Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

БРИКС: на пути к партнерству

Версия для печати

Специально для портала «Перспективы»

Андрей Виноградов, Александр Салицкий

БРИКС: на пути к партнерству


Виноградов Андрей Олегович – ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока Российской академии наук (ИДВ РАН); кандидат исторических наук.
Салицкий Александр Игоревич – главный научный сотрудник Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова РАН; доктор экономических наук.


БРИКС: на пути к партнерству

За недолгий исторический срок межгосударственное объединение БРИКС стало влиятельным игроком в мировой экономике и политике. И хотя аббревиатура «БРИКС» появилась на свет в 2001 г. благодаря финансовому аналитику Дж. О’Нилу, распознавшему в странах группы перспективный инвестиционный актив, исторически объединение восходит к 1999 г. Именно тогда, в ответ на агрессию НАТО в Югославии, возникла идея трехстороннего сотрудничества «Россия – Индия – Китай».

В становлении и развитии межгосударственного объединения БРИКС, которое за весьма непродолжительный исторический срок стало влиятельным игроком в мировой экономике и политике, хорошо видна диалектика глобализации как центро-периферического взаимодействия. И хотя сама аббревиатура «БРИК» появилась на свет в 2001 г. благодаря финансовому аналитику Дж. О’Нилу (распознавшему в странах группы перспективный инвестиционный актив), исторически объединение восходит к известному развороту над Атлантикой самолета российского премьера Примакова в марте 1999 г. Именно тогда – в ответ на агрессию НАТО в Югославии – возникла идея трехстороннего сотрудничества «Россия – Индия – Китай», первоначально воплощенная в академический формат.

Таким образом, зарождение БРИКС было в первую очередь вызвано конфликтом развитого ядра (центра) мир-системы и России. Во многом он возник на европейской почве, но имел и глобальный аспект: в конце ХХ в. выявилась неспособность ядра интегрировать периферию в монополярный мир. Причиной ослабления интеграционных возможностей развитых стран во многом стала трансформация западного капитализма в последние десятилетия века: на смену промышленному развитию пришла финансовая революция 1970-х годов, транснационализация и неолиберальный дискурс, усилившие неравенство и отношения диктата между центром и периферией. «За очень короткое время были полностью разрушены институциональные сдержки и противовесы, которые сделали возможной ту удивительную финансовую стабильность, что царила на протяжении трех десятилетий после окончания Второй мировой войны и, в свою очередь, способствовала стабильному росту международной торговли и беспрецедентному инвестиционному буму», – отмечают эксперты ЮНКТАД в докладе 2015 г. [Trade...2015].

Эти явления в конце века почти повсеместно сопровождались снижением темпов экономического роста и ухудшением социальных условий. В Европе дело кончилось насилием, в динамичной Азии – кризисом 1997 ‒ 1998 гг., в Африке – появлением несостоявшихся государств.

Отторжение идеи монополярного мира в политике, став изначальным импульсом углубления политического сотрудничества России, Индии и Китая, в XXI в. существенно эволюционировало. Результатом продолжающейся эволюции стало развитие БРИКС – сообщества стран, которое, на наш взгляд, можно квалифицировать как формирующееся политическое партнерство. (В документах, принятых на саммитах и других встречах в рамках БРИКС, а также в комментариях уполномоченных лиц употребляются названия «организация», «(межгосударственное) объединение», «группа», «платформа», «формат» и т.п. Вошло в документы и словосочетание «экономическое партнерство».)

Внутренние и внешние задачи

Политически партнерства и союзы (альянсы, блоки) различаются преимущественно внутренней (партнерства) или внешней (союзы) направленностью. БРИКС позиционирует себя как структуру, не направленную против третьих стран, но постулирует неприятие идеи (политики) односторонности (гегемонизма) и выступает за многостороннюю и демократичную систему международных отношений. Имплицитно страны БРИКС не рассматривают других участников организации в качестве угрозы своей безопасности – для партнерства этого достаточно. (Некоторое недоверие между Китаем и Индией, которое критики БРИКС часто преувеличивают, во многом снимается в связи со вступлением Индии в ШОС.)

Экономическое партнерство стран БРИКС (как государств с формирующимися рынками) больше ориентируется на интересы периферии и полупериферии, конструктивно оппонируя по целому ряду вопросов странам центра и контролируемым ими международным институтам. Такое обособление вполне естественно, если иметь в виду разницу в средних уровнях благосостояния между центром и полупериферией. Критика со стороны стран БРИКС в адрес ряда западных институтов отражает распространенное и в самих странах центра недовольство по поводу сложившейся в современном мире системы господства международного корпоративного и финансового капитала.

Заметим, что отставание государств БРИКС от развитых стран в мировой торговле товарами (на долю БРИКС приходится менее 20% мирового экспорта, из них 13% – на КНР) и, особенно, услугами (10%) [World Trade], по-видимому, сохранится еще в течение длительного периода, хотя за первые полтора десятилетия XXI в. положение (с учетом бурного наступления Китая на внешние рынки) улучшилось весьма значительно. Конечно, данные по экспорту стран БРИКС будут существенно выше, если исключить из мировой торговли оборот внутри ЕС, но в расчете на душу населения эти индикаторы остаются скромными, как и показатели ВВП.

Отмеченное долгосрочное отставание, как представляется, цементирует страны БРИКС вокруг уже закрепленных в этом партнерстве базовых подходов к устройству современного мира. Такую же скрепляющую партнерство роль могут сыграть уже созданные институты партнерства, в том числе финансовые. Однако им в ближайшие годы, несомненно, предстоит пройти серьезную проверку на прочность: «новая норма» в мировой экономике, оседание цен на топливо и сырье, начавшийся в 2015 г. кризис мировой торговли, рецессия в России и Бразилии, а также другие факторы существенно видоизменяют ситуацию.

Полицентризм и интеграция

Противовесом монополярности является полицентризм мировой архитектуры. Он отнюдь не отвергает глобализацию (вестернизацию) и сочетает ее критику (в том числе в западных странах) с идеологией и практикой укрепления самостоятельности крупных незападных государств и/или региональных группировок с их участием.

Воплощенное в деятельности БРИКС становление реального полицентризма в новом веке проходило на фоне особенно ярких экономических успехов Китая и значительного ослабления позиций США, ставшего особенно очевидным в ходе кризиса 2008 ‒ 2009 гг. Формальное образование БРИКС в 2009 г. отражало поэтому еще и возникновение своеобразной новой биполярности мира по линии «Китай – США». Экономические сверхдержавы теперь разделяет и разное отношение к полицентризму. Биполярность сохранится надолго, будучи при этом «мягкой» из-за высокой экономической взаимозависимости обеих сверхдержав.

БРИКС представляет собой прежде всего политическое партнерство, и в этом отношении данная организация коррелирует с ШОС. Другое дело, что надежды, возлагавшиеся на ШОС странами-участницами во время создания этой структуры в 2001 г., пока не во всем оправдываются. Вопрос теперь в том, насколько эти надежды могут оправдаться в случае с БРИКС.

Членство в БРИКС, несомненно, способствует увеличению переговорного веса в отношениях с западными партнерами, создавая некую альтернативу для членов организации в поиске внешних заимствований и стимулов (отсюда важность финансовых органов БРИКС). Именно здесь заключено, на наш взгляд, главное отличие этой организации от других глобальных, региональных и двусторонних форматов, поскольку об экономической интеграции в БРИКС речь не идет и вряд ли пойдет в обозримой перспективе. Однако вспомогательная роль этой организации как способа повышения переговорного веса в отношениях с ведущими западными странами ведет к тому, что внутреннее развитие структур БРИКС, в том числе финансовых, носит второстепенный характер и серьезно зависит от мировой конъюнктуры, которая стремительно меняется.

Сказанное касается прежде всего Китая, решающего комплексные задачи повышения своего веса в мировой политической и экономической системе самыми различными способами и на различных направлениях. БРИКС для Китая – лишь одна из структур, созданных с его участием или непосредственно Пекином в последнее время. И насколько важно именно это направление (БРИКС) для китайского руководства в сравнении, например, с такими инициативами КНР, как «Один пояс, один путь» (включающей в себя формирование специального фонда Шелкового пути) и создание Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, сегодня судить достаточно сложно. А если добавить к этому:

уже сформировавшуюся структуру взаимодействия и сотрудничества «Китай – страны Центральной и Восточной Европы» (заметим, функционирующую независимо от Брюсселя и ЕС);

структуру «АСЕАН плюс 3 (Китай – Япония – Южная Корея)»;

формат взаимодействия «Китай – страны Латинской Америки и Карибского бассейна» (план сотрудничества Сообщества стран Латинской Америки и Карибского бассейна (CELAC) и Китая на период с 2015 по 2019 г. принят в январе 2014 г. в Пекине);

присоединение Китая к Европейскому банку реконструкции и развития и участие в создаваемом Европейском инвестиционном банке, ‒

то станет понятно, что картина взаимодействия КНР с окружающим миром весьма сложна и многопланова.

В связи с этим стоит заметить, что решения, принятые на саммите БРИКС в Гоа в октябре 2016 г., на сегодняшний день уже не столь актуальны. Ведущим странам БРИКС, прежде всего Китаю и отчасти РФ, куда более важно выстроить нормальные, конструктивные отношения с новой администрацией США, поскольку приход Трампа существенно изменил ситуацию в мире (в том числе усилив те тренды, о которых говорилось выше). Важно также понять, что будет происходить с Европой и Европейским союзом, который продолжает не только оставаться основным экономическим партнером как Китая, так и России, но и играть существенную роль в глобальных финансовых структурах (несмотря на очевидное доминирование США).

Именно этим, на наш взгляд, объясняется выдвижение сегодня на первый план идеи БРИКС+, появившейся по инициативе Пекина во время председательства в БРИКС Китая в 2017 г. и получившей одобрение других стран-членов на прошедшем в начале сентября 2017 г. в г. Сямэнь (пров. Фуцзянь, Китай) очередном саммите БРИКС. Идея заключается в расширении структуры за счет включения в нее региональных организаций, в которых лидирующую роль играют страны БРИКС: ЕАЭС (Евразийского экономического союза, лидер – РФ), СААРК (Ассоциации регионального сотрудничества Южной Азии, лидер – Индия), зоны свободной торговли «Китай – АСЕАН», МЕРКОСУР (экономического и таможенного объединения стран Латинской Америки и Карибского бассейна, лидер – Бразилия) и Южноафриканского таможенного союза. Этот проект, который предполагает также создание и расширение региональных банков развития при участии стран БРИКС, должен укрепить экономическую основу объединения, одновременно повысив роль БРИКС как финансового и экономического центра принятия решений, независимого от западного (американского) диктата.

Заметим, что на наиболее плотном, китайском, направлении взаимных экономических связей доля четверки БРИКС в китайском импорте составляет чуть больше 7%, в китайском экспорте – менее 6%. Это лишь немногим выше их удельного веса в мировом экспорте и импорте.

Прежде динамичная торговля с Китаем других стран БРИКС резко сократилась в 2015 ‒ 2016 гг. Менее глубоким падение торговли с КНР было у России и Индии; если сравнивать с показателями всей внешней торговли двух этих стран, их связи с Китаем относительно укрепились. В 2016 г. прирост экспорта Китая в Россию составил 14,2%, импорта из России – 3,1%; вывоз в Индию возрос на 6,6% при умеренном сокращении импорта (на 6,4%). Это произошло на фоне сокращения суммарного экспорта КНР в 2016 г. (на 1,9%) и небольшого роста импорта (0,6%) [Сайт...]. В 2017 г. наблюдается довольно динамичный рост торговли между тремя странами, товарооборот Китая с Индией и Россией вырос за 8 месяцев почти на 30%.

Укрепление и развитие полицентризма, в том числе биполярной составляющей, во многом зависит не только от сохранения индивидуальности стран партнерства, но и от способности каждой из них к самостоятельному устойчивому развитию. В новых, достаточно неблагоприятных внешних условиях взаимная помощь в самостоятельном развитии становится особенно актуальной и возвращает БРИКС к идеям коллективной опоры на собственные силы, коллективного самообеспечения, в том числе в научно-технической области и сфере энергетической и продовольственной безопасности. Здесь для России важно и то, что КНР остается крупным и растущим рынком сбыта энергоресурсов и продовольствия – одним из самых перспективных в мире.

В середине 2010-х годов мы оказались на границе двух больших волн в развитии мирового хозяйства, в начале нового, больше ориентированного на внутренние двигатели роста, этапа. Ведь даже в двух трансокеанских проектах США, судьба которых стала неясной, можно было увидеть не столько стремление к мировому господству, сколько желание отгородиться от ряда явлений современного мира. Тем более данная тенденция характерна для новой администрации США, отказавшейся от этих проектов в пользу решения проблем внутреннего развития.

Эксперты ЮНКТАД в 2010-е годы часто отмечали непродуктивность возвращения к предкризисным стратегиям ориентации на экспорт – из-за стагнации спроса в развитых странах. Альтернатива видится им как раз в развитии внутреннего и регионального спроса в отстающих странах, стимулировании собственной промышленности, работающей на эти рынки.

Для преодоления разрыва между реальным сектором и финансомикой, а также негативных последствий оттока денежных ресурсов из-за укрепления доллара эксперты ЮНКТАД считают, например, очень важным пересмотр роли центральных банков и, в частности, лишение их независимого статуса. (Отметим, что Народный банк Китая, выполняющий функции Центробанка, подчинен правительству.) Меры ограничения оттока капитала в кризисных ситуациях, сохранение бюджетных расходов невзирая на рост дефицита – все это из арсенала рекомендаций этой организации [Trade... 2016].

Многие современные практики развитых стран (insoursing, reshoring) фактически означают «архаическое» замещение импорта. Иначе говоря, вновь актуализируется понятие национальной промышленности ‒ разумеется, нового типа, работающей в теснейшем контакте с наукой и потребителем. Обмен опытом замещения импорта (чем особенно знаменит Китай) выглядит вполне своевременным направлением сотрудничества в БРИКС.

Как политическое партнерство БРИКС проявил себя летом 2017 г., когда возникла напряженность между Индией и Китаем на восточном участке их границы. По мнению многих индийских и китайских аналитиков, приближение саммита БРИКС в Сямэне в начале сентября вынудило обе стороны проявить сдержанность, и напряженность была существенно ослаблена.

Литература:

Сайт Государственного таможенного управления КНР. – URL: hcustoms.gov.cn/ (date of access 30/10/2017).

Trade and Development Report 2015. UNCTAD: N.Y., Geneve, 2015. – URL: unctad.org/en/PublicationsLibrary/tdr2015overview_ru.pdf (date of access 30/10/2017).

Trade and Development Report 2016. UNCTAD: N.Y., Geneve. – URL: unctad.org/en/PublicationsLibrary/tdr2016_en.pdf (date of access 30/10/2017).

World Trade Statistical Review 2016. WTO. – URL: wto.org/english/res_e/statis_e/wts2017_e/wts2017_e.pdf (date of access 30/10/2017).


Читайте также на нашем портале:

«БРИКС: цивилизационные параллели» Яков Шемякин

«Актуальный баланс сил в Азии и положение Индии» Наталья Емельянова

«Евразийские интеграционные проекты России и Китая: контекст появления и концептуальное оформление» Елена Пинюгина

«БРИКС: конъюнктурное объединение или стратегический альянс?» Яков Шемякин

«Потенциал сотрудничества в формате БРИКС и культурно-цивилизационный фактор» Сергей Лунев


Опубликовано на портале 31/10/2017



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика