Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Тысяча лет грузинского империализма. С византийской точки зрения

Версия для печати

Избранное в Рунете

Иеромонах Григорий (В.М.Лурье)

Тысяча лет грузинского империализма. С византийской точки зрения


Тысяча лет грузинского империализма. С византийской точки зрения

Многие народы имеют многовековую государственную традицию, но лишь у немногих из них эта традиция имперская. К таким исключениям относятся не только русские, но и грузины. Сейчас грузинское государство ограничено национальными рамками, теперь уже без Абхазии и Южной Осетии. И ему неизбежно придется выстраивать отношения с грузинским народом, далеко не полностью вместившимся в маленьком государстве, но в очень значительном количестве живущим в Российской империи. У грузин по-прежнему остается имперский выбор - но это выбор быть вместе с Россией...

Драматические события в жизни грузинского государства в 2008 году странным и символическим образом отметили забытую дату - тысячелетие первой грузинской империи. Об этой дате забыли политики и общественность, но о ней весьма настойчиво напоминает жизнь. Самое время оглянуться на прошлое.
Но обо всем по порядку.
 
Имперская психология
Многие народы имеют собственную многовековую государственную традицию, но лишь у немногих из них эта традиция имперская. К числу таких исключений относятся не только русские, но и грузины.
Сегодня аналитикам бросается в глаза зашкаливающий непрофессионализм некоторых грузинских политических деятелей. Ни Запад, ни даже Россия не могут до конца привыкнуть к тому, насколько легко на политические верха в постсоветском пространстве взлетали люди с улицы. Но это не должно отвлекать от главного: грузины не в состоянии смириться с отделением от их государства Абхазии и Южной Осетии, независимо от того, кто у них в данный момент правительство. Отдельные грузинские политики могут быть людьми с улицы, но общий вектор грузинской политики определяется вовсе не ими. Он определяется многовековой традицией политического самоощущения грузин.
Грузины органически не понимают того, что такое национальное государство. Такая идея для них бесцветная и пресная. Для них национальное грузинское государство - это все равно что без государства вообще.
И с этим надо что-то делать - прежде всего, самим грузинам. Очевидно, что логических возможностей тут только две, то есть три. Две из них очевидны:
- создать грузинскую империю,
- изменить психологию нации таким образом, чтобы научиться жить в национальном грузинском государстве (народная психология так же подвержена изменениям и развитию, как и психология индивидуума).
Третья менее очевидна: грузины могут разделиться на две части, одна из которых составит национальное государство, а другая получит империю. В сиюминутной политике такое решение кажется непонятным, но грузинское имперское самосознание - это не есть проблема сиюминутной политики. Это вопрос стратегии, а не тактики. Даже если не ходить в совсем уж далекие времена, когда грузины больше занимались обороной от соседних империй (Сасанидского Ирана, Арабского Халифата, Византии), нежели созданием своей, собственно имперской традиции Грузии все равно уже ровно тысяча лет.
 
Тысячелетний юбилей Грузинской империи
Об этой дате никто не вспомнил, но это факт: именно в 2008 году исполнилась 1000 лет первой Грузинской империи. Прежде 1008 года были только разные грузинские и абхазские государства, часто настолько раздробленные, что их не всегда имело бы смысл называть даже национальными. Были также грузинские земли в составе чужих империй или осколков чужих империй (так, Тбилиси, бывший столицей Грузии в VI веке, потом несколько веков до 1122 года оставался столицей маленького мусульманского эмирата). В 1008 году грузинские и абхазские земли объединились далеко не все, но они впервые составили по-настоящему имперскую «критическую массу».
В 1008 году объединились царства Абхазии (намного шире современной Абхазии, со столицей в Кутаиси) и Картли (со столицей в Уплисцихе) под властью царя Баграта III, отныне принявшего титул «царя царей Всея Грузии». «Всея Грузии» - это по смыслу точный перевод термина «Сакартвело». Сакартвело образца 1008 года - значительная и еще продолжавшая расширяться империя. Однако, она была недолговечной и почти не пережила царя Баграта, скончавшегося в 1014 году.
С тех пор история Грузинской империи продолжалась, но продолжалась очень непросто. В войне 1021-1022 годов она была разбита войсками византийского императора Василия II Болгаробойцы. В этих византийских войсках впервые был задействован в качестве ударной силы отряд варягов, которому, видимо, и удалось разбить сильную грузинскую армию. Еще в 1014 году император Василий посылал в Сакартвело первое византийское войско, тогда еще без варягов, но оно было разбито наголову. Заслуги варягов были оценены настолько высоко, что именно с тех пор варяжские отряды стали постоянной составляющей византийской армии. Но тут как раз можно вспомнить, что первый отряд варягов император Василий получил из Киева, от дружественного великого князя Владимира, крестителя Руси. Так что в разгроме первой грузинской империи приняли участие, хотя и косвенное, нынешние наследники Киевской Руси - и Россия, и Украина. События эти отразились не только в византийских и грузинских летописях, но и в легендарной литературе Руси и в скандинавских сагах?
Византия не ставила целью уничтожить грузинскую империю. Это был бы слишком примитивный проект для утонченной византийской политики. Как раз Византия могла оценить по достоинству имперскую структуру Сакартвело. Поэтому Византия старалась не сломать эту структуру, а интегрировать в собственную империю. Что и удавалось, более или менее, пока сама Византия была сильна. Но потом Грузия оказалась брошенной на произвол судьбы, из последних сил сопротивляясь экспансии Турции и Ирана, пока, наконец, на ее горизонте не появилась новая сильная империя - Московия XVII века. Длительная и далеко не простая история взаимоотношений обеих империй привела к закономерному результату: принятию Грузии (того немногого, что еще оставалось от Сакартвело былых времен) в состав Российской империи в 1801 году.
 
«Поделиться империей» или эксплуатировать колонии
Российская империя унаследовала от обоих своих имперских предков - империи Чингисхана и Византии - умение «делиться собой» с присоединяемыми к ней народами. Всем предлагалось считать эту империю не только русской, но и своей. Такой подход особо могли оценить народы с имперской психологией. Собственно, на этом и основывалось пребывание Грузии в составе Византии, а затем и в Российской империи.
В Российской империи, разумеется, случались конфликты на национальной почве, и Грузия тут не исключение, но это было более характерно для рубежа XIX и ХХ веков, когда империя разлагалась, а национализм расцветал во всем мире. Тем не менее, для грузин оставалась открытой вся огромная империя, которую они естественно начали воспринимать как свою.
При советской власти, если вынести за скобки те ее особенности, которые били по всем народам СССР, ситуация не только не ухудшилась, но и, в силу известных причин, сильно сместилась в пользу Грузии.
Но в мире существовали и совершенно другого типа империи. К «другому типу» относился главный конкурент императорской России - Великобритания, а затем и сменившие Великобританию в итоге Второй Мировой войны Соединенные Штаты Америки.
Империи колониального типа не подразумевают равных прав для уроженцев метрополии и колоний, а подразумевают нечто противоположное. Колонии с их населением просто эксплуатируются - не только и не обязательно экономически, но и политически (включая военный аспект). Конечно, метрополия расплачивается с колониями какими-то благами, но никогда речь не идет о равном статусе всех имперских подданных. В ХХ веке былой колониальной системе пришли на смену «протектораты» и «зоны влияния», но это ничего принципиально не изменило.
Распад Советского Союза силою самих обстоятельств выбросил Грузию на улицу: общий имперский дом был разрушен. На улице в это время творился хаос и, в то же время, ощущалось гравитационное поле большой колониальной империи, обещавшей защиту и стабильность. Что тут можно было сделать Грузии, только что лишившейся своего государства (повторю: Россия даже и в виде СССР была для Грузии «своим государством»)?
Прежде чем ответить, посмотрим на ближайшую историческую параллель: судьбу греков в процессе распада Османской империи.
 
Греческий пример
Греческое государство было создано в 1830 году. Это стало прямым результатом отнюдь не греческого восстания 1821 года, а русско-турецкой войны, которую России пришлось начать, когда она увидела, что восставших греков вскоре вырежут. Нельзя сказать, чтобы Россия очень много выиграла от создания на месте кусочка мусульманской Османской империи формально православной Греции. Император Николай I не мог не довести до конца войну за спасение греков от гибели, но идее создания независимого греческого государства он отнюдь не сочувствовал. Скорее, он сочувствовал султану, о котором всегда отзывался с подчеркнутым уважением, как о самодержавном монархе. Если бы это зависело от русского царя, то он бы не допустил греческого восстания. Но русский царь, естественно, еще более не мог допустить, чтобы это восстание потопили в крови.
Возродившуюся «православную Грецию» возглавил король Оттон, лютеранского вероисповедания, и эта символическая деталь - вполне характерная иллюстрация того факта, что дипломатически Россия уступила свою победу над Турцией Европе. «Независимая» Греция стала такой же марионеткой западных держав, как нынешняя Грузия по отношению к Америке.
«Русский византиец» Константин Леонтьев, хорошо изучивший на месте ситуацию в Турции и Греции и, к тому же, настоящий дипломат с государственным мышлением, не уставал повторять, что как греки, так и «освобождавшиеся» в 1870-е годы южные славяне, получив «свободу», не станут ни более православными, ни более расположенными к России. ?А даже совсем напротив: они станут еще более либеральными европейцами, чем сами европейцы; у них не будет, в отличие от коренных европейцев, настоящего государственного опыта и политических традиций, а будет лишь утрированное «европейничанье».
Леонтьев не стеснялся сказать, что турки для русских полезнее и даже ближе - и это еще тогда, когда Турция не успела стать светским государством, в которое ее превратит в 1920-е годы Кемаль Ататюрк.
И Леонтьев не был голословен: либеральным «еврепейским» грекам Эллады он противопоставлял мудрых греческих «фанариотов», которые открещивались от либеральных греков и держались за Османскую империю что было сил. Да, и Османская империя была для греков «своей», хотя в ней (как и в Московии, но в отличие от империи Чингисхана) для совсем полного равенства в правах нужно было принимать официальное вероисповедание. Но в XIX веке уже было видно, что влияние ислама в Османской империи обречено сокращаться. Религиозные свободы православного населения особо не нарушались уже и тогда, а полного политического равенства были все шансы добиться в близком будущем.
Но Османская империя развалилась в итоге Первой Мировой войны. Греки «европейской» Эллады оказались среди победителей, а сохранявшие самосознание имперской нации греки Османской империи - их оставалось там не меньше, чем в самой Греции - тут уже не имели никакого права голоса. И дальше началось то, что так напоминает современную Грузию.
В маленькой Греции появился свой харизматический лидер - Елевферий Венизелос (фактической глава государства в должности премьер-министра). Он делал маленькую Грецию воинственной по отношению к своим еще более маленьким балканским соседям и к поверженной, хотя и отнюдь не ею, Турции. Это называлось почти медицинским, для европейского уха, термином: «Мегали идэа» («Великая идея»), - звучит похоже на «мегаломаниа» («мания величия»). Под этим подразумевалось расширение маленькой Греции до масштабов Византии.
Нельзя сказать, чтобы победители Первой Мировой войны и особенно их лидеры, англичане, сильно сочувствовали «Великой Идее» или хотя бы воспринимали ее всерьез, но сделать подарок Греции за счет Турции - почему бы и не сделать. Под прикрытием английского и французского флотов Греция оккупировала значительную часть Малой Азии с плотным греческим населением и с административным и культурным (разумеется, греческим) центром в большом портовом городе Смирна (Измир) на Эгейском море. Это положение попытались было закрепить в Севрском мирном договоре 1920 года.
Если кто-то спас после этого Турцию, то, в первую очередь, это сами греки, и лишь во вторую - Мустафа Кемаль, впоследствии прозванный Ататюрк («отец турок»).
Греки думали, что они восстанавливают Византийскую империю, но они не видели себя со стороны. А со стороны было хорошо видно, что они всего лишь расширяют свое мелкое национальное государство. Как мыльный пузырь.
Там, где расширяют национальное государство за счет традиционной территории мультиэтнической империи, методы всегда одинаковые: крайняя жестокость к «лишним» народностям и всяческое их унижение. Поведение греков в Малой Азии по отношению к туркам было на грани геноцида. Сейчас бы это назвали «этническими чистками». С таким отношением к турецкому населению греки попытались пойти еще дальше в Малую Азию. Начавшаяся в 1919 году греко-турецкая война перешла в самую горячую фазу.
Автохтонное греческое население Малой Азии оказалось в заложниках у мегаломаниакальных властей национальной Греции. А турецкое население, фактически, просто загонялось самими греками в силы турецкого сопротивления, возглавляемые будущим Ататюрком.
Вся эта история закончилась в 1922 году так называемой греческой «катастрофой», когда многотысячное греческое население Малой Азии было опрокинуто в Эгейское море. Некоторая часть беженцев отправилась в Грецию, а большинство составили столь многочисленную теперь во всем мире греческую диаспору. В современном Измире почти ничто не напоминает о том, что не так уж давно это был греческий город и крупный культурный центр эллинизма.
Аналогии с Грузией тут очевидны настолько, что мы и не станем их все проговаривать. Отметим только главное.
Грузины, как греки в 1919 году, стали воевать за свое европейское национальное государство, исходя из ощущения, будто они воюют за империю. Но при этом они забыли, что такое империя, - как забыли об этом в свое время и европейские греки. Между тем, воевать им приходилось на землях со столетними имперскими и мультиэтническими традициями. Народ, оставшийся с настолько неадекватным восприятием реальности, неизбежно поведет себя неадекватно. И не просто неадекватно, но и крайне опасно для окружающих.
Поэтому этнические чистки и геноцид с грузинской стороны были неизбежны. А сопротивление грузинам тех народов, которые столетиями жили с ними в мире (но то было при империи!), - стало крайне жестким, даже отчаянным. Закономерно, что грузинские анклавы в Южной Осетии и Абхазии повторили судьбу греков в Малой Азии (хотя именно эти грузины были менее всех виноваты в чем бы то ни было).
Если бы греки в 1919 году действительно понимали, что значит восстанавливать Византию, то они бы обошлись с турками по-византийски. Турки заняли бы в их новом государстве не менее почетное место, чем татары в Московии или чем те же грузины в Византии. Рассуждая отвлеченно, все это выглядело бы не так уж абсурдно: греки и в Османской империи были людьми государственными, и у турок была привычка к сосуществованию с ними в одном государстве. Но то были другие греки - не испорченные карликовой национальной государственностью. А в тот момент правили бал не они.
Точно так же, если бы сейчас Грузия понимала, что такое империя, то она давала бы не обещания, а реальные гарантии равноправия абхазам и осетинам. Но в 1992 году она стала делать нечто другое - что, впрочем, тоже можно назвать, своего рода, гарантиями, хотя отнюдь и не равноправия. Впрочем, тогда лишь вышли на поверхность противоречия еще и советского и даже досоветского времени. Грузинский национализм потеснил грузинскую имперскость еще в дореволюционные времена, и это вполне сказалось на характере Грузинской республики 1918-1921 годов, о чем сейчас вспоминают негрузинские народы региона.
Получается так: если ты хочешь больших мультиэтнических территорий, то ты обязан строить империю. Но если ты хочешь национального государства, то ты должен либо ограничивать свои аппетиты территорией компактного проживания собственного народа, либо воевать с соседями на уничтожение (тут, что бы ни говорили политики и работники информационного фронта, человечество не придумало никаких форм ведения войны, кроме «дедовских методов» этнических чисток и геноцида).
 
Византийский взгляд на грузинские перспективы
Грузия повторила судьбу Греции, построив маленькое национальное государство, целиком зависимое от Запада (США), но воображающее себя империей и пытающееся раздуваться до размеров империи.
Как и греки, грузины далеко не все поддерживают такое свое государство: имперские традиции слишком сильны, и слишком много грузин живут сами или имеют близких родственников в настоящей империи - Российской. Такие грузины вполне похожи на греков Османской империи, и, к счастью, им не грозит быть сброшенными в Эгейское море: в России они ни в коем случае не могут стать заложниками политики грузинских властей.
Нынешний грузинский режим, понимая, что самостоятельной империи ему не построить, пытается выстроить свою национальную псевдоимперию в рамках империи США. Но события этих дней доказали, что для США этот проект нерентабелен: польза от Грузии не стоит ссоры с Россией.
А если бы и был рентабельным? - Может быть, грузинские политики не понимают, что не все империи таковы, как привычные для Грузии Византийская и Российская. Бывают еще такие, где для Грузии смогут предложить только статус колонии - то есть если не банановой республики, то мандариновой. Роль лояльного населения для охраны трубы и роль свободного места для размещения военных баз.
Когда-то, в VII веке, грузины отвергли подобный статус, предлагавшийся им от Арабского Халифата, а армяне тогда согласились, решив, что это лучше, чем Византия. Но уже через несколько лет армяне сказали словами пророка Исаии (28:15) сотворихом завет со адом и с смертию сложение («мы заключили договор с адом и со смертью союз»). Сейчас еще не исключен сценарий дипломатического проигрыша России, который приведет именно к такому положению Грузию. Но нужно ли это самой Грузии?
Грузины, как и почти всякий народ, не могут выглядеть плохо в своих собственных глазах. И им очень нравится Америка (почему бы и нет? Путину тоже очень нравится Америка). И тут включается общечеловеческая слабость: если ты сам себе нравишься, и другой тебе нравится, то тебе кажется, что ты тем более хорош в глазах этого другого. А ведь на самом деле оно не так, особенно в политике.
В политике нравится то, что соответствует политическим интересам субъекта. Имперские качества грузинского народа соответствуют интересам России, но не могут соответствовать интересам США: эти две империи выдвигают совершенно разные запросы к качеству своего населения. А что затребовано Америкой от грузин? Их реальные государственные традиции? - Нет. Их культура? - Нет. Даже их мандарины и их вино Америке не нужны. Остается лишь территория, зачищенная (желательно, не американскими руками) от нелояльного Америке населения. Для мандариновой республики вполне достойная роль, но для имперской нации - унизительная.
Сейчас грузинское государство ограничено национальными рамками, теперь уже без Абхазии и Южной Осетии. Ему неизбежно придется выстраивать отношения с грузинским народом, лишь частично вместившимся в маленьком государстве, но в очень значительной части живущим в Российской империи.
У грузин по-прежнему остается имперский выбор - но это выбор быть вместе с Россией. Этот выбор могут сделать и те грузины, которые живут в суверенной Грузии, причем, продолжая сохранять независимость своего государства. Россия обязана доказать грузинам, что с сильной Россией им лучше, чем с сильной Америкой. И еще лучше, чем с не очень сильной Америкой, которая увязла в региональных конфликтах, и которой, как выясняется, не до Кавказа.
Конечно, грузинская государственность может и дальше идти по пути национального государства. Но тогда Россия обязана предложить имперскую альтернативу для как можно большего числа грузин. Дерзнем предположить, что в случае дипломатического поражения России и, как следствия, создания американской колонии под видом грузинского национального государства, грузинский народ окажется разделенным наподобие того, как разделился греческий народ между греками национального государства и греками Османской империи.
 
«Цминда вели»
Ну и в заключение - несколько слов о православии.
В войнах последних веков религиозным мотивам обычно принадлежит только одна роль - демагогическая. Линии фронта легко проходят между единоверцами, а разноверные народы часто сражаются вместе. России это привычно: в ней даже ее последнего царя православные генералы предали, а до последнего хранили верность царю только два генерала - мусульманин и лютеранин.
Современная Россия это тоже хорошо понимает. Россия не особо скорбит о своих слабых контактах с Грецией, но весьма успешно развивает сотрудничество с Турцией. Несколько лет назад, когда Путина принимали в Греции и много говорили о единоверии наших народов, Путин имел бестактность указать на цифры товарооборота между Россией и Грецией и Россией и Турцией, - которые говорили без слов. Путин строго следует заветам Леонтьева - о необходимости научиться дружить с Турцией и не рассчитывать на лояльность к России номинально православных, но уже европейски «эмансипированных» народов. Вот и сейчас Турция поддержала Россию. И это для России важно. Именно это и важно, а православная демагогия - нет.
Но все же духовный смысл есть во всякой войне. И иногда о нем говорят те, кто думает сказать что-то совсем другое. Так и на этот раз.
Грузины назвали свою операцию в Южной Осетии «Цминда вели», имея в виду значение «чисто поле». Но грузинский язык обыграл грузинских военных. Другое значение слова «цминда» - «святой». Из Южной Осетии думали сделать «чистое поле», а получилось - святое.
 
 


Опубликовано на портале 04/09/2008



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика