Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Радикальные исламисты Турции

Версия для печати

Избранное в Рунете

Антон Разливаев

Радикальные исламисты Турции


Разливаев Антон Алексеевич - аспирант Института актуальных международных проблем Дипломатической академии МИД России.


Радикальные исламисты Турции

Вступив в новое тысячелетие, мировое сообщество сталкивается с таким все более масштабным и многообразным явлением, как религиозно-политический экстремизм. Он характеризуется приверженностью крайним, преимущественно насильственным средствам подрыва стабильности существующих общественных структур и политических институтов, включая призывы к насилию, террористические акты и приемы партизанской войны. Турецкая Республика является одной из стран, имеющих продолжительный и трудный опыт в борьбе с экстремизмом и терроризмом, вдохновляемым идеологически в том числе и исламистским радикализмом.

Вступив в новое тысячелетие, мировое сообщество сталкивается с таким все более масштабным и много­образным явлением, как религиозно-политический экстремизм. Он характеризуется приверженно­стью крайним, преимущественно насильственным средствам подрыва стабильности существующих общественных структур и политических институтов, включая призывы к насилию, террористические акты и приемы партизанской войны.
Турецкая Республика является одной из стран, имеющих продолжительный и трудный опыт в борь­бе с экстремизмом и терроризмом, вдохновляемым идеологически в том числе и исламистским радикализ­мом. Последний, в силу сложившихся общемировых тенденций, представляется как одно из проявлений наблюдаемого в Турции процесса «реисламизации» общественно-политической жизни. И это несмотря на почти вековой опыт проведения в жизнь светской модели экономической, политической и социальной сфер жизни общества.
В анализе причин оживления радикального исламизма и возникновения различного рода анти­системных протестных движений в современной Турции исследователями отмечаются различные факторы внутреннего и внешнего порядка. Среди них: демографическое преобладание аграрного населения, мало затронутого модернизационными сдвигами, сохраняющего приверженность исламским устоям жизни и в той или иной мере не принимающего про­западной ориентации страны; наличие значительного числа депрессивных в социально-экономическом отношении регионов; нерешенность и острота курд­ского вопроса и целый ряд других. Значительную роль играют и внешние факторы, связанные с гео­графическим положением страны, соседствующей с конфликтными регионами Ближнего Востока, Бал­кан и Кавказа, что не может не оказывать влияния на внутриполитическую жизнь Турции, способствуя, в частности, распространению крайних форм религи­озного экстремизма [1]. Хаос в Ираке, определенная поддержка религиозного экстремизма со стороны Ирана, что отмечают многие эксперты, и чеченская война существенно усилили националистические и исламистские элементы в Турецкой Республике. Существенным фактором усиления религиозного экс­тремизма является также нерешенность палестинского вопроса, а тесные союзнические отношения Турции с США и партнерство с Израилем еще более разжи­гают ненависть со стороны исламистских экстре­мистских группировок к государственному аппарату страны. Светский характер турецкого государства, размещающего к тому же на своей территории амери­канскую военную базу и вступившего в антитеррори­стическую коалицию в Афганистане, уже сам по се­бе служит мишенью для движения «мирового джи­хада». Так, «Аль-Каида» неоднократно выступала с угрозами в отношении властей Турции. Внешним фоном активизации радикального исламизма в Турции выступал и рост в общественном мнении антиамери­канских настроений как реакция на политику Запада в регионе, неприятие существующего формата от­ношений Турции с западными державами, желание утвердить свою культурную идентичность.
По опубликованным сведениям, в Турции на­считывается немало экстремистских организаций исламистского толка, политическая цель которых – на­сильственное установление шариатского государства и восстановление халифата, отмененного Кемалем Ататюрком. Это и «Исламская освободительная ар­мия», и «Бойцы исламской революции», и «Турецкий исламский джихад», и «Джейшуллах» («Армия Алла­ха»), и действующая с территории Германии группи­ровка «Государство Халифата» (она же «Организация Федерального Исламского государства Анатолии», она же «Капланисты» - последователи сидящего в германской тюрьме основателя организации Метина Каплана) [2]. Интересно, что еще в октябре 1998 г. «Капланисты» готовились совершить террористиче­ский акт с использованием самолета для разрушения мавзолея Ататюрка во время празднования 75-летия Турецкой Республики.
Некоторые террористические организации дей­ствовали в Турции как ответвления зарубежных экс­тремистских движений. Это и «Борцы за Иерусалим» («Kudussavacilar»), и «Хизб-ут Тахрир», и «Органи­зация исламского движения («islamihareketorgutii») [3, c. 95]. О перечисленных группировках известно немногое, еще в 2000 г. во время полицейских рей­дов большинство руководителей и рядовых членов названных организаций были схвачены властями и осуждены.
Больше известно о деятельности такой глубоко законспирированной организации, как «Фронт ис­ламских завоевателей Великого Востока» («islamiBuyukdoguAkincilarCephesi», IBDA-C). Эта группи­ровка выступает за создание исламского государства в Турции на базисе идеологии «Великого Востока» («BuyukDogu»), сформулированной турецким по­литическим мыслителем, историком и поэтом Не­джипом Фазилем Кисакюреком (NecipFazilKisakurek. 1905-1983), который выступал за реставрацию халифата и создание исламского государства на территории всего Среднего Востока. Созданный в 1984 г. учеником Кисакюрека курдским писателем Салихом Иззетом Эрдишем (SalihIzzetErdi§, родился в 1950 г., известен также как Салих Мирзабейоглу), «Фронт исламских завоевателей Великого Востока» выступает против сотрудничества с Ираном, стоит на позициях тоталь­ного истребления шиитов, алавитов, а равно изгнания из турецкой политической жизни всякого еврейского и христианского «присутствия» [1]. В обоснование идеологии IBDA-C, до своего тюремного заключения, Мирзабейоглу написал порядка пятидесяти книг, ко­торые образуют последовательное изложение теории и практики традиционалистского и вместе с тем бое­вого возрождения халифата.
Организация имеет вооруженное крыло, состоящее из автономных ячеек в рамках концепции «индивиду­альной диалектики», разработанной Мирзабейоглу. Одной из специфических черт группировки являет­ся то, что она часто берет на себя ответственность за террористические акты, которых не совершала, стремясь таким образом привлечь к себе внимание и новых сторонников.
В 1990-х гг. фронт проводил диверсии, не свя­занные с высокой степенью риска: разрушал статуи Кемалю Ататюрку, осквернял немусульманские клад­бища и религиозные учреждения, взрывал рестораны и магазины, продающие алкогольную продукцию, предпринимал попытки покушений на политических деятелей Турции, которые, по мнению лидеров фрон­та, являлись «прислужниками Запада». Однако боль­шинство этих акций окончилось неудачей. В конце 1990-х гг. ряд членов организации были задержаны и приговорены к пожизненному заключению по обви­нению в антигосударственной деятельности [4].
В условиях военной оккупации Ирака деятельность группировки приобрела преимущественно антиамери­канскую направленность. В апреле 2004 г. ею было организовано убийство в Стамбуле полковника турецкой армии и его супруги. Длительный период спецслужбам страны не удавалось выявлять деятельность автоном­ных ячеек организации в силу ее фрагментированной структуры. В ноябре 2007 г. полиция турецкого города Измир арестовала шестерых членов фронта. В ходе рейдов полиции удалось обнаружить большое количе­ство оружия, а также перечень и карты тех районов, где группировка планировала совершить серию терактов (это были преимущественно немусульманские места отправления культов), список политических деятелей страны, сотрудников иностранных компаний и ди­пломатических миссий, подлежащих уничтожению. У спецслужб Турции существуют опасения, что орга­низация имеет связи с международными исламистски­ми структурами, в частности с «Аль-Каидой». Груп­пировка имела собственный веб-сайт и использовала электронные ресурсы для поддержания связи с различ­ными радикальными исламистскими организациями, а также для ведения пропаганды [5]. Тем не менее, чис­ло ее приверженцев всегда было сравнительно невысоким. Сейчас большинство членов этой группировки и ее лидеров находятся в тюрьмах.
Более «успешно», нежели «IBDA-C», действова­ла Курдская (Турецкая) Хизбалла (HizbullahiKurdi), имеющая своего рода естественный географический ареал влияния на районы Турции, населенные преиму­щественно курдами. Постепенное расширение этой боевой исламистской группировки было связано и с тем, что силы безопасности Турции уделяли мало вни­мания противодействию Хизбалле, сосредоточившись на борьбе с курдским сепаратизмом Курдской рабо­чей партии (КРП), чем первая успешно пользовалась.
Эта религиозная террористическая группа воз­никла в конце 1980-х как противник марксистской КРП; заявив свой целью установление в Турции государства на базе шариата. В ходе последующих судебных разбирательств приверженцам Хизбаллы инкриминировалось стремление к ликвидации в Турции существующего светского режима и попыт­ки создания в курдских районах «шиитского исламско­го государства по иранской модели» [3, c. 96].
Стратегия, имеющая конечной целью разрушение светского государства, осуществлялась очень осто­рожно. Сначала идеологи Хизбаллы исключали акты нападения на представителей власти. Их деятельность была сосредоточена на уничтожении местных религи­озных орденов и переманивании их приверженцев. Состоящее в большинстве своем из курдов, это движение (не связанное напрямую с ливанской Хизбаллой), как указывают многие эксперты, получало финансовую поддержку с территории Ирана, а ее боевики часто проходили там подготовку [6-10]. В составе одной из таких групп, арестованной в 1995 г. в Дюздже, ряд лиц имели постоянные связи с Ираном, а пятеро оказались членами «Рефах» (Партии благоденствия Н. Эрбакана) [3, c. 96].
Курдская Хизбалла с самого момента своего по­явления выступила против светского течения в курд­ском национальном движении, представленным КРП. Статус «смертельных врагов» на протяжении всей истории этих двух организаций подкреплялся взаим­ными убийствами. Целью, неминуемо подлежащей уничтожению, Хизбалла объявила все, что, по мнению членов организации, может быть интерпретировано как антиисламское или противоречащее исламу, а также членов КРП. В вину организации вменяются акты физического насилия, поджоги, похищения людей, избиение и обливание кислотой женщин, непокрытых на мусульманский манер. Кроме того, за Курдской Хизбаллой числятся многочисленные жертвы среди имамов, чьи убийства имели целью обеспечения контроля над мечетями в юго-восточных регионах Турции. На совести Хизбаллы, в отличие от КРП, убийство множества исламистов, как «либераль­ных», так и ортодоксальных. В народе группировка получила название «HizbulVahset», или «Партия резни» [7].
Организация немало внимания уделяла пропаганде и вербовке новых членов. В 1990-е гг. информация о ее активистах в районах Диярбакыр, Ван, Батман и Мардир, о создании там школ, а также летних лаге­рей с военной подготовкой и организацией стрельбищ часто появлялась в турецких СМИ. Сообщалось, что в учебный курс входило изучение произведений иран­ских религиозных деятелей, включая имама Хомейни. Привлечение адептов велось и через контролируе­мые мечети. А местами сборов являлись издательства религиозной литературы и всевозможные книжные магазины, где активисты обсуждали организационные проблемы, идеологические вопросы, вели религиоз­ное обучение и распространяли свою литературу [8]. Учреждались для привлечения адептов и учебные кур­сы на уровне среднего и даже высшего образования.
Различия в вопросах тактики и борьба за лидерство внутри организации привели к распаду Хизбаллы на два течения: Илимджилер (Ilimciler, или «Ученые») и Мензильджилер (Menzilciler, или «Отшельники») [7]. Разделяя общую идею борьбы за создания «шариат­ского» государства, каждая из ветвей расколовшейся организации имела свое понимание способов дости­жения этих целей. Так, «Ученые» во главе с Хусейном Велиоглу (HuseyinVelioglu) выступали за необходи­мость вооруженного противостояния государству, именно они ответственны за самые жестокие акции Хизбаллы. Идеологи же «Отшельников» считали, что время борьбы непосредственно с властями еще не пришло и сосредоточились на уничтожении членов КРП.
Боевики расколовшейся Хизбаллы вступили в жестокую междоусобицу, унесшую не одну сотню жизней с обеих сторон. В конце 1990-х гг. «Ученые» географически расширили свою деятельность на такие города, как Стамбул и Бурса. Группировка продолжала акты насилия и убийства, в том числе и своих бывших соратников. Организация заявляла о себе в 1998 г. в связи с акциями в Батмане и Солхане [7]. Арест А. Оджалана в 1999 г. и последующее снижение актив­ности КРП позволили силам государственной безо­пасности сконцентрировать внимание на пресече­нии деятельности боевиков Курдской Хизбаллы.
В 1999 г. силы безопасности в Диярбакыре после ознакомления с захваченными у Хизбаллы докумен­тами установили, что эта «шариатская» террористи­ческая организация насчитывала порядка 25 тыс. чел., включая 4 тыс. вооруженных боевиков, и стремилась обосноваться также в Анкаре, Измире, Конье и Адане [7]. В феврале 1999 г. были арестованы 400 чел., свя­занных с Хизбаллой [11]. В 2000 г. полиция провела рейды одновременно в 57 районах страны. Тогда же, 17 января 2000 г., в Стамбуле в перестрелке с поли­цией был убит Хусейн Велиоглу. Власти завели около 2 тыс. уголовных дел в отношении членов Хизбаллы. В числе задержанных были «интеллектуалы», компьютерные операторы, учителя, студенты универси­тетов. Полиция сообщала через СМИ о захваченном оружии, валюте, а также компьютерном оборудовании и литературе. Члены Хизбаллы обвинялись в под­готовке заговора против конституционного режима для создания исламского государства на принципах шариата, в убийстве 23 государственных служащих. Приводились случаи нападений на солдат, жандармов, гражданских служащих. Успевшие скрыться боевики заявили о неминуемом возмездии. В январе 2001 г. в ответ на убийство начальника полиции Диярбакыра и пяти местных полицейских турецкие власти провели еще несколько рейдов против боевиков организации, на этот раз, пожалуй, окончательно рассеяв ряды не­многих оставшихся членов Хизбаллы [7]. Действия турецкой полиции, даже без привлечения Национальной разведывательной службы республики (MIT), привели к разгрому экстремистов в достаточно короткие сроки. Наряду с этим полицейскими велась работа с мест­ными религиозными общинами, была подключена и такая государственная структура, как Управление по делам религии. Эксперты управления даже про­водили консультации с главами местных общин и имамами по противодействию влиянию активистов Хизбаллы на умы верующих. В силу отсутствия сим­патий и сложившемуся в народе образу «кровожадных мясников» Курдская (Турецкая) Хизбалла вряд ли способна в обозримое время собрать сколько-нибудь внушительные силы, способные создать проблему для органов государственной безопасности.
На основе опубликованных сведений можно гово­рить и о деятельности в Турции групп, примыкающих к «Аль-Каиде», что, по всей видимости, подтверждает тенденцию включения крайних исламистских группи­ровок, действующих в пределах отдельных государств, в международную террористическую сеть [5]. Этот процесс усилился после терактов 11 сентября 2001 г., когда организации Бен-Ладена удалось завоевать непререкаемый авторитет среди джихадистов всех мастей, совмещающих курс на борьбу с «вероотступ­ническими режимами» с тотальной борьбой против западных «крестоносцев» и остальных «неверных» за установление «единого государства ислама». Турция, соседствующая с Ираком, где международная терро­ристическая сеть стремится создать «очаг глобального джихада», является для этих целей весьма полезной территорией.
Известно, что еще в конце 90-х гг. группа из 20 турок, возглавляемая Хабибом Акдашем, подчиняв­шемуся непосредственно Абу Хафзу Аль Масри (он считался одним из ближайших сподвижников Бен-Ладена и военным руководителем «Аль-Каиды»; убит в Афганистане коалиционными войсками в ноябре 2001 г.), прошла подготовку в афганских военно-тренировочных лагерях. Затем они отправились в Сирию, после - на север Ирака и примкнули к «Ансар уль-Ислам» [12]. Мурат Курназ - турок, про­живавший в Германии и известный как «бременский талиб», был взят в плен американцами в Афганистане (сейчас заключен в Гуантанамо). Недавно сообщалось об уничтоженных в Вазиристане 12 турецких муджа-хедах, один из которых носил прозвище «Мухаммад Атта», по имени одного из руководителей теракта 11 сентября. Сообщалось о гибели в Ираке граждани­на Турции Арифа Гюлера, воевавшего до того в Каш­мире [5]. Ряд турецких боевиков до иракской кампа­нии принимали участие в боевых действиях на Се­верном Кавказе.
В ноябре 2003 г. в Стамбуле в результате взрыва двух синагог, а через пять дней взрыва на улице, где находилось британское консульство, погибло 60 че­ловек, около 600 были ранены. Большинство постра­давших были турками [12]. Эти террористические акты вызвали возмущение и ненависть по отноше­нию к боевикам «Аль-Каиды», обвиненной в организации взрывов.
Турецкие спецслужбы задержали 74 подозревае­мых, принадлежащих к исламистским группировкам, чьи «профессиональные» навыки, как это выяснилось позже, заметно усилились после пребывания в трени­ровочных лагерях боевиков, разбросанных по всему континенту [13]. Так, террористы-смертники Азад Экинджи и Феридун Угурлу проходили подготовку в военных лагерях в Пакистане, затем воевали в Бос­нии и на Северном Кавказе. Угурлу также принимал участие в боевых действиях в Афганистане. Турецкие власти до сих пор опасаются, что среди примерно тысячи граждан страны, воевавших в Боснии и Чечне, могут находиться так называемые «спящие ячейки Аль-Каиды». Как сообщалось, в большинстве своем задержанные были выходцами из юго-восточных курдских областей страны. По обвинению в орга­низации ноябрьских взрывов к пожизненному за­ключению были приговорены 7 человек. Одному из организаторов, уже упоминавшемуся Хабибу Акдашу, удалось бежать в Ирак, где впоследствии он был убит коалиционными войсками во время операции в Фа-лудже [14]. Сообщалось, что решение о ноябрьских взрывах 2003 г. было принято «Аль-Каидой» после провалившейся попытки теракта на американской военной базе в Инжирлике. После теракта спецслужбы провели работу по выявлению ячеек «Аль-Каиды» на территории Турецкой Республики. Удалось предотвра­тить еще несколько террористических атак, включая акции против израильских торговых кораблей [9].
По мнению некоторых аналитиков, Турция оказалась первой страной, выявившей национальную сеть ми­ровой террористической организации [15].
Следует отметить, что «Аль-Каида» старалась использовать все возможности для привлечения внимания общественного мнения Турции, будь то «карикатурный скандал» или визит папы Римского [16]. Перед приездом понтифика полиция арестовала 10 человек по обвинению в попытке совершения теракта. Спецслужбы следили за подозреваемыми уже целый год и арестовали их на стадии обмена схемами «кустарного» производства бомбы, пред­назначавшейся для Бенедикта XVI. К концу 2006 г. по обвинению в связях с «Аль-Каидой» было аресто­вано 47 человек, работа по выявлению которых велась не один год [15].
Деятельность «Аль-Каиды» на территории Ту­рецкой Республики не ограничивается только актами устрашения. Ее ячейки призваны также исполнять функции рекрутирования и «трансферта» боевиков по месту назначения, на передовую «фронта борьбы с неверными». Д. А. Нечитайло отмечает, что в воору­женных столкновениях с войсками коалиции в Ираке все больше стали фигурировать моджахеды турецкого происхождения [5]. И тенденция эта приобретает в последнее время все более массовый характер, так что можно говорить о целых боевых подразделениях, состоящих из этнических турок. В июне 2007 г. око­ло г. Киркука был убит Ахмед Санчар (Хабаб ат-Тур-ки). Согласно обнародованным на исламистских сай­тах данным, он был руководителем среднего звена моджахедов «Аль-Каиды» в Ираке. Лидером же ячей­ки, в которую входил ат-Турки, являлся Мехмат Йыл-маз (Халида ат-Турки) - соратник одного из орга­низаторов терактов 11 сентября, Халида Шейха Му-хаммада. В его обязанности также входила пере­броска добровольцев через северные районы Ирака. Третьей ключевой фигурой турецких подразделений «Аль-Каиды» в Ираке был Мехмет Ресит Исик (Халил ат-Турки), выполнявший функции курьера.
Несмотря на внушительное число упомянутых выше экстремистских организаций исламистского толка, можно с определенностью сказать, что в по­литической сфере они были и продолжают оставаться маргиналами, не способными определять или суще­ственно влиять на процессы, связанные с подъемом религиозного сознания в стране. Турецкие эксперты объясняют такой феномен особой ролью, которую ислам как религия занимает в секуляризированном турецком обществе [7; 10, p. 156; 15]. Принято также указывать на исторические особенности формирова­ния религиозного сознания турок, а именно толерант­ности ислама Османской империи, и на определяющее влияние идей суфизма, ориентированного на сохране­ние дистанции по отношению к политической сфере. Как пишет турецкий политолог Б. Арас, «отношение турок к исламу и к своей роли в мировой политике можно охарактеризовать как консервативно демокра­тическое, с твердой опорой на исламские корни, что является полной противоположностью тому, за что бо­рется Аль-Каида» [17]. Тем не менее, экстремистский исламизм до сих пор является реальностью в Турции и время от времени напоминает о себе беспощадны­ми кровавыми акциями, уносящими жизни десятков и сотен мирных людей. Обращает на себя внимание то, что в настоящее время ускорилась тенденция включения радикальных исламистов, действовавших ранее в пределах собственного государства и погра­ничных стран, в транснациональные группировки. Участвуя в международных конфликтах, контактируя с джихадистами других стран, они поддерживают и расширяют особую международную исламистскую координационную инфраструктуру, получая с ее сто­роны финансирование и другие виды поддержки. Это внешнее воздействие в Турции весьма значительно.
Радикальный исламизм в Турции имеет свои осо­бенности. Он, очевидно, представлен несколькими по­токами, окрашенными в большей или меньшей степени тюркским национализмом, курдским сепаратизмом, панисламизмом. Идеологическая основа радикального исламизма в Турции, как представляется, далеко не идентична. По-разному толкуются религиозные догматы и легитимируемые ими политические цели. Если одни соединяют исламизм с сепаратизмом, другие обращают­ся к весьма своеобразно усвоенным идеям пантюркизма. Имеются и некоторые разногласия по вопросам тактики. Даже при ограниченности доступной информации мож­но с большой долей уверенности сказать, что социальная база и социальный состав различных групп радикаль­ного исламизма в Турции также весьма неоднородны.
 
Примечания:
 
[1] Karmon, Ely. The Demise of Radical Islam in Turkey, June 3, 2000 // http://www.ict.org.il
 
[2] Игнатенко, А.А. Смертоносные слова Мохамада / А.А. Игнатенко [Электронный ресурс] // http://www.niiss. ru/ign_191103.shtml
 
[3] Киреев, Н.Г. Борьба с террором в Турции / Н.Г. Ки-реев // Исламизм и экстремизм на Ближнем Востоке : сб. ст. - М., 2001.
 
[4] Коммерсантъ. - 2002. - №69 [2438]. - 19 апр.
 
[5] Нечитайло, Д.А. Турция и Ливия - новые очаги ради­кального исламизма / Д.А. Нечитайло [Электронный ресурс] // сайт Института Ближнего Востока // http://www.iimes.ru/ rus/stat/2007/29-12-07b.htm
 
[6] Turkey"s Kurds. The real challenge to secular Turkey // Economist. Aug 31st 2006 // http://www.economist.com/ research/backgrounders/displaystory.cfm?story_id=7855127
 
[7] Ozoren, Suleyman. Turkish Hizballah (Hizbullah: A Case Study of Radical Terrorism// Интернетпортал Turkish Weekly // http://www.turkishweekly.net/articles.php?id=181
 
[8] What is Turkey "s Hizbullah?// Human Rights Watch, (Feb. 2000) // http://www.hrw.org
 
[9] Karmon, Ely. Al-Qaida and the War on Terror after Iraq, March 29, 2006 // http://www.ict.org.il/index.php?sid=119&lang=en&act=page&id=1397&str=Great%20Eastern%20Islamic%20Raiders"%20Front
 
[10] Bulent Aras and Gokhan Bacik. The Mystery of Turkish Hizballah // Middle East Policy 9/2 (2002).
 
[11] Morris, Chris. «Turkish Police Seize 400 Islamists» // BBC News (March 1999) // http://news.bbc.co.uk
 
[12]ИА Regnum // http://www.regnum.ru/news/784101.html
 
[13] Evan Kohlmann. Terrorized Turkey. Pointing fingers at al Qaeda // National Review // http://www.nationalreview.com/comment/kohlmann200311250844.asp
 
[14] Brian Glyn Williams, Feyza Altindag. EL KAIDE TURKA: TRACING AN AL-QAEDA SPLINTER CELL // TERRORISM MONITOR, Volume 2, Issue 22 (November 18, 2004)// http://www.jamestown.org/print_friendly. php?volume_ id=400&issue_id=3148&article_id=2368888
 
[15] Sedat Laciner. Combat against Religionist Terrorism in Turkey: Al Qaeda and Turkish Hezbollah Cases // http://www. turkishweekly.net/articles.php?id=178
 
[16] Аль-Каида против Ратцингера и Ататюрка // LASTAMPA. Sunday, 03 December 2006 // http://www.ino-pressa.ru/print/lastampa/2006/11/30/12:42:55/ataturk
Бюлент Арас. Терроризм, международное сообще­ство и Турция // Право и безопасность. - 2005. - 2 (15). Май // http://dpr.ru/pravo/pravo_15_9.htm/
 
 


Читайте также на нашем портале:

«Курдский вопрос в Турции: на пути к разрешению конфликта?» Павел Шлыков

«Турция на пути в Евросоюз: надежды и разочарования Анкары » Вячеслав Шлыков

«Армия в жизни современного турецкого общества» Вячеслав Шлыков

«Между демократией и исламизмом: политическое развитие арабского мира» Борис Долгов

«Взлеты и падения исламского государства» Андрей Захаров

«Политический ислам в современном мусульманском мире» Борис Долгов


Опубликовано на портале 28/05/2009



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика