Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Если бы Гитлер победил (Глава из книги)

Версия для печати

Перевод с немецкого специально для сайта «Перспективы»

Ральф Джиордано

Если бы Гитлер победил (Глава из книги)


Джиордано Ральф – немецкий журналист, писатель, публицист.


Если бы Гитлер победил (Глава из книги)

Кодификация национал-социалистической политики жизненного пространства являлась не только рамками, в которые идеально вписывался Генеральный план «Ост», но и проектом господства великогерманской мировой империи после окончательной победы, окончательной исторической классификации территорий планеты в соответствии с расовой идеологией нацистов и её материализацией в условиях неизменного соотношения сил. Другими словами, национал-социалистическая политика жизненного пространства представляла собой Генеральный план «Ост» для всего земного шара.

«Прежде всего, речь идет о том, как сподручней разделить этот огромный пирог для того, чтобы, во-первых, суметь завладеть им, во-вторых, управлять им и, в-третьих, эксплуатировать его».[1]
Адольф Гитлер, 16 июля 1941
 
«Почему бы и не жить в России? Хотел бы я быть комендантом какой-нибудь авиабазы на берегу Черного моря, владеть по близости большим имением, и тогда бы эти русские холопы узнали бы у меня…! - и сделал характерное движение арапником» [2]
 (Из дневника Графа Хайнриха Айнзиделя)
 
 
Другой холокост
12 ноября 1942 Генрих Гиммлер издает «Всеобщее предписание Nr. 12 c»: «На основании указа фюрера от 07.09.1939 и распоряжения фюрера о назначении рейхсфюрера СС и шефа немецкой полиции ответственным за ведение борьбы с бандитизмом от 08.08.42, постановляю:
Уездный город Замостье объявляется первой немецкой зоной колонизации в генерал-губернаторстве [3]... Начиная с нынешнего года, колонизация города и уезда Замостье должна быть осуществлена в срок до лета 1943 г.»
В качестве проводников политики онемечивания рассматривались местные немцы («фольксдойче») из Боснии, оккупированных областей Советского Союза, генерал-губернаторства и «другие», более конкретно не определенные. Планировалось, что Замостье как опорный пункт колонизации станет важным узловым пунктом на основном пути сообщения между Германией и Крымом и одновременно «мостом народности» между онемеченной Балтикой и Восточной Европой.
В ходе принудительного переселения, перемещения и «акций примирения» в период с ноября 1942 по март 1943 гг. была выполнена «зачистка» 116 деревень, откуда было принудительно депортировано 41 000 поляков. Сначала они ещё целыми семьями помещались в сборные лагеря, где с ними обходились как с пленными – их охраняли, плохо кормили и содержали в абсолютно нечеловеческих условиях. Стояла зима, не было дров. Но даже если бы топливо имелось, оно вряд ли бы помогло, так как во многих бараках не было даже печек. Насильственно переселенные поляки были подвергнуты распределению и классификации в соответствии с оценочными группами I – IV, а именно согласно совершенно определенным, установленным Главным ведомством по вопросам расы и колонизации признакам. Поляков, классифицированных в качестве относящихся к Группам I и II, то есть как пригодных для онемечивания (wiedereindeutschungsfähig), принудительно доставили через Литцманнштадт (как назывался тогда город Лодзь) в центральные области Германии – по имеющимся сведениям, еще целыми семьями, не отрывая их от родных и близких. При этом речь шла о меньшинстве, у которого по произвольным внешним признакам в сборных лагерях выявили наличие «немецкой крови».
Группа III, в соответствии с критериями Главного ведомства по вопросам расы и колонизации, непригодная к онемечиванию, принималась в расчет только как рабочая сила. Эти поляки были специальными эшелонами перевезены в Берлин без нетрудоспособной родни, что означало отделение от семьи. Поляки оценочной группы III, которые были либо слишком молоды, либо слишком стары, либо слишком больны, помещались в так называемые «деревни пенсионеров» (Rentendörfer), как и все дети младше 14 лет и все лица старше 60. Эти деревни не планировалось переселять, и их жители в принудительном порядке были обязаны принимать к себе своих соотечественников.
Местонахождение таких «деревень пенсионеров», с многочисленными и всё прибывающими стариками, больными и детьми, отнюдь не случайно избиралось в окрестностях лагерей смерти. В национальном архиве в Вашингтоне хранится дело окружного врача Вильгельма Хагена из Варшавы, который жаловался Гитлеру на умышленное массовое убийство 70000 детей, принудительно переселенных из Замостья. 
Более того, организация «деревень пенсионеров» поблизости от лагеря смерти Треблинка представляла собой лишь промежуточный этап перед окончательным уничтожением. Лица, входившие в оценочную группу IV, попадали прямиком в Освенцим, то есть в газовые камеры. Известный исследователь Эрих Куби, на исследованиях которого основывается настоящий раздел книги, сообщает о служебных инструкциях, содержавших скрупулёзные предписания о картотечном учете поляков, согнанных в сборные лагеря в рамках акции «Замостье». Для этого были созданы специальные картотеки с особыми обозначениями: WE = пригодные к онемечиванию, AA = использование в качестве рабочей силы в рейхе, RD = деревни пенсионеров, KI = детская акция, AG = использование в качестве рабочей силы в генерал-губернаторстве, KL = лагерь Биркенау.
Процедура учета в рамках расового отбора была ужасна. Во время массовых полицейских облав поляков отлавливали как дичь на охоте и помещали в пересыльные лагеря. Там сначала так называемым айгнунгсфюрером СС производился грубый отбор («Бог его знает, на основе каких признаков», – пишет Эрих Куби), с тем чтобы задержанных таким образом людей переправить в специальные лагеря в зависимости от принадлежности к той или иной оценочной группе. Пути назад не оставалось уже хотя бы потому, что у принудительно переселенных людей было экспроприировано имущество и они были разлучены со своими семьями. Затем врачи Управления труда распределяли трудоспособных и направляли их для использования в различных формах рабской работы.
«Пригодные к онемечиванию» из оценочных групп I и II подвергались повторному более детальному отбору. Для этого имелся «Список немецкого народа» (Deutsche Volksliste), который в свою очередь подразделялся на четыре части. Изначально это была импровизация Гиммлера (сентябрь 1940), но затем, в январе 1942 года, имперское министерство внутренних дел придало «Списку» официальный политический статус. Пригодные к онемечиванию подлежали отделению от непригодных.
К разделам 1 и 2 «Списка немецкого народа» относились только лица, принадлежавшие к немецкому меньшинству, которые могли представить документальное подтверждение того, что до начала войны они «активно боролись за немецкую народность». Начиная с октября 1939 г. им присваивалось немецкое гражданство, причем это решение имело обратную силу. На поляков - они еще могли быть признаны пригодными к онемечиванию - эта привилегия не распространялась. Лица, отнесенные к Разделу 3, могли получить так называемое «немецкое гражданство с правом отзыва». В случае, если по тем или иным причинам отзыв гражданства происходил, что, по словам Эриха Куби, случалось часто, тем, кого это затрагивало, приходилось гораздо хуже, чем было прежде. Они безвозвратно теряли свои семьи и сами уже не могли найти себе место нигде, кроме как в большой армии польских каторжных рабочих, которым приходилось выполнять в Рейхе самую тяжёлую и грязную работу. 
Все остальные польские граждане, то есть подавляющее большинство населения, были отнесены к Разделу 4 «Списка немецкого народа» и тем самым становились так называемыми «подзащитными подданными» (Schutzangehörigen) германского Рейха, что означало не что иное, как то, что они под ярлыком «инородцы» (Fremdvölkische) подвергались в своей собственной стране всем актам произвола со стороны СС, аппарата репрессий и истребления. Эрих Куби завершает свою посвященную Замостью главу «Рентгеновский снимок «колонизации» словами: «Со всеми вытекающими отсюда последствиями это стоило Польше примерно 50000 убитых и обернулось неописуемым горем для многих тысяч семей».
Поскольку акция «Замостье» вызвала значительные волнения, её мероприятия были приостановлены с целью возобновить их с ещё большим размахом после того, как будут приняты соответствующие меры. До этого, однако, дело не дошло. Замостье осталось лишь зловещим предзнаменованием. Нацистские планы и практика истребления не ограничивались только масштабами «акций переселения». За таким словесным фасадом, как «германизация», «мосты народности», «большие пространства колонизации», «локализация» и «расовое отсеивание», крылись воля и способность физически уничтожать, как насекомых, миллионы людей, прямо или косвенно, путем насилия или путем ограничения рождаемости, краткосрочными или долгосрочными методами, с помощью убийства или рабского труда, но всегда руководствуясь экономико-политическими интересами немецких господ. В конечном итоге, целью было устранение всех поляков и русских, не соответствовавших представлениям нацистской «демографической политики», в которой и без того уже центральное место было отведено уничтожению евреев.
При этом Генеральный план «Ост» шёл еще дальше всемерно осуществлявшегося еврейского холокоста. В рамках этого плана была разработана рациональная, включающая цифровые выкладки основа планирования свободной от славян Восточной Европы – т.е. не еврейский, а другой, славянский холокост!
Объявленная задача немецкой оккупации состояла в том, чтобы ту часть польского народа, которая являлась «расово неинтегрируемой» (по выражению Гиммлера), сохранять, пока она будет необходима в качестве рабочей силы. В последующие пять – десять лет эту категорию планировалось, без каких бы то ни было исключений, депортировать в генерал-губернаторство - сборный резервуар для «расово непригодных». В период до лета 1942 все нетрудоспособные лица, относящиеся к оценочному разделу III, все старше 60 и дети до 14 лет очутились в польских резервациях (Polenreservate). Эти люди пребывали в постоянной опасности оказаться переведёнными в оценочную группу IV, что означало либо концентрационный, либо сортировочный лагерь (Durchschleusungslager) для лиц с ограниченными возможностями, психически неполноценных, инвалидов и больных, которых в самые короткие сроки ждали фабрики смерти. Целью являлось, прежде всего, положить конец высокой рождаемости «расово неполноценных». Дополнительно к таким акциям, как высылка в сборные лагеря (Sammellager) и польские резервации, этой цели служили и специальные мероприятия, направленные на снижение рождаемости.  Генеральной линией было определено: способствовать всему, что служит ограничению рождаемости - сделать аборты ненаказуемыми, обеспечить, чтобы публичное предложение абортивных и противозачаточных средств в любых формах не влекло за собой полицейского преследования; даже в отношении лиц и организаций, профессионально занимающихся производством абортов, не предпринимать никаких полицейских действий и, наконец, даже гомосексуальность объявить ненаказуемой.
Это означало: всё, что на территории Рейха не только традиционно стояло вне закона с точки зрения морали, но и влекло за собой также и самые тяжелые уголовно- и гражданско-правовые последствия (много людей было уничтожено из-за гомосексуализма), было узаконено в войне с рождаемостью славян. Это стало оборотной стороной той борьбы за увеличение рождаемости, в которую немецкие женщины и девушки были втянуты пропагандой и которая становилась всё более истеричной по мере того, как росли  потери немецкой армии на фронтах.
Основной мыслью было объединить рабский труд и долгосрочное истребление. Славяне, воспринимаемые нацистами как расово неполноценные, должны были предоставить им свою рабочую силу, не осуществляя при этом репродукции. На протяжении жизни одного поколения предполагалось совместить германизацию и эксплуатацию в оккупированных районах.
Концепция уничтожения восточных народов-гелотов (рабов) рабским трудом дополнялась расчётами, как благодаря применению новых методов сохранить рабочую силу миллионов рабов на ограниченный срок, но при этом воспрепятствовать их размножению.
Отсюда вскоре возникло требование принудительной стерилизации большого количества людей.  Появились планы, которые разрабатывались под руководством рейхсдоктора СС Гравица и которые в период с весны 1940 по лето 1941 - теперь уже с учетом огромного потенциала завоеванных советских территорий - обрели конкретную форму [4]. Первое задание Гейдриха: как в кратчайший срок и с максимально низкими затратами на рабочую силу и материал выполнить стерилизацию 1000 человек таким образом, чтобы они при этом ничего не заметили, т.е. скрытно?  На выбор были представлены три способа: l) стерилизация или кастрация с помощью рентгеновского облучения; 2) стерилизация с помощью растительного экстракта; 3) стерилизация путем безоперационного склеивания фаллопиевых труб у женщин (этот метод, само собой, в силу необходимости физического вмешательства не мог быть осуществлен незаметно для жертвы и поэтому требовал маскировки  цели вмешательства). Ни один из этих способов не зарекомендовал себя как достаточно успешный. Тем не менее, в ходе экспериментов большое число людей либо  стали бесплодны, либо погибли. 
Борьба с «манией размножения» парий (низших существ) играла важную роль в планах нацистов по обращению с миллионами насильственно депортированных в Рейх людей. В качестве потенциала для эксплуатации в их распоряжении находился неисчерпаемый человеческий резервуар в оккупированной немцами Европе, прежде всего, на необъятных просторах Востока — русские и поляки составляли две трети этой армии рабов.
Их массово помещали в сборные лагеря, изолировали, они терпели голод и нужду во всем – одежде, обуви, белье. К этому, наряду с само собой разумеющейся недоплатой, добавлялась постоянная опасность для каждого человека в любой момент стать жертвой одной из многочисленных мер насилия и принуждения. Этот классифицированный сразу же после евреев, заклеймённый метками  «P» (поляк) и «Ost» (русский) слой «низших существ» был подчинен идеально функционировавшей системе контроля и драконовскому полицейскому уставу. Тайная государственная полиция, другие организации госбезопасности, части вермахта и чрезвычайные суды на территории лагерей трудового воспитания (Ar­beitserziehungslagern) и вне их  уделяли ему особое внимание. Главное требование - избегать любой личной близости с немцами. Частые казни проводились прилюдно в присутствии товарищей по несчастью. Т.к. масса трудовых рабов находилась на территории рейха, совокупность мер против них составила то, что Карл-Хайнц Рот называет «первым общим обратным переносом концепции генерального плана «Ост» на внутриимперские отношения». Имеющийся опыт позволяет легко предположить, какая судьба была уготована этому эксплуатируемому потенциалу после окончательной победы.
Руководствуясь принципом насильственного баланса между  требуемой репродукцией рабов и нежелательностью их количественного прироста, контрольная система преследовала две главные задачи в отношении групп «низших существ»: запрет сексуальных контактов с немцами  и политика ограничения беременности. Совместно с низшими звеньями НСДАП была разработана совершенная система оповещения, начиная с предприятий, т.е. рабочих мест, и ведомств по вопросам молодежи и труда до гестапо -  в случае выявления запрещенных сексуальных контактов виновных ждали арест и наказание.
Новорожденных требовалось представить эксперту по установлению пригодности, так называемому айгнунгспрюферу, который в рамках  «ведомства по вопросам расы и колонизации» подчинялся соответствующим высшим чинам СС и полиции. Он проводил расовую проверку по определенным признакам – трудно представить себе более зловещий сценарий. В ходе такой проверки учитывались метрические показатели ребенка (предпочтение отдавалось крупным младенцам), строение тела (тип строения), цвет кожи (предпочиталась максимально светлая), волос (светлые) и глаз (естественно голубой). После этого производились общая оценка и классификация по разделам «кадастра народа» (Volkskatasters) от I до IV. Для вынесения окончательного решения об онемечивании или специальной обработке личное дело вместе с приложенными к нему фотоматериалами и результатами протоколов отправлялось более высокому ответственному чину СС.  Решение «специальная обработка» означало для женщины принудительное прерывание беременности, а в случае «пригодности для онемечивания» - роды в так называемых родильных бараках; для мужчины – либо принудительное онемечивание, либо уничтожение; для новорожденного при наличии «хорошей расовой предрасположенности» - отделение от матери и взращивание в приюте «Национал-социалистического народного попечения» (NSV) или гиммлеровском Lebensborn, в случае «расовой неполноценности» - передачу в дом младенца (Kleinkinderpflegestätte), что фактически было равноценно смертному приговору. Карл-Хайнц Рот пишет, что, начиная с 1941/42 г. эти постепенно реимпортируемые  из оккупированных областей принципы непрерывно совершенствовались до 1944 г. и уполномоченные врачи, которые сначала участвовали в процессе селекции, все больше  и больше отстранялись от него: «В документальных архивах высокопоставленного руководителя СС и полиции Веста содержатся многочисленные отчеты о проведении такого отбора и документально описана судьба некоторых отдельных людей».2 Система расового отбора гастарбайтеров (Fremdarbeiter) в соответствии с принципами «Списка немецкого народа» (Deutsche Volksliste) начиная с середины 1943 г. была введена на всей территории Рейха. Первые родильные бараки и так называемые дома младенца были организованы в трудовых лагерях при крупных промышленных предприятиях, т.е. в местах с особо высокой концентрацией польских и советских каторжных рабочих. Хотя исследования по этому вопросу еще находятся на начальной стадии, уже сейчас имеются шокирующие сведения. Среди них - тот факт, что все 400 детей, рожденных польскими и советскими женщинами, работавшими на заводе «Фольксваген», в период с лета 1943 по май 1945 года, умерли [5].
Сюда же добавлялись специальные акции, результатом которых являлось не что иное, как физическое уничтожение соответствующих групп людей. Речь при этом шла не только о хронически больных, но прежде всего о душевнобольных людях. Их сосредотачивали в сборных пунктах, а затем передавали в специальные учреждения, которые получили известность как клиники смерти, где осуществлялась так называемая дикая эвтаназия. Одновременно проводились кампании по истреблению больных туберкулезом поляков и русских - акции, которые взаимосвязанно претворялись в жизнь как в Рейхе, так и на оккупированных восточных территориях. «Очевидно, - говорит Рот, - что генеральный план «Ост», с его непосредственным обратным влиянием на сам Рейх, достиг к 1944/45 г.г. той стадии реализации, которая в части политики демографии и здравоохранения вышла за пределы своих экспериментальных истоков» [6].
Сохранившиеся документы нацистов в отношении их планов на период после окончательной победы не оставляют сомнений в том, что после процедур отбора согласно «списку немецкого народа» (Deutsche Volksliste) и разделения на оценочные группы, кроме меньшинств, признанных «расово ценными», народы огромного оккупированного пространства от Архангельска на севере до Астрахани на юге европейской части Советского Союза были бы либо полностью истреблены либо депортированы через Урал в Западную Сибирь и там предоставлены своей судьбе. Здесь нам и открываются подлинные масштабы второго, нееврейского, другого холокоста, реализация которого целиком и полностью зависела от дальнейшего хода войны. И теория, и практика генерального плана «Ост» не оставляют сомнения в апокалипсическом видении будущего, которое существовало в головах руководителей Рейха.  
В пропорции к численности населения наибольшее количество жертв во время Второй мировой войны понесли поляки. Однако в абсолютном значении сильнее всех пострадали народы Советского Союза – там погибло примерно 20 миллионов человек – гражданских лиц, военнопленных, павших в боях. Там, на востоке, возникает машина уничтожения, доселе невиданная в мировой истории, мобильные эскадроны смерти так называемых групп специального назначения (A, B, G и D), которые были рассеяны с севера на юг по всему огромному восточному фронту. Подразделенные на команды специального назначения, они предоставляют в центр, в Главное управление имперской безопасности в Берлине так называемые сообщения о событиях - подробные отчеты о том, сколько человек, где и когда уничтожены (по самым осторожным оценкам, это полтора миллиона человек).
Из примерно 5,7 миллионов советских военнопленных в лагерях и сборных пунктах погибло  2,5–3 миллиона, из них более половины в период с июня 1941 по март 1942 гг. Кристиан Штрайт  открыл эти и другие ужасные неопровержимые цифры, основанные на немецких документах, в своей уже ставшей классикой книге «Keine Kameraden. Die Wehrmacht und die sowjetischen Kriegsgefangenen 1941-1945».  Книга раз и навсегда разрушает легенду о «чистом мундире» германского вермахта и документально доказывает тот факт, что вермахт не только являлся решающим инструментом реализации национал-социалистических планов завоевания мира, но также был глубоко замешан в практику аппарата истребления. Об этом свидетельствуют приказы, отдававшиеся фельдмаршалами войскам на востоке, - приказы не считаться ни с какими международно- и военно-правовыми положениями международных конвенций и закрывать глаза на обусловленные идеологией массовые убийства, творимые эскадронами смерти; открытый призыв к участию в национал-социалистической политике истребления и уничтожения в войне на востоке со стороны генералитета, которым были отданы четыре «преступных приказа» - приказ о сотрудничестве армии с группами специального назначения, приказ об ограничении военной подсудности, приказ комиссара и директивы о поведении военных частей в России.  
В этих приказах генералитета впервые были открыто связаны между собой антикоммунизм и антисемитизм и в соответствии с национал-социалистической расовой идеологией криминализировано понятие «еврей», более того, целые народы объявлялись «дичью» для завоевателей.
Стремительное расширение восточных планов после нападения на Советский Союз не оставляет сомнений в отношении демографической политики, означавшей не только реализацию безрассудного колониализма, но и истребление соседей на востоке, искоренение всего русского народа, которому была уготована судьба, схожая с той судьбой, которая была предопределена евреям, – что, с учетом гораздо большей численности народа, и представляет собой другой холокост.
В условиях будущего немецкого господства такая политика истребления должна была охватить и большую часть других наций, особенно тех, которые в соответствии с пресловутой генеральной шкалой ценности занимали места в «табеле расовой ценности» чуть выше евреев, поляков и русских, - это были чехи, югославы и другие балканские народы, как, впрочем, и греки с итальянцами.  То есть те европейцы, в чьих странах аппарат насилия с огромной силой бушевал уже во время немецкой оккупации – факт, который до настоящего времени не снискал надлежащего внимания общественности ФРГ. Ещё менее известны факты бойни, которую вермахт устроил на Балканах, прежде всего в Греции; зверства и массовые убийства подданных одной из держав «оси», Италии, частями СС и армии после падения Муссолини в июле 1943.
Показательным документом, связанным с Генеральным планом «Ост», является речь, которую Рейнхардт Гейдрих, шеф главного управления имперской безопасности и на тот момент также исполняющий обязанности имперского протектора Богемии и Моравии, произнес 2 октября 1941 г. перед ведущими представителями немецкого оккупационного режима.
В ней Гейдрих заявил, что громадные оккупированные пространства никогда более не будут освобождены; что будущее Рейха зависит от способности удержать эти пространства или овладеть ими и, при необходимости, присоединить их к Рейху. Затем Гейдрих затронул в своей речи две части, на которые разделялось оккупируемое немцами пространство. Одна, населённая германцами,  которые, правда, в силу плохого политического руководства и влияния еврейства отклонились от правильного курса, но постепенно должны быть исправлены – Норвегия, Голландия, Фландрия, Дания и Швеция. В отношении их следует найти совершенно иной способ обращения, чем в отношении другой группы – славян и подобных им народов.
Затем Гейдрих добавил, при этом потеряв во втором предложении смысл своей тирады:  «Эти вторые - восточные пространства, где нужно знать, что доброта истолковывается только как слабость, это пространства, где славянин сам абсолютно не желает, чтобы к нему относились как к равному, где он не привык к тому, чтобы господин был с ним в панибратских отношениях. Это пространства, где немецкая верхушка после военного продвижения далеко вглубь России, вглубь Урала, должна быть использована в качестве сырьевой базы, в качестве рабочей силы для решения высоких культурных задач, в качестве гелотов, если говорить в резкой форме.
Это - пространства, которые, собственно, рассматриваются как заграждение для новой земли на побережье, в то время как на самом востоке будет создан «защитный вал» из вербауэров (вооруженных крестьян), чтобы оградить эту землю от «штормовых приливов» из Азии, её затем надо будет разделить «траверсами» таким образом, чтобы постепенно сделать эту землю нашей добычей, в то время как у окраины самой Германии, заселенной людьми, в чьих жилах течет немецкая кровь, постепенно будет воздвигаться один немецкий «вал» за другим. В этом разрезе вы можете понять задачи, которые нам теперь предстоит там выполнить» [7].
 Это звучит как комментарий к основной концепции Генерального плана «Ост» и ко всем письменным документам, связанным с ним, - чудовищная, невиданная ранее колонизация, подстегиваемая безграничной жаждой захватов. Однако «дикими» эти планы не были ни в коем случае! Напротив, генеральный план «Ост» идеально вписывается в общий план «нового порядка» и политику жизненного пространства, которая, в свою очередь, непосредственно согласуется с соответствующими тезисами из гитлеровской «Майн Кампф» и которая уже в 1935 г. получила свой теоретический и организаторский центр под эгидой «Имперского ведомства пространственного устройства». В 1940 г. в сотрудничестве с Немецким институтом внешней политики оно ввело такие термины экспансии и проникновения, как «большое пространство», «руководящий народ», «порядок устройства большого пространства» и «управление большим пространством». За этими словесными масками скрывается жесточайший проект переустройства, которому бригаденфюрером СС и наместником Рейха в Дании Вернером Бестом были даны точные определения. Согласно им, ««большое пространство» - это общее пространство, объединенное одним народом за пределами его собственного жизненного пространства в новый единый политический и экономический ареал, отделенный от других больших пространств и противопоставленный им» [8].
«Руководящий народ» определяется как «народ, который объединяет большое пространство в единый ареал, который создает порядок устройства большого пространства и осуществляет управление большим пространством». Бест детально рассмотрел четыре формы управления таким:
1) Союзное управление подразумевает формальную самостоятельность соответствующего государства, которое, однако, обязано следовать директивам и рекомендациям руководящего народа.  Контроль над таким государством осуществляется дипломатическим представительством руководящего народа.
2) Надзорное управление этот термин означает государство, имеющее собственные органы правительства, которые, однако, подчиняются наместнику руководящего народа.
3) Правительственное управление общее централизованное управление осуществляется представителями руководящего народа, что означает зависимость от него.  Однако ещё дальше идёт последняя форма.
4) Колониальное управление — не предусматривает никакого участия подчиненного народа в политическом и экономическом управлении государством, что означает полное подавление и абсолютную бесправность.
 
Кодификация национал-социалистической политики жизненного пространства являлась не только рамками, в которые идеально вписывался Генеральный план «Ост», но и проектом господства великогерманской мировой империи после окончательной победы, окончательной исторической классификации территорий планеты в соответствии с расовой идеологией нацистов и её материализацией в условиях неизменного соотношения сил. Другими словами, национал-социалистическая политика жизненного пространства представляла собой Генеральный план «Ост» для всего земного шара.  
 
 
„Wenn Hitler den Krieg gewonnen hätte – Die Pläne der Nazis nach dem Endsieg“, 2. Auflage, Verlag Kiepenhauer & Witsch, Köln 2002. – 384 S.
 
 
Примечания
 
[1] Hepp Michael. Die Durchdringung des Ostens in Rohstoff- und Landwirtschaft, in „1999“, Zeitschrift für Sozialgeschichte des 20. und 21. Jahrhunderts, 4/1987. – S. 101
 
[2] Einsiedel, Heinrich Graf: Tagebuch der Versuchung, Berlin/Stuttgart 1950. – S. 50
 
[3] Генерал-губернаторство Юго-Восточная Пруссия – наименование административно-территориального образования на территории оккупированной гитлеровской Германией Польши, существовавшего в 1939—1945. Некоторые регионы Польши (Познань, Катовице, польское Поморье) были сразу аннексированы Третьим рейхом как « рейхсгау» или даже обычные районы и не входили в состав генерал-губернаторства. Генерал-губернаторство делилось на четыре округа: Краковский, Варшавский, Люблинский и Радомский. Столицей генерал-губернаторства был Краков. – прим. ред. сайта.
 
[4] Roth, Karl-Heinz: Bevölkerungspolitik und Zwangsarbeit im Generalplan Ost, Dokumentationsstelle zur NS-Sozialpolitik, Mitteilungen, 1. Jg. 1985, Heft 2-4. – S. 7
 
[5] Там же, S. 17
 
[6] Там же, S. 18
 
[7] Eichholtz, Dietrich: der Generalplan Ost. Über eine Ausgeburt imperialistischer Denkart und Politik, in: Jahrbuch für Geschichte 26, Berlin/DDR, 1982. – S. 257
 
[8] Best, Werner: Großraumordnung und Großraumverwaltung, in: Zeitschrift für Politik, Bd. 32, Berlin 1942. –     S. 406


Читайте также на нашем сайте: 


Опубликовано на портале 08/05/2007



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Яндекс.Метрика