Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Возможные направления политики США в области сокращения ядерного оружия и нераспространения

Версия для печати

Избранное в Рунете

Российский институт стратегических исследований

Возможные направления политики США в области сокращения ядерного оружия и нераспространения


Возможные направления политики США в области сокращения ядерного оружия и нераспространения

К приоритетным направлениям сотрудничества с Россией Б. Обама относит сокращение стратегических наступательных ядерных потенциалов. Новый президент Соединённых Штатов планирует начать диалог с другими де-юре и де-факто ядерными странами для повышения «прозрачности» и укрепления взаимного доверия, чтобы присоединить «непролиферантов» к процессу ядерного разоружения. Однако по целому ряду причин такой диалог, если он состоится, вряд ли принесет реальные результаты в ближайшем будущем.

Политика США в области сокращения ядерного оружия и нераспространения (на фоне действий по преодолению кризиса в финансово-промышленной сфере) будет занимать центральное место в ядерной политике Соединённых Штатов, особенно в том, что касается стратегических вооружений. При этом практические шаги демократической администрации в области ядерного нераспространения в значительной степени будут следствием избранной парадигмы в области сокращения ядерного оружия.
Б. Обама намерен разработать «новое направление в ядерной политике, призванное продемонстрировать всему миру, что США верят в возможность эффективной работы по полной ликвидации ядерного оружия». По его словам, это соответствует духу и букве Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и будет способствовать укреплению режима ядерного нераспространения.
Нынешний президент США также поддержал инициативу «четырёх» (Дж. Шультца, Г. Киссинджера, У. Перри и С. Нанна) по дальнейшему сокращению ядерных вооружений и те практические шаги, которые они предлагают.
В то же время, как заявлял Б. Обама ещё будучи кандидатом в президенты, «Соединённые Штаты будут поддерживать свою способность осуществлять сильное, безопасное и надежное ядерное сдерживание» (а это означает сохранение и поддержание на соответствующем уровне ядерно-оружейного комплекса), но при этом он не собирается санкционировать создание новых образцов ядерных вооружений.
Вполне вероятно, что инициированная администрацией Дж. Буша программа разработки надёжной замещающей боеголовки (Reliable Replacement Warhead, RRW) не получит соответствующей поддержки, и её финансирование может практически прекратиться, хотя в последние годы расходы на эти цели достигли десятков миллионов долларов в год и продолжали расти (в частности, в 2008 фин. г. планировалось израсходовать 89 млн дол.). Если финансирование этой программы прекратится или резко сократится, то, весьма вероятно, перед США встанут проблемы поддержания (не говоря уже о развитии) своего ядерно-оружейного комплекса и обеспечения занятости специалистов национальных ядерных лабораторий.
Вместе с тем, как полагают некоторые американские эксперты, окончательное решение по программе RRW будет принято только после проведения специального исследования и публикации доклада, в котором будут определены требования к американскому ядерному арсеналу. Поэтому не исключено, что новый президент изменит своё мнение относительно разработки перспективных ядерных боезарядов, которая не только должна существенно повысить их безопасность, но и позволит достаточно легко менять их тротиловый эквивалент в значительном диапазоне, расширяя тем самым возможности сдерживать потенциальные угрозы (не исключая при этом даже нанесение превентивного удара по укрытиям террористов).
Обращает на себя внимание то обстоятельство, что в области ликвидации ядерного оружия позиции демократического и республиканского кандидатов во многом совпадали. Это даёт основание предположить, что политика Б. Обамы в этой области найдёт поддержку в сенате и конгрессе, тем более что новый президент Соединённых Штатов провозгласил её центральным элементом американской внешней политики, а развитие тесного сотрудничества с Россией в указанной сфере отметил как одно из важнейших условий достижения поставленной цели. На этом направлении Б. Обама намерен:
-           добиться реального, проверяемого сокращения ядерных вооружений США и РФ (причём не только стратегических, в связи с чем следует ожидать новых попыток втянуть Москву в трудные переговоры по тактическому ядерному оружию);
-           заключить новое американо-российское соглашение, предусматривающее сохранение интрузивного режима мониторинга и верификации, взамен истекающего в декабре 2009 г. срока соглашения СНВ-1;
-           приступить к сокращению американского арсенала стратегических наступательных ядерных вооружений и побудить Россию к аналогичным действиям (хотя и не уточняя, в какой форме будет происходить такое сокращение - за счёт ликвидации самих боезарядов или разгрузки носителей и сохранения возвратного потенциала);
-           добиться ратификации в американском сенате Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), после чего предпринять серьёзные дипломатические усилия для обеспечения его ратификации всеми ключевыми странами, без участия которых Договор не может вступить в силу.
Если же Б. Обама санкционирует продолжение разработки новых ядерных боезарядов (хотя бы в рамках программы РКЛУ), то его активность по обеспечению скорейшей ратификации ДВЗЯИ американским сенатом, о которой он заявлял, заметно снизится. А это значит, что США уже не будут достаточно настойчиво побуждать ключевые страны ратифицировать этот договор.
К приоритетным направлениям двустороннего сотрудничества с Россией Б. Обама относит сокращение стратегических наступательных ядерных потенциалов (Московский договор - СНП). По его словам, он намерен выполнять условия действующего договора, приступить к сокращению американского ядерного арсенала и «побудить Россию к аналогичным действиям».
Новый президент Соединённых Штатов планирует начать диалог на высоком уровне с другими де-юре и де-факто ядерными странами для повышения «прозрачности» и укрепления взаимного доверия, чтобы присоединить «непролиферантов» к процессу ядерного разоружения. Однако, по нашему мнению, такой диалог (если он состоится) вряд ли даст реальные результаты в ближайшем будущем по целому ряду причин. В частности, не следует ожидать укрепления доверия и повышения «прозрачности» со стороны Израиля, Индии и Пакистана. Пока ядерные арсеналы США и России будут несоизмеримо больше по количеству ядерных боезарядов, чем арсеналы других стран ядерной пятерки, вряд ли последние реально приступят к сокращению своих ядерных вооружений (в первую очередь, Китай).
Следует отметить, что, хотя Б. Обама прямо не увязывает вопросы эффективного контроля над ядерным оружием и его нераспространением с созданием противоракетной обороны (ПРО), из его заявлений можно сделать вывод, что он (и хотя бы часть его команды) понимает наличие такой взаимосвязи. Как представляется, в этой сфере его позиция несколько отличается от позиции Дж. Буша, и вряд ли можно утверждать, что система ПРО (в первую очередь ПРО ТВД) будет развёртываться при любых обстоятельствах. В частности, новый американский президент считает, что:
-           система ПРО должна доказать свою работоспособность;
-           при принятии решения о развёртывании этой системы необходимо принимать во внимание все его последствия с точки зрения возможного влияния на режим ядерного нераспространения.
В связи с этим предполагается начать развёртывание американской ПРО в Центральной Европе только «после подтверждения эффективности системы и получения поддержки союзников США».
Ещё одной угрозой национальной безопасности США Б. Обама считает распространение ракетных технологий в третьем мире и в ходе предвыборной кампании заявлял о своём намерении способствовать укреплению режима контроля над распространением ракетных технологий (РКРТ). Не исключено, что такой подход объясняется среди прочего и стремлением получить эффективный правовой рычаг для противодействия реализации иранской ракетной программы, препятствуя проникновению в страну ракетных технологий. Кроме того, Б. Обама собирается не только сохранить двустороннее российско-американское соглашение по ракетам средней и меньшей дальности (РСМД), но и расширить его до глобального формата. Достижение этой цели вполне соответствует национальным интересам Соединённых Штатов, учитывая, что этот класс ракетных средств доставки не представляет существенной угрозы территории страны. В то же время РСМД представляют серьёзную угрозу для России, поскольку их распространение происходит в непосредственной близости от её границ. Поскольку в обозримой перспективе достижение глобального соглашения о ликвидации РСМД представляется нереальным, то вполне объяснима и ведущаяся в российских военно-политических кругах дискуссия о выходе из этого соглашения.
Отсюда можно сделать вывод, что новый президент США хотел бы сохранить за собой определённую свободу манёвра в формировании ядерной политики, а потому не следует ожидать быстрого и «безвозмездного» (тем более одностороннего) сокращения американских ядерных вооружений.
Заявления Б. Обамы по вопросам нераспространения ядерного оружия указывают на то, что декларируемые подвижки вовсе не означают каких-либо революционных перемен в этой сфере. На настоящий момент новый президент высказался за:
-           «полную поддержку» ДНЯО, в первую очередь его ст. VI (ядерное разоружение);
-           «укрепление ДНЯО», которое заключается в автоматическом применении строгих санкций к государствам, чья деятельность не соответствует (причём чётких критериев для этого «несоответствия» нет) положениям Договора, и прежде всего к Ирану и КНДР;
-           заключение Договора о запрещении производства расщепляющихся материалов (ДЗПРМ), содержащего надёжный механизм верификации;
-           поддержку американо-индийского соглашения о сотрудничестве в области производства ядерной энергии (Соглашение 123);
-           поддержку инициатив, направленных на снижение «ядерной угрозы, исходящей из стран бывшего Советского Союза», активизацию усилий США по разработке и реализации в России различных программ, нацеленных на усиление контроля над её ядерными материалами (особенно оружейного качества), диверсификацию соответствующих производств и переквалификацию значительной части российских атомщиков, занятых в ядерно-оружейном комплексе страны;
-           активизацию борьбы с угрозой ядерного терроризма.
Судя по всему, противодействие ядерному терроризму станет приоритетным направлением американской политики в области ядерного нераспространения. В частности, Б. Обама считает необходимым «разработать эффективную стратегию борьбы с этой угрозой, которая позволит на шаг опережать террористов».
Характерными чертами данной стратегии, очевидно, будут:
-           меры противодействия доступу террористов к источникам ядерных материалов, пригодных для создания ядерного взрывного устройства (на основе реакции деления), или «грязной бомбы»;
-           деятельность по изъятию из гражданского сектора высокообогащённого урана (особенно оружейного качества) [1];
-           значительное повышение уровня безопасности ядерных объектов, исключающее возможность хищения, захвата или приобретения террористами оружейных ядерных материалов на чёрном рынке;
-           организация специальной международной встречи на высшем уровне, посвящённой проблеме предотвращения актов ядерного терроризма, для разработки совместной антитеррористической программы (Shared Security Partneship Program);
-           уменьшение угрозы терроризма путём снижения напряжённости во взрывоопасных регионах мира за счёт предоставления невоенной помощи соответствующим (дружественным) государствам (своего рода новый «план Маршала», предусматривающий к 2012 г. довести объём невоенной помощи до 50 млрд дол.);
-           активизация усилий (в контакте с Россией и другими странами) по разработке и внедрению комплекса всеобъемлющих стандартов, позволяющих уберечь ядерные материалы от хищений.
По поводу последнего пункта следует заметить, что США, возможно, попытаются вовлечь Россию в обсуждение «проблемы недостаточной защищённости российских ядерных материалов». Если учесть, что Б. Обама предполагает в период своего президентства выделять на программу защиты ядерных материалов оружейного качества в мире до 1 млрд дол. в год, то, вполне возможно, существенная часть этих средств будет использоваться в качестве «пряника» для получения доступа к соответствующим российским ядерным объектам.
Ещё одним направлением укрепления режима ядерного нераспространения может стать борьба за «создание новой инфраструктуры ядерной энергетики в мире». Для этого предлагается разработать новыетехнологии, исключающие использование (а значит, и распространение) «чувствительных» технологий, в первую очередь для производства оружейного урана и плутония.
С этой целью США («и другие заинтересованные государства») намереваются:
-           создать международный банк ядерного топлива;
-           организовать международные центры по оказанию услуг в производстве слабообогащённого урана для АЭС;
-           предоставить потенциальным потребителям (в первую очередь развивающимся странам) «убедительные гарантии обеспечения их потребностей в ядерном топливе»;
-           гарантировать такую ценовую политику, которая «убедит развивающиеся страны в нецелесообразности строительства собственных мощностей по обогащению урана или регенерации плутония».
По мнению президента США и его советников, новая инфраструктура ядерной энергетики сделает очевидными цели тех государств, «которые маскируют свои ядерные амбиции необходимостью создания ключевых звеньев [2] ядерной энергетики», и тем самым убедит остальные страны, что избежать международного давления в таких случаях не удастся никому.
Видимо, наиболее серьёзно изменится политика новой администрации в области обращения с радиоактивными отходами. Б. Обама считает, что время для завершения строительства национального хранилища радиоактивных отходов в Юкка-Маунтин (штат Невада) упущено. К тому же до сих пор не удалось убедительно доказать безопасность выбранных технологий хранения и транспортировки. Поэтому, по его мнению, необходимо сосредоточить усилия на поиске других решений, действительно обеспечивающих необходимый уровень безопасности.
В настоящее время нельзя однозначно определить, какова будет политика нового американского президента в области масштабного развития ядерной энергетики в США и мире, хотя «избавиться от тирании нефти» (которая, несомненно, подпитывает ядерные амбиции Ирана) вряд ли возможно без строительства АЭС. По заявлению Б. Обамы, он готов санкционировать выделение около 150 млрд дол. в течение 10 лет, чтобы «США встали на путь реальной энергетической безопасности». Как предполагается, значительная часть этих средств пойдёт на разработку методов производства экологически чистой электроэнергии за счёт энергии солнца и ветра. (Правда, большинство экспертов считают потенциал этих технологий и их возможный вклад в энергообеспечение относительно небольшими.)
Новый президент США особо подчёркивает важность разработки эффективных технологий промышленного производства биотоплива, что, как полагают, позволит создать 5 млн новых рабочих мест. Однако именно это направление вызывает серьёзные возражения ряда экспертов, по мнению которых для масштабного производства биотоплива потребуются десятки миллионов тонн растительного сырья. Отводить же земли под технические культуры можно только за счёт посевных площадей, занятых сегодня под производство продовольствия, а это неизбежно приведёт к недостатку продуктов питания, в том числе и в самих Соединённых Штатах.
Б. Обама считает, что США вполне способны разработать технологии получения «чистой» энергии из угля и обеспечить безопасное масштабное развитие ядерной энергетики. Однако пока специалисты не пришли к единому мнению в вопросе о том, за счёт каких новых «безопасных» ядерных технологий (и типов реакторов) удастся решить поставленную задачу.
Учитывая резкое падение цены на нефть, развитие финансового и экономического кризиса в США и во всём мире, говорить о финансовых перспективах реализации планов нового американского президента в ядерной области и в сфере ядерного нераспространения (особенно в отношении масштабного развития ядерной энергетики на основе новых технологий) преждевременно.
Также весьма затруднительно дать детальный прогноз возможного изменения политики Вашингтона по отношению к де-факто ядерным государствам - Индии, Пакистану и Израилю, а также КНДР и Ирану, т.е. к странам, политику которых Соединённые Штаты считают «основным вызовом режиму нераспространения». Однако весьма вероятно, что по отношению к первым трём государствам Вашингтон сохранит в основном политику прежней администрации с небольшими (для Израиля) или более значительными (для Пакистана) изменениями.
На иранском направлении Вашингтон, скорее всего, продолжит оказывать жёсткое давление, используя дипломатические, политические и экономические рычаги, в том числе и через ООН, добиваясь ужесточения санкций по линии Совета Безопасности, а также активизирует собственные действия и будет побуждать к этому своих союзников.
Что же касается намерений Б. Обамы в скором будущем вывести из Ирака большую часть американского воинского контингента и передислоцировать его в Афганистан, то эти планы могут преследовать целый набор целей, а не диктоваться только стремлением «позволить иракскому руководству самостоятельно обеспечивать безопасность народа его страны», сократить огромные расходы на содержание войск и существенно уменьшить военные потери. Нельзя исключить, что перевод значительного воинского контингента в Афганистан часть «экспертов из президентской команды» рассматривает как средство усиления возможностей Соединённых Штатов «в военном решении иранской ядерной программы».
Достаточно обоснованной также представляется точка зрения тех экспертов, которые считают, что, планируя передислоцировать свои войска в Афганистан, США надеются таким образом получить возможность оказывать более жёсткое (и оперативное) воздействие на Исламабад. По мнению некоторых американских экспертов, это поможет активнее бороться с Аль-Каидой и более эффективно противодействовать попыткам исламских радикалов подобраться к ядерному оружию Пакистана.
В отношении КНДР наиболее вероятным представляется умеренный вариант политики США при условии, если Пхеньян откажется от резких заявлений и последующих практических действий, имеющих непосредственное отношение к разрешению ракетно-ядерного кризиса на полуострове. Однако не следует думать, что Вашингтон готов «недопустимо долго» мириться с отсутствием реальных результатов ядерного разоружения Северной Кореи.
Хочется надеяться, что в лице Б. Обамы Россия (как ядерная супердержава) обрела партнёра более гибкого, чем его предшественник. Однако при этом не стоит испытывать никаких иллюзий по поводу перспектив взаимодействия с новой администрацией США в ядерной сфере.
 
Примечания:
 
[1] Данное направление международного сотрудничества представляется действительно актуальным, если принять во внимание, что на гражданских объектах более чем 40 государств имеется около 50 т высокообогащённого урана.
 
[2] Обогащение и регенерация
 
 


Читайте также на нашем сайте: 


Опубликовано на портале 22/04/2009



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика