Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Итоги французских выборов 2007 года: состоится ли «французская перестройка»?

Версия для печати

Специально для сайта «Перспективы»

Сергей Фёдоров

Итоги французских выборов 2007 года: состоится ли «французская перестройка»?


Фёдоров Сергей Матвеевич - кандидат политических наук, старший научный сотрудник Института Европы РАН.


Итоги французских выборов 2007 года: состоится ли «французская перестройка»?

Два тура президентских, а затем парламентских выборов, принесших победу Николя Саркози и его партии - Союзу за народное движение, стали важнейшими событиями в политической жизни страны. Они определят развитие французского общества не только на предстоящие пять лет, но и на среднесрочную историческую перспективу. И это не просто банальный рефрен к началу очередного легислатурного периода. Есть немало оснований полагать, что прошедшие всенародные политические «консультации» были далеко не рядовым, дежурным мероприятием, а событием действительно эпохальным, открывающим новую главу в истории как Франции, так и по меньшей мере Западной Европы в целом. В чём же состоит особенность и нестандартность недавно прошедшей выборной кампании во Франции, сможет ли новое руководство страны осуществить пакет радикальных реформ, мандат на проведение которых был дан ему французским избирателем?

Два тура президентских (22 апреля и 6 мая), а затем парламентских выборов (10 и 17 июня), принесших победу Николя Саркози и его партии - Союзу за народное движение (СНД), стали важнейшими событиями в политической жизни страны. Они определят развитие французского общества не только на предстоящие пять лет, но и на среднесрочную историческую перспективу. И это не просто банальный рефрен к началу очередного легислатурного периода. Есть немало оснований полагать, что прошедшие всенародные политические «консультации» были далеко не рядовым, дежурным мероприятием, а событием действительно эпохальным, открывающим новую главу в истории как Франции, так и по меньшей мере Западной Европы в целом. Неслучайно нынешний политический цикл сравнивают с 1958 годом (основание V Республики) и с годом 1981 (приход к власти впервые после 1946 года коалиции левых сил во главе с социалистами). В чём же состоит особенность и нестандартность недавно прошедшей выборной кампании во Франции, сможет ли новое руководство страны осуществить пакет радикальных реформ, мандат на проведение которых был дан ему французским избирателем?
 

Такого не было более четверти века

Нестандартность состоявшихся выборов проявилась, во-первых, в чисто количественных показателях. Если бы во Франции существовала своеобразная книга «Рекордов Гиннеса» в политической сфере, то избирательный цикл 2007 года, вероятно, занял бы в ней одно из ведущих мест. Действительно, в апреле-июне были побиты многие «политические рекорды» страны, державшиеся минимум четверть века, а то и более. Так, явка избирателей в первом и втором туре президентских выборов составила почти 85%. Такое наблюдалось лишь в 1965 году – на первых в истории Франции прямых президентских выборах. Напротив, число избирателей, принявших участие в голосовании на парламентских выборах, достигло своего минимума за всю историю V Республики – 40%! Обычно в последнее десятилетие показатель абсентеизма находился на уровне 30%. А в департаменте Мозель в 2007 г. была зафиксирована рекордная пассивность электората – голосовать не пришло 48% зарегистрированных избирателей. Необычными были и итоги первого тура президентских выборов: кандидат от правых получил 31,5% голосов – лучший показатель правых с 1974 года, в то время как представительница социалистов также показала неплохой результат (25,83%), сравнимый с процентами голосов, отданных за Ф. Миттерана в 1981 году.
Приведённые цифры объясняются как непривычной для современной Франции мобилизацией избирателей и возрождением интереса к политике, так и тем, что в политическом сознании французов главным событием являются выборы президента страны. Возродившийся интерес к политике, на наш взгляд, проявился и в том, что в этот раз протестное голосование (в пользу заведомо непроходных кандидатов в первом туре) было минимальным. Сказался, видимо, и «синдром 21 апреля»[1].
Во-вторых, произошла смена элит во французской политике. С политической арены ушло довоенное поколение, на их место пришли 50-летние политики, которые не испытали на себе последствия трагедии второй мировой войны, чьё мировоззрение сформировалось в 60-70-е годы ХХ столетия. Эти люди – носители новых политических ценностей, новых взглядов на мир и на историю. Впервые в истории V Республики за высший государственный пост боролись претенденты, которые ранее не занимали ни президентские, ни премьерские должности, не говоря уже о том, что главная борьба развернулась между «не совсем настоящим французом» Саркози и представительницей социалистов – многодетной матерью Сеголен Руаяль. Такое трудно было себе представить даже десятилетие назад.
В-третьих, первый раз за последние 25 лет правящее большинство в результате парламентских и президентских выборов сохранило всю полноту власти. Притом, как это ни покажется удивительным, о преемственности в политике говорить не приходится. Преемственность выражается просто в сохранении политической этикетки – названия правящей партии, тогда как принципиально меняется содержание её курса. Ещё один парадокс!
Не меньшим сюрпризом стало образование правительства Франсуа Фийона, вернее, новые принципы формирования кабинета министров. Впервые в истории страны он был создан на базе гендерного паритета – из 15 министерских постов 7 занимают женщины. Причём, если раньше представительницам прекрасного пола доверяли, как правило, второстепенные министерства, то теперь они занимают ключевые посты министров экономики, внутренних дел и юстиции. Не менее инновационным стало решение президента Саркози о «политической открытости» исполнительной власти для оппозиции и привлечении в правительство представителей «цветной Франции». Обращает на себя внимание и то, что премьер-министр Фийон обязал новых министров принять участие в парламентских выборах, чтобы доверие президента подкрепить поддержкой избирателя. Итоги парламентских выборов подтвердили правильность такого нестандартного шага – министры с честью прошли выборное испытание, хотя совсем без потерь не обошлось. Второй человек в правительстве, мэр Бордо Ален Жюппе, специально «под» которого было создано мощное министерство по вопросам экологии и охраны окружающей среды, проиграл выборы представительнице соцпартии.
В-четвёртых, парламентские выборы внесли существенные изменения в сложившийся расклад политических сил Франции. Впервые с 1981 года «системные партии» получили подавляющее число мест в Национальном собрании – 526 из 577, оставив прочим политическим формированиям всего 51 место. Тем самым была подведена своеобразная итоговая черта под многолетним процессом эволюции партийно-политической системы Франции в сторону бипартийности. Прошедшие выборы упрочили маргинализацию некогда могущественной ФКП, видимо, похоронив последние надежды коммунистов на модернизацию и возрождение. Не менее драматичными стали итоги выборов для Национального фронта и его лидера Ле Пена. Дальнейшая политическая судьба крайне правых не выглядит на сегодняшний день оптимистично. Наконец, сенсация президентских выборов 2007 года – неожиданный успех «третьего кандидата» центриста Франсуа Байру – быстро улетучилась: попытки наспех созданной Байру новой партии, Демократического движения, серьёзно обосноваться в парламенте не удались.
 
Почему выиграл Саркози и его партия?
На этот вопрос лаконичный ответ дал сам шестой президент V Республики в интервью газете «Ле Фигаро» 6 июня, спустя ровно месяц после своей победы: «Я был избран благодаря моему проекту – сильному, внятному, основанному на открытости и правде».
Эти слова, на наш взгляд, весьма точно передают суть и дух программы Саркози, в основу которой была заложена идея «радикального разрыва» с предшествующей политикой, с французской социальной моделью. Эту идею обновления, своеобразной «французской перестройки» как нельзя лучше представляла и сама фигура политика Саркози, его имидж человека действия, нацеленного на достижение поставленных задач. Саркози сильно рисковал, провозгласив курс на радикальные реформы. Опросы общественного мнения говорили о том, что французы, хотя и понимают необходимость перемен, но одновременно боятся их радикального варианта. Но, играя «ва-банк», лидер неоголлистов всё же тонко уловил настроение большинства соотечественников, уставших от десятилетий миттерановско-шираковской эпохи, представлявшей по сути своеобразный «французский застой», если использовать советские параллели. Беспощадно критикуя французскую социальную модель, лидер СНД не без оснований утверждал, что механизмы социальной защиты, сложившиеся в течение так называемого «славного тридцатилетия», не отвечают ни современным социальным рискам, ни потребностям всё более индивидуализирующегося французского общества.
Разумеется, идея модернизации, обновления присутствовала и в программе Сеголен Руаяль, однако основной упор делался не на критике французской социальной модели, а на развитии «партисипативной демократии». Более того, социалисты в своей предвыборной борьбе сделали акцент как раз на запугивании избирателя «опасным разрывом», символом которого представляли Саркози. Это было явной ошибкой их предвыборной стратегии.
Успех Саркози во многом объясняется тем, что он, в отличие от социалистов, не побоялся выйти за сложившиеся во Франции нормы политкорректности и поставил, что называется, ребром вопросы иммиграции и национальной идентичности, а также во многом связанную с ними проблему безопасности граждан и борьбы с преступностью. В этой области, следует признать, он полностью переиграл свою соперницу. И это не удивительно, ведь за время пребывания на посту министра внутренних дел Саркози зарекомендовал себя жестким политиком, способным навести порядок в стране, ограничить наплыв иммигрантов, в первую очередь нелегальных. Два иммиграционных закона, принятых по инициативе Саркози в 2003 и 2006 годах, были в глазах избирателей реальным воплощением курса на «избирательную иммиграцию», на котором настаивали правые в последние годы. Жёсткая позиция и высказывания министра внутренних дел во время «французской интифады» осенью 2005 года сделали его знаковой фигурой для сторонников крайне правых политических взглядов. В результате Саркози удалось на выборах решить ранее невыполнимую политическую задачу – объединить под своим крылом весь правый фланг избирателей. По данным социологических опросов за него проголосовало не менее 60% электората Ле Пена уже в первом туре выборов. Хотя соперники Саркози пытались его «устыдить» за заигрывание со сторонниками «одиозного Национального фронта», тем не менее, нельзя не признать, что в результате крайне правой угрозы во Франции, судя по всему, больше не существует, а политическая карьера самого Ле Пена подошла к концу (и не только вследствие преклонного возраста).
Победа Саркози и его сторонников была бы невозможна без обновления партии Союз за народное движение и её программно-теоретических установок. Хотя СНД создавался в 2002 году, после президентских выборов, на базе старого ОПР, переориентированного на «твёрдых шираковцев», Саркози удалось за несколько лет основательно потеснить «старую гвардию» Ширака, встать в ноябре 2004 года во главе партии и превратить её фактически в партию «саркозистов». За короткое время новый лидер сумел не только превратить СНД в крупнейшую политическую силу страны, но и существенным образом обогатить и модернизировать теоретический арсенал правоцентристов. Саркози не раз говорил, что его цель в том, чтобы излечить правых от комплекса неполноценности, от того, чтобы «правые не стеснялись быть правыми». Надо признать, что с этой задачей он блестяще справился - не в последнюю очередь потому, что ориентировался не на идеологические доктрины, а на прагматический подход в восприятии действительности, новых реалий, порождённых постиндустриальной эпохой и глобализацией. В определённой мере можно сказать, что Саркози модернизировал французских правоцентристов наподобие того, как Блэр реформировал британских лейбористов. Бытовавшая ранее во Франции поговорка о том, что французские правые - самые глупые правые в Европе, явно устарела. Теперь подобный упрек скорее можно адресовать ФСП, так и не сумевшей актуализировать свою идеологическую доктрину и тем самым упустившей стратегическую инициативу.
С теоретическим обновлением неоголлистов связана и оправдавшая себя предвыборная тактика Саркози, заключавшаяся в смещении к центру. Если правый и крайне правый электорат был завоёван за время пребывания на посту министра внутренних дел и экономики, то, начиная с 2006 года, Саркози смягчил свою позицию, убрал «педалирование» идеи «разрыва». В своей программной речи 14 января 2007 года на съезде СНД кандидат-правоцентрист заявил, что он намерен представлять интересы всех французов, невзирая на их политические преференции и опираясь на демократические республиканские ценности. Красной нитью всей кампании Саркози стала идея возрождения Франции, её величия, национальной гордости французов. «Раскрытие» в сторону центра принесло лидеру СНД дополнительные голоса, и не только большей части центристов – традиционных союзников правых, но даже и части левых. В этом отношении поле для манёвра Руаяль было существенно уже. Ее смещение к центру в первом туре могло оттолкнуть немалую часть крайне левого электората, решившегося на «разумное голосование» за проходную фигуру левых.
Сильная сторона проекта Саркози и партии неоголлистов заключалась в том, что акцент делался на морально-психологическом кризисе французского общества, на утрате духовно-нравственных ценностей, без которых успешное развитие социума невозможно. Эта идея, звучавшая во всех выступлениях лидера СНД, была сфокусирована на восстановлении веры людей в политику, государство, уважение к труду. Эмоциональные речи Николя Саркози напоминали политическую психотерапию, а их автор демонстрировал себя человеком, не боящимся говорить правду и брать на себя ответственность за судьбу страны. В этом тоже было зримое преимущество перед кандидатом от ФСП, которая, несмотря на бесспорную харизматичность, явно уступала лидеру президентской гонки как по эмоциональной насыщенности выступлений, так и по опыту практической работы и знанию конкретных досье.
 

Программа реформ Саркози – Фийона

Убедительная победа неоголлистов на президентских и парламентских выборах породила в общественном сознании ожидания если не быстрых перемен к лучшему, то, по крайней мере, решительных действий исполнительной власти. Именно в этом заключалась притягательная сторона и преимущество проекта Саркози. Именно на этом он настаивал в ходе президентской гонки. Поэтому в первые 100 дней новым властям очень важно убедить общественность и избирателей в том, что их слова не расходятся с делами. Это очень хорошо осознаёт президент Саркози, который определил правительству жёсткий график проведения намеченных реформ. Ускоренное их проведение в жизнь должен обеспечить парламент, собравшийся на внеочередную сессию практически через неделю после своего формирования.
Работа предстоит нелёгкая. По мнению Саркози, следует продвигаться быстро по всем направлениям, чтобы создать «критическую массу» анонсированных перемен. В повестке дня правительства и законодателей числится целый пакет мер, охватывающих социально-экономические, юридические, политические и международные вопросы.
Пожалуй, сердцевиной намечаемых реформ станет комплекс финансовых и налоговых мер, направленных на реализацию главного лозунга программы Саркози: «больше работать - больше получать». «Реабилитировать работу» и улучшить покупательную способность французов должны следующие меры.
- Освобождение от налогообложения сверхурочной работы. (По данным статистики, 37% наёмных работников во Франции трудится сверх нормативного времени).
- Установление «налогового потолка» в 50% совокупного дохода гражданина (на сегодняшний день он составляет 60%.
- Вычет из налогооблагаемой базы сумм, уплачиваемых по ссудам, взятым на приобретения жилья.
- Снижение или полная отмена (в случае передачи наследства в рамках семьи) налога на наследство.
- Уменьшение налога на крупные состояния в случае инвестирования средств в малые предприятия.
-  Отмена налогов для работающих студентов.
-  Расширение возможности заработка для работающих пенсионеров.
-  Ограничение практики т.н. «золотых парашютов» - «финансовых подарков» ведущим менеджерам крупных компаний при выходе на пенсию.
-  Отмена практики авансовой оплаты налогов на предприятия.
Не менее масштабные перемены запланированы в сфере социально-трудовых отношений и системе социальной защиты. На базе закона о социальном диалоге, принятого в феврале 2007 г., (он обязывает исполнительную власть проводить консультации с социальными партнёрами до принятия решений в социальной сфере), предстоит до осени провести четыре конференции с участием профсоюзов и предпринимателей. Темы этих конференций: покупательная способность и зарплата, трудовые договоры и «гибкая трудовая неделя», равенство мужчин и женщин на предприятиях, социальная демократия (пересмотр принципов представительности профсоюзов).
Властям предстоит найти решения по такому сложному досье, как введение единого типа трудового договора вместо нескольких десятков по нынешнему трудовому законодательству. Суть новаций в том, чтобы ликвидировать разницу между бессрочными трудовыми контрактами и различного типа договорами о временной работе. Иными словами, уравнять в правах постоянную и временную занятость. Добиться этого можно путём совершенствования системы социальной защиты, в частности введения т.н. «социальной защиты в течение всей трудовой карьеры» (securite sociale professionnelle). Предполагается, что в случае увольнения работник сохранит до 90% дохода, если в ответ он обязуется пройти интенсивное переобучение и искать новое трудоустройство с помощью модернизированной служб занятости.
Одной из самых трудных реформ, планируемых правительством на ближайшее время, обещает стать принятие закона о т.н. «минимальных услугах в общественном секторе» в случае забастовки. Речь идёт главным образом о работниках общественного транспорта (метро, автобусы, пригородные поезда), забастовки которых не раз приводили к полнейшей дезорганизации транспортной системы больших городов, создавая крайнее неудобство их жителям. Предполагается, что по новому закону забастовщики будут обязаны обеспечить транспортное обслуживание на минимальном уровне, предупредить власти о начале забастовки за два дня до её начала, а также провести тайное голосование о продолжении забастовки через восемь дней после её начала.
С законом «О минимальном уровне услуг» тесно связана намечаемая на 2008 год реформа специальных режимов пенсионного обеспечения, касающаяся работников общественного сектора (их массовые забастовки заставляли правительство несколько раз откладывать назревшую реформу). Смысл её заключается в том, чтобы ликвидировать необоснованные - с позиции сегодняшнего дня – льготы, сложившиеся в этих режимах за послевоенный период, и приравнять условия пенсионного страхования специальных режимов к нормам главного режима пенсионного страхования наёмных работников частного сектора.
Болезненных решений не избежать и для покрытия дефицитов касс системы социального страхования, которые составят в 2007 году 12 млрд. евро. Наряду с мерами по экономии медицинских расходов и повышению ответственности пациентов и врачей, предполагается повысить до 4 евро в день фиксированный платёж (он не компенсируется кассами медстрахования) за предоставление медицинских услуг. Для дополнительного финансирования касс медицинского страхования и семейных пособий правительство рассматривает возможность введения т.н. «социального НДС». Суть его заключается в том, чтобы отменить некоторые социальные выплаты предприятий, компенсируя их за счёт увеличения НДС примерно на 5%.
Особое место среди задуманных реформ занимает укрепление правопорядка. С одной стороны, правительство намерено ужесточить наказание преступникам-рецидивистам, в том числе малолетним. С другой – осуществить «план Маршалла» для «проблемных кварталов»: не только благоустроить дома и территории, но и, главным образом, усилить влияние школы на подростков, совершенствовать их профессиональное обучение и пр.
В этом же ряду - совершенствование иммиграционной политики в духе законов, принятых в этой области в последние годы. Новое министерство по делам иммиграции, национальной идентичности и совместному развитию должно объединить различные службы и департаменты, занимавшиеся вопросами иммиграции в МИДе, МВД, Министерстве по социальным делам, чтобы стать единым центром, отвечающим за иммиграционную политику.
Важнейший компонент программы Саркози-Фийона - совершенствование французской демократии, её политических институтов. Достижение «беспристрастной демократии» предполагает усиление полномочий и ответственности парламента (законодатели смогут утверждать ключевых министров, проводить самостоятельные парламентские расследования и аудит), закрепление статуса оппозиции (есть предложение закрепить за ней право контроля над финансами Национальной ассамблеи), а также перекройку избирательных округов и частичное введение выборов на основе пропорциональной системы голосования. Цель модернизации политической системы заключается в коррекции баланса законодательной и исполнительной ветвей власти. Саркози не раз высказывал мысль о том, что президент не должен выступать в роли арбитра, а наоборот - обязан нести ответственность за свою политику. Не исключается и такая новация, как возможность выступлений главы государства перед парламентом (что не предусмотрено действующей конституцией). Детальной проработкой реформы политических институтов должна заняться специальная комиссия, которая будет сформирована из специалистов по конституционному праву и политиков.
В повестке дня нового правительства числятся также такие вопросы, как реформа университетов и организации научных исследований, новые подходы к решению экологических проблем. Так, мощное министерство по вопросам экологии и устойчивого развития должно подготовить некий «экологический Гренель» (по аналогии с «Гренельскими соглашениями», позволившими стране выйти из социально-политического кризиса мая 1968 года). Сеть интернет полна онлайн казино, только Азино 777 тратит миллионы на свое продвижение и рекламу в кино. Такая агрессивная стратегия на этапе открытия использовалась Джойказино. Как ни странно, качественные и надёжные казино вообще никак себя не рекламируют. По словам самой компании, приток новых игроков осуществляется за счет сарафанного радио и рекомендаций одного игрока другому. Не уидивительно, ведь в рейтингах независимых сайтов Marathonbet получает всегда высокие оценки.
Наконец, в области международной политики главным приоритетом считается подписание вместо провалившейся европейской конституции её облегчённого варианта – конституционного договора, а также создание Средиземноморского Сообщества (по аналогии с Евросоюзом).
 
«Перестройка» по Саркози: каковы шансы на успех?
Сможет ли президент Николя Саркози и его команда реализовать намеченный курс реформ? Если обратиться к недавней истории страны, начиная с миттерановской «революции путём структурных реформ» начала 1980-х и кончая реформами правительств Раффарена и Де Вильпена в 2002-2006 годах, то оснований для оптимистичного ответа будет немного. Все попытки радикальной модернизации страны заканчивались, как правило, неудачно. «Социалистический эксперимент» продлился менее двух лет, после чего левое правительство вернулось к политике «жёсткой экономии», которую левые силы нещадно критиковали всю вторую половину 1970-х годов. Попытки свернуть на рельсы неолиберализма, предпринятые правительством Ширака в 1986-1988 годах, также не увенчались успехом. «План Жюппе», предусматривавший коренную реформу системы социального страхования, закончился многомиллионными демонстрациями и забастовками в ноябре-декабре 1995 года, правительству пришлось изменить свои первоначальные планы. Не назовёшь удачным и введение правительством Л. Жоспена в 1998-2000 гг. сокращённой 35-часовой недели. С точки зрения уменьшения безработицы результаты этой реформы были весьма скромными, зато её минусы явно перевесили плюсы. Наконец, совсем недавний пример - введение т.н. «договора первого найма» правительством Де Вильпена зимой 2006 года. Эта неудача, вызвавшая массовые молодежные беспорядки, чуть не переросла в политический кризис.
Обращает на себя внимание тот факт, что препятствием в проведении реформ было не столько «сосуществование» президента и премьер-министра, представлявших оппозиционные политические силы, или блокирование законов в парламенте, сколько «давление улицы».
Однако было бы некорректно проводить прямые параллели между событиями прошлого и нынешним временем или экстраполировать политику двадцатилетней давности на день сегодняшний. Многое изменилось за этот период – другие люди, другая обстановка, другое время. Поэтому найти ответ на поставленный выше вопрос можно лишь путём сопоставления сильных и слабых сторон в деятельности власти и анализа потенциальных угроз, подстерегающих реформаторов-неоголлистов.
Что можно отнести к «пассиву», к потенциальным угрозам? Как это ни покажется парадоксальным, но «ударные» лозунги программы Саркози – «реабилитировать труд», «работать больше – получать больше» - являются одновременно и самым, на наш взгляд, уязвимым местом предлагаемых реформ. Дело в том, что в качестве фактически единственной предпосылки экономического роста рассматриваются переход к более гибкому рынку труда и уменьшение налоговой нагрузки на предприятия. Достаточно ли этого? Сможет ли большая гибкость рынка рабочей силы привести к полной занятости (безработица менее 5%) через пять лет, как об этом говорил премьер Фийон в своей декларации о намерениях правительства 5 июля с.г.? Если предложенных решений будет недостаточно для стимулирования экономического роста, то из каких источников будут финансироваться «предвыборные подарки» президента? По подсчётам экспертов, налоговые новации программы неоголлистов обойдутся примерно в 12 млрд.евро. Если к этой цифре прибавить ещё 12 млрд. дефицита системы социального страхования, то сумма получается уже достаточно круглая. Так что задачи достижения «нового экономического роста», о котором говорил Фр. Фийон в Национальном собрании, равно как и снижения государственного долга до менее 60% ВВП, выхода на бездефицитный бюджет к 2012 году и соблюдения «пакта стабильности» ЕС могут оказаться труднореализуемыми.
Немало сомнений вызывает и социально-политическая составляющая предложенных реформ. Здесь, пожалуй, наиболее сложной задачей станет модернизация социального диалога – «матери всех реформ», по образному выражению Фр. Фийона. Попытки наладить конструктивный социальный диалог предпринимались и ранее. Достаточно вспомнить программу «социальной перестройки», которую предложил на излёте прошлого столетия преобразованный союз французских предпринимателей МЕДЕФ. Несмотря на амбициозность планов французского патроната, создать «новую социальную конституцию» для Франции так и не удалось. Государство также не оставалось в стороне, в 2004 и 2007 годах приняты два закона, направленные на модернизацию отношений социальных партнёров. Но странное дело – законы есть, а продуктивного социального диалога как не было, так и нет. Может, правительству Фр. Фийона повезёт больше? Многое будет зависеть от того, удастся ли новому кабинету министров договориться с профсоюзами по такому болезненному вопросу, как оказание «минимального уровня услуг» в общественном секторе (прежде всего, на транспорте, инфраструктурных отраслях) в период забастовки. Это тот оселок, на котором будет проверен уровень возможного согласия социальных партнёров, их ответственности и желания договариваться.
Почему решение вопроса о «минимальных услугах» столь принципиально? Да потому, что от него напрямую зависит судьба ещё одной важной реформы – специальных режимов пенсионного обеспечения, откладываемой главным образом в силу политических причин уже более десяти лет. Если кабинету Фийона удастся договориться с профсоюзами и снять опасность «транспортного паралича» в случае забастовок работников общественного сектора, то это сделает проведение многих болезненных реформ менее рискованным и развяжет властям руки. На стороне правительства – поддержка общественного мнения. Им противостоят корпоративные интересы работников общественных предприятий, где позиции профсоюзов до сих пор остаются весьма сильными. Пойдут ли Саркози и Фийон на жёсткие меры в случае конфликта, наподобие тех, что принимали в своё время Тэтчер в отношении шахтёров и Рейган – в отношении авиадиспетчеров? В это верится с трудом, хотя премьер-министр уже несколько раз предупреждал профсоюзы, что если согласия не будет найдено, то правительство в одностороннем порядке примет соответствующий закон.
Среди возможных осложнений на пути «перестройки по Саркози» следует упомянуть до сих пор нерешённую проблему реформы финансирования системы социального обеспечения. Все предыдущие попытки найти долгосрочные решения этого вопроса не увенчались успехом. Паллиативные меры явно не исправят ситуацию и на этот раз. В то же время внедрение в жизнь инновационных решений, таких как введение уже упоминавшегося «социального НДС», как показывает практика, крайне рискованны. Одно лишь упоминание между двумя турами парламентских выборов о том, что правительство не исключает рассмотрения вопроса о «социальном НДС», лишило неоголлистов квалифицированного большинства в Национальном собрании!
С другой стороны, социально-политическая ситуация, сложившаяся в стране после выборов, и экономическое положение Франции в целом пока благоприятны для проведения задуманных реформ.
Во-первых, команда Саркози располагает значительным кредитом доверия большей части французов. И дело здесь не только в традиционной в таких случаях благосклонности населения к новой власти, пришедшей на смену надоевшим старым политикам. Похоже, значительная часть населения понимает, что «так жить дальше нельзя», что требуются перемены, которые и воплощает президент Саркози и правительство Фийона. По данным социологического опроса, проведённого организацией «OpinionWay» в начале июля 2007 г., 67% французов выступает за срочное проведение реформ. Показатель немалый, свидетельствующий, что надежды на лучшее взяли верх над сомнениями и страхом перемен. Судя по настроению общественного мнения, Саркози удалось преодолеть традиционный скептицизм французов, их недоверие к политике. От такого оптимизма Франция давно отвыкла.
Во-вторых, дополнительным аргументом за успех «перестройки» Саркози служит наличие у руководства страны ярко выраженной политической воли. В этом также можно усмотреть значительное отличие нового руководства от его предшественников, над которыми довлел инстинкт политического самосохранения. Проект Саркози по-своему революционен - этим и привлекателен. А сам президент производит впечатление в целом самостоятельной фигуры, не зависящей от клановых интересов. После своего избрания Николя Саркози не устаёт подчёркивать, что, осознавая сложность стоящих перед страной задач и груз ответственности, он, тем не менее, пойдёт до конца в выполнении своей программы. «Пусть никто не сомневается, - сказал президент в Гавре 29 мая, - я сдержу все обязательства, которые взял, и пойду как можно дальше в своей политике открытости, в реформах, в инновации, в требовании достижения результатов». Глава государства особо подчеркнул, что он никому не позволит извратить проект, который он продвигал в течение всей президентской кампании. Такой решимости, страстности и политического самопожертвования, если хотите, Франция давно не знала.
В-третьих, решительность и смелость президента Саркози, его «моторность» и нацеленность на результат сочетаются с обдуманностью действий, пониманием поставленных целей. В своей политике он опирается на очень грамотную и сплочённую правительственную команду во главе с Франсуа Фийоном. Вообще политический тандем Саркози – Фийон выглядит очень удачным. Если президент является олицетворением «разрыва», то премьер-министр воплощает, по его выражению, «конструктивный разрыв». Следует отметить, что два первых лица государства накопили немалый опыт работы в правительстве и очень хорошо представляют сложности реформаторской деятельности. Стоит также подчеркнуть, что новое руководство страны не начинает реформы с нуля, с чистого листа. Как ни ругали Жака Ширака за «застой», неспособность к преобразованиям, тем не менее, нельзя не вспомнить, что именно правительству Раффарена удалось провести в 2003-2004 годах очень сложные (хотя и половинчатые) реформы пенсионного обеспечения и медицинского страхования. (Кстати, успешное проведение пенсионной реформы обеспечил Франсуа Фийон, занимавший в то время пост министра по социальным делам). К тому же одна из главных целей нынешнего правительства – переход к т.н. политике flex-security в области регулирования рынка труда, не представляется чем-то недостижимым. Она успешно реализована во многих западноевропейских странах.
В-четвёртых, программа нового руководства страны, действительно, непривычно инновационна, что открывает дополнительные шансы для продвижения вперёд. Речь идёт, прежде всего, о курсе на политическую открытость исполнительной власти для участия в ней парламентской оппозиции. Президент привлёк для работы в правительстве Фийона видных представителей социалистов и гражданского общества. И дело здесь не столько в изощрённых методах борьбы Саркози с политическими соперниками (такой аспект, конечно, присутствует, с учётом предстоящих в 2008 году региональных выборов), сколько в стремлении создать некий новый политический синтез на базе широкой здравомыслящей центристской коалиции. Именно такая коалиция способна обеспечить прочный политический фундамент «французской перестройки».
 
* * *
В одной из своих недавних речей премьер-министр Франсуа Фийон заметил, что нынешнему политическому руководству страны, как и всем французам, «выпал исторический шанс сменить эпоху и начертать новую судьбу Франции». Пожалуй, эти слова, несмотря на некоторую помпезность, верно передают эмоциональное состояние большинства французов и власти после прошедших выборов. Остаётся предположить, что этот шанс не будет упущен.


[1] Распыление голосов левого электората в ходе первого тура президентских выборов 2002 года не позволило выйти во второй тур главному кандидату левых – Л. Жоспену.


Читайте также на нашем сайте: 


Опубликовано на портале 12/07/2007



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика