоровыми, не нужно возрастания уровня жизни в 10, 20 раз. Конечно, нельзя допускать, чтобы здравоохранение и образование стали платными, чтобы снижался их уровень. Это однозначно. Но масса каких-то вещей абсолютно не требуется для того, чтобы увеличилась рождаемость.

За нашим круглым столом уже затрагивался вопрос наркомании. Года четыре назад у нас прирост наркоманов среди подростков и молодежи резко снизился. Это начало происходить, на мой взгляд, по двум причинам: с одной стороны, пошел рост патриотических настроений в обществе, это очень важно, а с другой — ужесточились наказания за торговлю наркотиками. Но те, кто заинтересован в обратном, очень быстро нанесли ответный удар. Два года назад вышло постановление правительства о так называемых средних разовых наркотических дозах. По этому постановлению, если у человека находят 9 разовых доз героина и не устанавливают факт продажи, то он подвергается небольшому штрафу, который для торговца наркотиками просто смешной. И как только это постановление вышло, снова поднялся уровень наркомании. Сегодня молодыми наркоманами переполнены клиники по всей России… Отменить постановление не так сложно. Но оно, несмотря на все усилия, до сих пор действует. Я призываю бросить сегодня все здоровые силы общества на то, чтобы это, мягко скажем, ошибочное постановление было отменено.

ВЕНИАМИН БАШЛАЧЕВ, независимый демограф-аналитик, публицист:

— Демографические процессы — как река, в которой вода течет, хотя и продолжительно — лет так 70–80, но не бесконечно. Притом может быть и так: в устье еще половодье, а верховья уже пересохли. Вот почему демографическую ситуацию точнее рассматривать не «как бочку с водой», в которую из «одной трубы вода наливается, а из другой — выливается», но по динамике потенциала «ключевых сечений». Одно из таких сечений — это 20-летние — поколение активной молодежи, вступающей в трудоспособную жизнь. Другое сечение — 60-летние — люди, выходящие из трудового возраста.

В 1970-е и в первой половине 1980-х годов число рождений медленно, но росло. Численность 20-летних почти всегда была больше численности 60-летних. Такое соотношение обеспечивало в определенной мере благоприятную демографическую ситуацию с трудовыми ресурсами в 1990-х годах. И в начале XXI века ежегодный прирост трудовых ресурсов, хотя и небольшой, но существует за счет ежегодного увеличения 20-летних. Но такая благоприятная ситуация будет продолжаться недолго — до 2007 года. Ведь в 1988 году началось резкое сокращение числа рождений. Так что после 2008 года динамика роста 20-летних резко пойдет вниз. А так как число рождений к 1995 году сократилось в два раза, то и численность 20-летних к 2015 году сократится тоже в два раза. Начиная с 2010 года численность выходящих из трудоспособного возраста будет все более превышать численность вступающих в трудоспособный возраст. К 2015 году — в два раза.

На мой взгляд, до 2010 года наше правительство вынуждено будет увеличить пенсионный возраст лет на 5, как на Западе. Но это проблему не решит, лишь отодвинет. На те же 5 лет.

Если демографическая политика в России в ближайшие год-два кардинально не изменится, то Россия 2020-х видится мне так. Женщины живут на 10 лет дольше мужчин. Так что по улицам городов и сел будут бродить толпы старух, молящих Бога и друг друга о помощи. И кто им, старым и хворым, поможет?! Ведь подрастающей молодежи будет в два раза меньше, чем стареющих людей…

Пора понять и осознать: демографию в России исправит одно — вырастание наших детей. Чтобы восстановить демографическое благополучие, в русской семье нужно растить уже не двоих, а не менее троих детей. Конечно, прошлое изменить уже нельзя. Влиять можно и нужно на будущее. Притом срочно. Ведь сейчас 9 из 10 молодых русских женщин хотят иметь лишь одного ребенка. А это прямой и неизбежный путь в пропасть нашего вырождения. Дети дорого стоят. Но ни при каких обстоятельствах нельзя экономить на детях. Пора исходить не из нынешних затрат, а из будущих убытков, которые понесет Россия и каждый из нас, если мы в ближайшие годы не обеспечим ежегодное вырастание 1,5–2 миллионов детей. То есть в два раза больше, чем сейчас. Восстановить жизнеродность русской семьи — главная задача, стоящая перед Россией на два ближайших десятилетия. Верховная власть страны обязана не просто говорить высокие слова о человеке и его жизни, а объявить ребенка национальным достоянием и высшей ценностью государства.

ЭДУАРД ФЕТИСОВ, доктор социологических наук:

— Сегодня, на мой взгляд, особое внимание надо обратить на воспитание наших детей. Потому что даже в семье, как поется в одной популярной песне, мы вышли на уровень электрификации всей страны — всем всё стало до лампочки. Впрочем, и в школе так же… К внучке своей прихожу однажды в школу, дверь в класс приоткрыта, и слышу, как какая-то девушка изъясняется матом. Думаю, надо заглянуть и сделать ребятам замечание. Заглядываю. А это учительница общается так с классом. Дожили, что называется!

Сейчас необходима совершенно иная, новая по духу и форме система воспитания. Она должна вобрать в себя как нравственно-этические нормы религиозного мировоззрения, так и лучшие достижения общественной, философской и педагогической мысли. В ней не должно быть места так называемому сексуальному воспитанию. Она должна быть направлена против любой формы нравственной и физической распущенности, она должна готовить подростков к глубокому усвоению мысли, что покой и счастье человек обретает в здоровой, полноценной семье, в продолжении себя в детях.

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Хочу обратиться к присутствующим с главным, на мой взгляд, вопросом. Считаете ли вы, что преодолеть демографическую катастрофу возможно? Реально ли, чтобы лет через десять рождаемость снова начала расти и перекрыла смертность? Что может дать такой результат?

ИГОРЬ ГУНДАРОВ:

— Недавно мне попалось одно китайское издание, и я узнал, что у них происходит с рождаемостью и смертностью. Мы знаем, насколько быстро растет у них население, и все думают, что за счет рождаемости… Оказывается, рождаемость в Китае такая же, какая была у нас в конце 80-х… Но смертность — 6 человек на тысячу. У нас 16,5… Вот где ресурсы колоссальные. Если мы снизим сейчас смертность до уровня китайской, у нас будет прирост 0,3 %. Мы остановим депопуляцию, и начнется рост численности населения. Но та мина, которая заложена, так как мало женщин, может через 15 лет рвануть. Поэтому нам нужно начинать параллельно увеличивать число рождений… Так что остановить депопуляцию можно… У нас в истории был период, когда мы вымирали с такой же интенсивностью, как сейчас, процесс тогда удалось остановить... Первая мировая война, революция, Гражданская война. Депопуляция страшная. Но появилась новая концепция коммунизма — НЭП. Эмоциональный, творческий подъем обозначился колоссальный. Преступность упала в 3–4 раза. Рождаемость неуклонно пошла вверх.

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Прорвалась историческая энергия народа, который захотел жить. Проснулась воля к жизни. Вы это хотите сказать?

ИГОРЬ ГУНДАРОВ:

— Именно это. Сегодня нужен новый цивилизационный прорыв, который пробудит великий народ к жизни…

АНАТОЛИЙ АНТОНОВ:

— За 10 лет перейти на плюсовые величины мы не сможем, но существенно сократить убыль населения за 20–30 лет, мне кажется, реально. Добиться же естественного прироста в лучшем случае можно к 2050 году, не раньше. И сразу оговорюсь, при определенных условиях, определенной целенаправленной конструктивной деятельности к 2050 году мы выйдем на нулевой уровень. А затем, если будем проводить политику активного стимулирования семьи с 3, 4, 5, 6, 7 детьми, то лишь к 2080 году мы сможем возвратиться к нынешней численности населения России в 140 миллионов. Такова реальность нашего демографического развития, замечу, при очень больших допущениях. Таковы законы «демографической инерции». В демографии своего рода единица измерения — это 30 лет, возраст поколения. Всё остальное — прекраснодушие и светлые мечты.

ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВ, соучредитель «Русского демографического общества»:

— Для того чтобы демографическая катастрофа не переросла в общегосударственную, сейчас необходимо создавать модели, своего рода очаги, нового образа жизни. Тот образ жизни, которому мы следовали на протяжении последних трех веков, который мы, русские, переняли с Запада, демонстрирует неспособность к нормальному воспроизводству. Мы все глубже забираемся вместе с Западом в определенный цивилизационный тупик. Естественно, встает вопрос поиска нового образа жизни. Но это легко сказать — новый образ жизни. В моем понимании, это задача общенационального масштаба и архисложная. Решать ее надо начинать безотлагательно. Ростки нового образа жизни могут пробиться через создание очагов выживания. Недавно я натолкнулся на понятие «социально-модернизаторские очаги». Что-то похожее — группы, сообщества людей появляются на Алтае. Люди вырываются из городов, выламываются из урбанистической цивилизации и создают иную среду обитания на совершенно другой территории. Попытки создания вот таких социально-модернизаторских очагов, своего рода деурбанизация, — это, возможно, интуитивное нащупывание модели организации правильного образа жизни со всеми вытекающими отсюда последствиями, включающими и более гармоничные отношения в семье, что однозначно скажется и на демографической ситуации.

И еще, на мой взгляд, сейчас было бы целесообразным создать фонд заселения брошенных русских деревень. В свое время была кампания подъема целины. Она проходила в рамках крупномасштабной государственной программы. Подняли миллионы людей и двинули их в Казахстан, в степи, ради более успешной жизни следующих поколений. По существу, сейчас настало время точно таким же образом заселять брошенные, зарастающие лесом территории центральной России. Источником пополнения населения здесь могла бы стать грамотно организованная миграция русских из республик бывшего СССР. Высокие подъемные, беспроцентные ссуды на строительство жилья, обзаведение техникой, отмена налогов на пять-десять лет на любой вид производственной деятельности — все это, уверен, будет активно стимулировать возвращение русских людей на свою исконную землю. Если из 25 миллионов русских, практически брошенных в так называемом ближнем зарубежье, вернутся 15 миллионов, мы сможем преодолеть демографический коллапс и возродить российскую глубинку.

ИГОРЬ ГУНДАРОВ:

— И последнее, что я хотел бы сказать за сегодняшним круглым столом, как бы в порядке рекомендации властям, тем, кто принимает решения. Назрела необходимость создания научно-координационного центра демографического развития России. В стране должен быть орган, куда стекалась бы вся информация о демографической ситуации, где рассматривались бы все предложения и разрабатывались конкретные действия и проекты по решению самой насущной проблемы современной России.

НАТАЛИЯ НАРОЧНИЦКАЯ:

— Благодарю всех, кто пришел на круглый стол в Фонд исторической перспективы, за содержательную и, надеюсь, полезную для всего нашего общества дискуссию.



Читайте также на нашем сайте:
 
 
 


Опубликовано на портале 14/01/2007



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика