Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Истоки глобализации: мир-системный анализ

Версия для печати

Избранное в Рунете

Леонид Гринин

Истоки глобализации: мир-системный анализ


Гринин Леонид Ефимович - директор и главный научный сотрудник Волгоградского центра социальных исследований, доктор философских наук.


Истоки глобализации: мир-системный анализ

Мало кто отрицает, что истоки глобализации лежат глубоко в истории, но о том, когда глобализация началась, идут довольно острые споры. Хотя среди исследователей есть тенденция занижать масштабы связей в докапиталистические периоды, уровень интеграции мира уже тогда не был чем-то незначимым или виртуальным, а сильно влиял на общий вектор развития, ускоряя развитие многих обществ и тер¬риторий. Разумеется, скорости распространения сигнала от одного конца мир-системы до другого были несопоставимы с современными, однако так или иначе такой сигнал проходил и вызывал очень крупные изменения.

Настоящая статья написана в аспекте, который нередко называют историче­ским измерением глобализации, ее задача - проанализировать процессы и мас­штабы интеграции в исторической ретроспективе начиная с аграрной революции. Эти интеграционные процессы - в зависимости от позиции - можно рассматри­вать либо как подготовительные, либо как начальные этапы глобализации. Хотя по этой тематике уже имеются довольно обстоятельные исследования (см., на­пример: Чумаков 2011; Пантин 2003; Хелд и др. 2004), тем не менее очень многое еще нуждается в изучении, уточнении, переосмыслении и новой интерпретации.

Мало кто сомневается, что истоки глобализации (независимо от того, с какого момента ее отсчитывать) лежат глубоко в истории. В то же время идут довольно острые споры о том, когда глобализация началась [1]. Однако эта проблема обсуж­даться здесь не будет, поскольку это тема для отдельной работы. Зато в контексте задач данной статьи важно рассмотреть, можно ли и в какой мере говорить о про­цессах в рамках Афроевразийской мир-системы до Великих географических от­крытий (ВГО) как о глобальных. Афроевразийская мир-система (подробнее см. ниже) включала в себя территории двух континентов: Африки и Евразии (то есть по географическому содержанию это понятие близко тому, что после открытия Америки стали называть Старым Светом).

Слово «глобальный», согласно современным толкованиям (см., например: Новейший... 2001: 232), имеет несколько значений, в частности: 1) охватываю­щий земной шар и 2) масштабный. Очевидно, что в первом значении о глобаль­ных связях можно говорить только после ВГО. Однако представляется, что во втором значении - масштабности - наиболее широкие процессы и связи в Старом Свете можно определить как глобальные.

Исходя из этого, одна из главных задач статьи - проанализировать масштабы интеграции мира до ВГО и показать, что на своих высших уровнях они вполне достойны именоваться глобальными (пусть и в вышеуказанном ограниченном смысле). Речь идет именно о высших, предельных уровнях отношений, так как обыденный уровень отношений - в связи с ограничениями транспорта и связи - был невелик. Однако для полноценного обоснования таких выводов и с учетом того, что среди исследователей сохраняется тенденция занижать масштабы связей и процессов в докапиталистические периоды, требуется, во-первых, достаточно скрупулезный анализ фактов [2], а во-вторых, особая концептуальная методология (что обусловило выбор мир-системного аспекта).

Имеется периодизация становления глобальных связей по их масштабности А. Н. Чумакова (2011: 166-167), которая в целом логично отражает общую тен­денцию роста последней: 1) эпоха фрагментарных событий (завершается 5 тыс. лет назад); 2) эпоха региональных событий (завершается в XV в.); 3) эпоха гло­бальных событий (завершается в середине ХХ в.) [3]. Тем не менее определенные моменты этой периодизации нуждаются в обсуждении и дополнительных интер­претациях. В частности, в свете нижесказанного, возможно, имеет смысл вставить между второй (региональных событий) и третьей эпохой (глобальных событий) эпоху меж(над)континентальных событий.

В рамках статьи я стремился:

1) доказать, что уже несколько тысяч лет назад (по крайней мере, с IV-III тыс. до н. э., с периода широкомасштабной торговли металлами) масштабы системных отношений далеко переросли региональный уровень и стали межрегиональными, что можно определить как континентальные контакты;

2) показать, что уже в конце I тыс. до н. э. масштаб процессов и связей (выс­шего уровня) в рамках мир-системы не только превышал региональный и достиг континентального уровня, но и вышел далеко за пределы отдельных континентов. Поэтому я полагаю, что предельные системные контакты между участниками от­ношений разного типа (от обществ до индивидов) можно определить как меж(над)континентальные (причем как сухопутные, так и океанические - см. ни­же о связях в рамках Индийского океана);

3) доказать, что масштаб глобальной интеграции в мире до ВГО был в неко­торых параметрах сравним с глобальной интеграцией после них. В частности, в демографическом отношении реально интегрированное человечество составля­ло 9/10 населения мира уже два тысячелетия назад.

Анализ показывает, что указанный предельный уровень интеграции в рамках Афроевразийской мир-системы не был чем-то незначимым или виртуальным, а сильно влиял на общий вектор развития, ускоряя развитие многих обществ и тер­риторий, которые иначе бы безнадежно отстали от ядра мир-системы. Разумеется, скорости распространения сигнала от одного конца мир-системы до другого были несопоставимы с современными, однако так или иначе такой сигнал проходил и вызывал очень крупные изменения. Но иногда скорость и не была такой уж ма­лой. Например, бубонная чума, унесшая десятки миллионов жизней, с Дальнего Востока до Атлантического океана распространилась примерно за полтора деся­тилетия (приблизительно с 1331 по 1347 г.). И столь быстрое и мощное ее движе­ние было напрямую связано с выросшей плотностью и диверсификацией контак­тов, открывших путь патогенам. Почти столь же быстро прошли с одного конца Евразии до другого монгольские воины.

1. Афроевразийская мир-система: общий обзор

Для анализа истоков глобализации можно, конечно, опираться только на средства глобалистики. Однако для анализа исторического процесса их все-таки недостаточно, вот почему мне казалось продуктивным привлечь мир-системный подход, который в значительной мере приспособлен для решения таких задач. Мир-системный подход не нов для глобалистики, в частности, в ней традиционны ссылки на работы одного из его основателей - И. Валлерстайна. Представляется, однако, что этот подход мог бы использоваться в ней шире, поскольку он облада­ет весьма существенными достоинствами. Во-первых, в его основе лежат систем­ность и широкий охват исторического пространства и времени. Как подчеркивают К. Чейз-Данн и Т. Холл, наиболее важным уровнем (структурой) анализа для понимания социальных изменений здесь являются не общества и государства (как в обычном историческом исследовании), а мир-система в целом. Во-вторых, объект мир-системного анализа во многом совпадает с объектом гло­балистики. В-третьих, с учетом междисциплинарности глобалистики привлече­ние в нее новых парадигм, думается, только обогатит ее. Что касается настоящей статьи, то мир-системный подход, его проблематика и терминология, на мой взгляд, очень хорошо подходят для доказательства изложенных тезисов и реше­ния поставленных в ней проблем.

Мир-системный подход зародился в 60-70-е гг. прошлого века благодаря ра­ботам Ф. Броделя, А. Г. Франка, И. Валлерстайна, С. Амина и Дж. Арриги (см. подробнее: Гринин, Коротаев 2009). Согласно И. Валлерстайну (Wallerstein 1974), современная мир-система формируется в так называемом «долгом шестна­дцатом веке» (приблизительно 1450-1650 гг.). Помимо подхода Валлерстайна существует еще несколько подходов: А. Г. Франка, К. Чейз-Данна и Т. Холла и др. Все исследователи так или иначе согласны в том, что с XVI в. существовала единая мир-система. Однако относительно предшествующего периода их взгляды радикально расходятся. Чейз-Данн и Холл (Chase-Dunn, Hall 1997) исходят из того, что начиная с V тыс. до н. э. на территории Евразии стали зарождаться раз­личные многочисленные мир-системы, однако они постепенно интегрировались, и примерно с 200 г. до н. э. можно говорить о единой Афроевразийской мир-системе. А. Г. Франк (Frank 1993; Frank, Gills 1993) считал, что речь изначально должна идти лишь об одной Мир-Системе (World System, с заглавных букв). При этом, по Франку, Мир-Система зародилась почти пять тысяч лет назад на Ближ­нем Востоке. Эта Мир-Система постепенно включала в себя все новые области нашей планеты, пока в XIX в. не охватила весь мир.

В настоящей статье будут проанализированы процессы, которые способство­вали возникновению и росту Афроевразийской мир-системы, поскольку ее следу­ет рассматривать как прямую предшественницу современной планетарной Мир-Системы. Афроевразийская мир-система уже более двух тысяч лет назад оказалась соединенной из конца в конец торговыми связями, к концу XIII в. н. э. достигла кульминационной стадии для докапиталистической эпохи, начиная с конца XV в. стала расширяться за счет других мир-систем и наконец в течение XVI-XIX вв. стала планетарной Мир-Системой [4].

Мы полагаем (см.: Гринин, Коротаев 2009), что до появления единой Мир-Системы существовало по крайней мере несколько мир-систем (американская, полинезийско-меланезийская, австралийская). Однако Афроевразийская мир-система с самого своего возникновения и на протяжении последующих тысячеле­тий постоянно лидировала, имела тенденцию к расширению, усложнению и более высокую скорость развития. Уже к началу I в. н. э. в ней проживало более 90 % населения мира (см., например: Durand 1977: 256), и далее этот процент не умень­шался, а лишь возрастал.

Мир-систему можно определить как обладающую системными характери­стиками предельную совокупность социумов, заметным образом прямо или опосредованно связанных между собой. При этом важно, что за границами данной совокупности уже не имеется значимых контактов и взаимодействий между обществами (их элементами) и другими компонентами, входящими в эту мир-систему, и обществами и прочими компонентами, входящими в дру­гую мир-систему, а равно не входящими ни в какую мир-систему (см. под­робнее: Гринин, Коротаев 2009: 9-10). При этом предельность понимается как такая граница, за которой если и есть контакты между обществами мир-системы и не входящими в нее социумами или их частями, то эти контакты не слишком существенны, то есть они даже по истечении значительного времени не ведут к серьезным изменениям в системе, подобно тому, как путешествия скандина­вов в Новый Свет и даже создание ими там своих поселений не привели ни к каким значимым изменениям ни в Америке, ни в Европе.

Однако это определение прежде всего относится к периоду, когда сосущест­вовало несколько мир-систем. Для современной единой Мир-Системы ее дефи­ниция оказывается более приближенной к понятиям «планетарная система», «гло­бальная система», «человечество как система». В любом случае в понятии «мир-система» необходимо учитывать оба аспекта: «мира», то есть масштабности в пространстве и времени, и «системы», то есть особой значимости внутренних свя­зей и взаимодействий (см. подробнее: Там же: 9 и далее).

Важные особенности Афроевразийской мир-системы вытекали из ее масшта­ба и древности, что вело к непрерывности качественных трансформаций мир-системы за счет высокой скорости изменений при ощутимой преемственности в развитии. Необходимо также указать на специфику природно-географических условий. К числу последних относились, в частности: огромный пояс евразийских степей, что обеспечило высокую роль варварской кочевой периферии; большая роль водных коммуникаций, благодаря которым возникли плотно взаимодействую­щие регионы, в рамках которых перемещались самые разные группы товаров (Сре­диземное море, Балтийское море, путь «из варяг в греки», Индийский океан и др.).

Краткий обзор основных событий эволюции Афроевразийской мир-системы

Процессы объединения обществ начались десятки тысяч лет назад. Поэтому даже для первобытного мира говорить о полной разобщенности невозможно. Имеются многочисленные археологические, палеолингвистические и иные дан­ные о культурно-информационных и материально-обменных контактах уже в верхнем палеолите на достаточно больших пространствах, насчитывающих сотни и даже тысячи километров. Например, морские раковины с берегов Средиземно­го моря обнаружены в верхнепалеолитических стоянках Германии, черномор­ские раковины - в Мезенском поселении на Десне за 600 км от моря и т. д. (см., например: Кларк 1953; Румянцев 1987: 170-171). Однако по-настоящему о про­цессах интеграции обществ можно говорить только после начала аграрной ре­волюции.

В течение X-VIII тыс. до н. э. на Ближнем Востоке (в районе Месопотамии, Палестины, Иордании, Сирии и т. д.) появляются и распространяются земледелие и скотоводство, в результате чего уровень развития обществ и поселений подни­мается. В течение VIII-V тыс. до н. э. между различными районами Передней и некоторых других регионов Азии и частично Европы устанавливаются достаточ­но эффективные информационные, культурные и даже торговые связи.

В IV-III тыс. до н. э. сначала в Южной Месопотамии, затем в других местах Ближнего Востока возникает множество городов. Появляется письменность. В это же время в Египте и Месопотамии осуществляется переход к широкомасштабно­му ирригационному земледелию и новым технологиям обработки почвы. На этой базе формируются первые ранние государства и цивилизации. В это время доста­точно синхронно начинают широко внедряться важнейшие технологические ин­новации: колесо, плуг, гончарный круг, упряжь. Появление меди и бронзы рас­ширяет военные возможности, начинается борьба за гегемонию. Политическую карту постоянно меняют нашествия кочевников (гутиев, амореев, гиксосов и др.). В III тыс. до н. э. возникают и развиваются новые центры цивилизации (Крито-микенская, Индская, или Мохенджо-Даро и Хараппы). Несколько позже, во II тыс. до н. э., на Дальнем Востоке также появляется новый мир-системный центр (первое китайское государство Шан-Инь). В целом в результате указанных процессов границы мир-системы колоссально расширяются. В течение I тыс. до н. э. борьба за гегемонию выходит далеко за рамки Ближнего Востока. В ре­зультате греко-персидских войн в V в. до н. э. впервые столкнулись Европа и Азия. Поход Александра Македонского в конце IV в. до н. э. создал (правда, не­надолго) действительно Афроевразийскую империю, расположенную на трех континентах. В конце этого тысячелетия образуются новые крупные государства: Римская республика и Китайская империя (Цинь, потом Хань). Затем между За­падным и Восточным концами мир-системы устанавливается новый, небывалый по длине торговый (Шелковый) путь.

В I тыс. до н. э. и в начале I тыс. н. э. в связи с изменениями климата и в ре­зультате важных технических инноваций (седло, стремя и др.) формируется но­вый тип кочевых обществ, способных покрывать на лошадях огромные расстоя­ния и быстро превращаться в мобильную армию. В результате огромный массив евразийских степей стал кочевой периферией мир-системы.

В первые века нашей эры в итоге массовых переселений и военных вторже­ний народов варварской периферии этническая и культурная картина в мир-системе сильно изменилась. Западная Римская империя исчезла под ударами вар­варов. Еще ранее произошел коллапс империи Хань в Китае. В итоге бурных со­бытий в мир-системе (в Европе, Африке и Азии) появляется множество новых государств, в том числе и имперского типа (Франкская, Византийская империи, государство Сасанидов, империя Гуптов в Индии, империя Тан в Китае), часть из которых (как Тюрские каганаты) играла роль торговой связки между Востоком и Западом.

В I тыс. н. э. возникли и/или стали распространяться мировые религии (вклю­чая конфуцианство). Буддизм широко распространялся в различных регионах Южной, Юго-Восточной и Восточной Азии (включая Китай, Японию, Корею и Тибет). Конфуцианство стало преобладать в Восточной и Юго-Восточной Азии. Христианство охватило всю Западную и Восточную Европу, Ближний Восток и Северную Африку. Наконец, с VII в. стал распространяться ислам, охвативший всю Переднюю Азию и часть Африки.

Важнейшими мир-системными событиями стали Крестовые походы XI-XIII вв., открывшие на многие века канал торговли пряностями из Индии в Евро­пу. Образование небывалой по размерам Монгольской империи в XIII в. обеспе­чило приток важнейших инноваций в Европу и создало ранее невиданный по масштабам и эффективности торговый путь из Китая в Европу. Варварская полу­периферия оказалась включенной в цивилизационную среду (конфуцианства и ислама), что способствовало мощному проникновению мир-системных связей далеко на север Евразии и вглубь Африки.

Важным событием также было включение Южной Индии в более тесные кон­такты с другими частями мир-системы за счет постепенного установления там власти мусульман и частичной исламизации населения. В XV в. в Передней Азии появляется новая политическая и военная сила - Османская империя, которая сменила в регионе власть египетских мамлюков. Турки перекрыли левантийскую торговлю пряностями и ускорили поиск морского пути в Индию.

Новые качественные изменения в Афроевразийской мир-системе были связа­ны с началом ВГО.

Отметим также африканское направление расширения мир-системы. Северо­Восточная Африка (Египет) была одним из древнейших и важнейших регионов земледелия, цивилизации, периодами - одним из важных центров мир-системы. В результате усилий сначала Египта, потом Карфагена и Рима мир-система постепенно продвигалась на юг и запад Африки. Не следует также сбрасывать со счетов эффект внутриафриканских миграций и диффузии инноваций (в результа­те которых культура железа стала знакомой почти всему континенту). Благодаря распространению ислама и торговле арабских купцов в Индийском океане в Аф­рике росло число мусульманских обществ, а контакты с внутренней Африкой расширялись. В результате открытия морского пути в Индию вокруг Африки и развития трансатлантической работорговли почти весь континент оказался связан с европейской экономикой. Но некоторые внутренние районы были окончательно включены в глобальные связи только в конце XIX в. и даже в ХХ в., то есть они инкорпорировались уже в Мир-Систему.

2. Мир-системные процессы и связи

Системность и особенности процессов. Мир-системные процессы и транс­формации могут быть намного лучше поняты, если принимать во внимание свой­ства систем. Системность объясняет синхронность или асинхронность некоторых процессов, наличие в мир-системе положительных и отрицательных обратных связей, прослеживающихся на протяжении длительного времени, например в де­мографических показателях. Изменения и трансформации в отдельных частях мир-системы могут тем или иным образом отозваться на ситуации в других ее частях за счет того, что можно назвать трансформацией импульсов. Последняя способна проявляться в самых различных формах, порой вызывая неожиданные последствия. Так, ухудшение возможностей доставки пряностей в XV в. в Европу в результате турецких завоеваний было одной из важных причин поиска морского пути в Индию, что в итоге изменило весь уровень отношений в мир-системе. За счет системности процессы, начавшиеся в одном месте мир-системы, быстро рас­пространяются на многие ее части. Классическим примером является распростра­нение чумы в XIV в. Таким образом, в мир-системе проявляется фундаментальное качество системы, согласно которому целое не равно его части.

Очень интересной формой проявления системных качеств выступают син­хронные явления, происходящие в разных частях мир-системы. Например, от­мечена синхрония в росте и уменьшении населения в крупнейших городах с 500 г. до н. э. до 1500 г. н. э. в Западной и Восточной Азии (Chase-Dunn, Manning 2002). На синхронные явления указывают и исследователи бронзового века и предшествующих ему периодов (см. об этом, например: Frank 1993). К числу важных синхронных явлений в мир-системе можно отнести и такие феномены, как Осевое время в I тыс. до н. э. (Ясперс 1994), совершение военной революции и формирование нового типа государственности в Европе и Азии в конце XV-XVI в. н. э., которые оказали колоссальное влияние на формирование современ­ной Мир-Системы и процессы глобализации в целом.

При рассмотрении общих тенденций развития Афроевразийской мир-системы необходимо отметить два момента:

а) переход мир-системы на новый уровень вызывает эффект распространения (путем заимствования, модернизации, насильственной трансформации и интегра­ции и т. д.) новых явлений на территории, которые оказываются не готовы к са­мостоятельной трансформации в соответствующем направлении. Это наглядно видно во множестве процессов, которые обеспечивали развитие Афроевразийской мир-системы, в частности: распространение государственности на территории, еще не дозревшие до самостоятельного перехода к государству; насильственное перемещение народов; распространение мировых религий и т. п. Таким образом, процесс изменений существенно ускоряется;

б) рост Афроевразийской мир-системы обеспечивался угнетением определен­ных ее частей, и наоборот - расцвет тех или иных обществ приводил к временно­му снижению уровня развития мир-системы (как, например, было в первое время после монгольских завоеваний).

Важнейшие типы мир-системных связей. Переход мир-системы на каждый новый уровень развития был неизбежно связан с расширением и укреплением коммуникативных связей и сетей. К. Чейз-Данн и Т. Холл (Chase-Dunn, Hall 1997) выделяют следующие основные типы мир-системных пространственных связей: обмен массовыми товарами [5], обмен престижными товарами, военно-политичес­кое взаимодействие и информационный обмен. Но при этом они отмечают, что мировые религии были важными инновациями в информационной сети и пред­ставляли новые техники идеологической власти. Поэтому мне представляется, что в «информационном обмене» стоило бы выделить культурно-цивилизационное (идеологическое) взаимодействие в качестве особого типа связей, поскольку оно существенно отличается от обычных информационных потоков [6]. Культурно-идеологическая коммуникация была важнейшей для Афроевразийской мир-системы, по крайней мере в период ее зрелости. В частности, с VIII в. н. э. вся ее цивилизованная часть (за исключением Южной Азии) представляла собой активно взаимодействующие культурные ареалы мировых религий.

Развитие торговых связей. Уже в рамках зарождающейся Афроевразийской мир-системы (то есть в районе Плодородного полумесяца) имела место крупно­масштабная по тем временам торговля, причем именно стратегическими и важны­ми хозяйственными товарами. В частности, с Анатолийского плато обсидиан, поль­зовавшийся большим спросом для изготовления каменных орудий, широко распро­странялся по всему Ближнему Востоку, по крайней мере, уже в VII тыс. до н. э. Вероятно, также торговали продуктами питания, кожей и текстилем (Ламберг-Карловски, Саблов 1992: 87). В работе Е. Н. Черных (Chernykh 1992) приводятся сведения о широкомасштабной торговле металлами в V-IV тыс. до н. э. Еще боль­ше свидетельств о широкомасштабной торговле в III-II тыс. до н. э. В I тыс. до н. э. торговля на дальние расстояния (в том числе морская) стала еще более развитой [7].

Глобальные коммуникации I - начала II тыс. н. э. Во второй половине I тыс. н. э. в бассейне Индийского океана от восточного побережья Африки до Индонезии, Юго-Восточной Азии и Китая сложился прообраз будущей Мир-Системы, связанной океанами. В этой широкой международной торговле играли важную роль персидские, арабские, индийские и другие купцы. Важно отметить, что торговля в этом регионе не ограничивалась только предметами роскоши, а включала и много тяжелых и объемных грузов, таких как финики, строительные материалы, строевой лес и др.

В XIII-XIV вв. создается и функционирует мощный сухопутный торговый путь через территории монгольских государств, реально связавший после некоторого перерыва основные зоны мир-системы. Эта мир-системная торговля, по мнению Дж. Абу-Луход (Abu-Lughod 1989), была существенно сложнее организована, име­ла больший объем и действовала с большей изощренностью, чем какая-либо дру­гая, существовавшая ранее.

3. Генезис и трансформации мир-системы

Дискуссия о времени возникновения Афроевразийской мир-системы. По поводу времени формирования Афроевразийской мир-системы имеется много точек зрения. Так, например, А. Г. Франк и У. Томпсон относят это начало к IV-III тыс. до н. э., Д. Вилкинсон и Ю. Е. Березкин - ко II тыс. до н. э. Мы относим ее начало к намного более раннему периоду (Korotayev, Grinin 2006; Гринин, Коро-таев 2009). Чейз-Данн и Холл полагают, что она реально существовала только в конце I тыс. до н. э.

Подходы к решению этого вопроса очень сильно зависят от того, какие кри­терии для определения мир-системы используются: массовых товаров (более же­сткий критерий), престижных товаров (средний критерий), информационных по­токов (мягкий критерий). Чем жестче подход, тем ближе к современности дата ее формирования. Но ситуация с датировками существенно меняется также в зави­симости от взгляда на генезис этой мир-системы. Если предполагать, как Чейз-Данн и Холл (Chase-Dunn, Hall 1997: 150), что к моменту открытия Шелкового пути имелись три главные независимые мир-системы (Западноазиатская, Китай­ская и Южноазиатская), которые потом инкорпорировались в одну мир-систему, то возникновение единой Афроевразийской мир-системы логично относить к концу I тыс. н. э. Но если исходить из того - а для этого есть очень веские осно­вания, - что Западноазиатская мир-система была изначально технологически, со­циально и экономически лидирующей и более инновационной, и именно ее рост дал наибольший вклад в процессы инкорпорации в рамках Афроевразии, то гене­зис Афроевразийской мир-системы удаляется в прошлое на тысячелетия [8].

Но в любом случае, к какому бы времени ни относить начало Афроевразийской мир-системы, ясно, что корни ее формирования лежат достаточно глубоко, доходя до начала аграрной революции в X-VIII тыс. до н. э. В этом длительном процессе ее генезиса, формирования и трансформации можно выделить несколько крупных этапов, которые также можно связать с масштабами контактов.

Формирование контуров и структуры Ближневосточного региона, одного из главных центров будущей Афроевразийской мир-системы, относится пример­но к периоду VIII-IV тыс. до н. э. Это время завершения первого этапа аграрной революции на Ближнем Востоке [9]. В этот период начались процессы формирования сверхдальних по тем временам достаточно постоянных информационно-обменных (в широком смысле слова) контактов, сложных политий, стали появ­ляться протогорода.

В V тыс. до н. э. в Южном Двуречье развивается Убейдская культура, в рам­ках которой в дальнейшем в значительной мере формируется материальная и со­циальная основа Шумерской цивилизации. Позже из Убейдской культуры вырас­тает Урукская, которая характерна наличием значительного числа достаточно крупных поселений. Сам город Урук в конце IV тыс. до н. э. представлял собой гигантский по тем временам городской центр, по некоторым данным, превышав­ший по площади 200 га, с населением не менее 20 тыс. человек (Bernbeck, Pollock 2005: 17).

В конце этого периода происходит городская революция (см.: Childe 1952: Ch. 7), которая означала, по мнению Ю. Березкина (2007), выход общества на качествен­но новый уровень сложности, демографической плотности и технической осна­щенности. Возникают уже урбанизированные общества. В конце IV тыс. до н. э. появляются первые ранние государства или их аналоги (Гринин 2011; Grinin 2008) и цивилизации.

Таким образом, в целом в этот период масштабы связей можно оценить как региональные, однако к концу периода они начинают перерастать в межрегио­нальные.

Развитие центров мир-системы в бронзовом веке тыс. до н. э.). Это был период развития интенсивного сельского хозяйства и ускоренного роста на­селения мир-системы. Достаточно быстрый процесс урбанизации происходил во второй половине IV - первой половине III тыс. до н. э., затем замедлился и оста­вался сравнительно медленным вплоть до начала I тыс. до н. э. (см.: Korotayev, Grinin 2006), поскольку, говоря словами А. Л. Оппенхейма, шло непрерывное противоборство анти- и проурбанистических тенденций. Намного более важным итогом этого периода является рост политической интеграции обществ, что было следствием очень сложных военно-политических и иных взаимодействий. Во-первых, шел рост уровня сложности государственности: от городов и малых политий к крупным ранним и развитым государствам. Во-вторых, появились первые империи. В-третьих, можно согласиться, что процессы подъемов и упадка поли­тической гегемонии отчетливо видны уже с III тыс. до н. э. (Frank, Gills 1993; см. также: Chase-Dunn et al. 2011). В конце III-II тыс. до н. э. в Месопотамии сменяют друг друга Аккадское царство, государство III династии Ура, Старовавилонское царство, Ассирийская держава. Затем в течение II тыс. до н. э. идет ожесточенная борьба между Ассирией, Египтом, Хеттским царством.

Система торговли престижными товарами в рамках Переднеазиатского ре­гиона достигает высокого уровня и нередко поддерживается государствами. Через Персидский залив устанавливаются торговые связи с Южной Азией. В Восточ­ную Азию из Западной проникают ключевые сельскохозяйственные технологии: злаки и виды крупного и мелкого рогатого скота, а также, возможно, металлурги­ческие, транспортные и военные технологии (см., например: Березкин 2007). Таким образом, в Южной Азии и на Дальнем Востоке формируются новые мир-системные центры, которые будут развиваться в течение всей последующей исто­рии Афроевразийской мир-системы. Между всеми центрами существовали мас­штабные коммуникационные связи, но лидерство Переднеазиатского центра (в технологиях и политическом уровне) сохранялось достаточно долго.

Таким образом, масштабы стали не только межрегиональными, но вполне ясно наметились контуры трансконтинентальных связей.

Расширяющийся пояс империй и новых цивилизаций (I тыс. до н. э. - 200 г. до н. э.). Это время раннего железного века, и новые технологии принесли огром­ные изменения. Уже в первой половине I тыс. до н. э. аграрная революция окон­чательно завершается за счет распространения технологии плужного неполивного земледелия с использованием орудий, имеющих железные рабочие части. А на сформировавшейся сельскохозяйственной и производственной базе происходят огромные изменения в торговле, военно-политической сфере, начинается новый подъем урбанизации и государственности (появляется группа развитых госу­дарств [см. подробнее: Grinin 2008]). В Афроевразийской мир-системе постоянно расширяется пояс империй: Нововавилонская, Мидийская, Персидская, Македон­ская (и ее наследники) - в центре; империя Маурьев на Юге в Индии, Карфаген­ская держава на Западе. Конец периода знаменуется формированием крупных государств-империй на крайнем западе (Римская республика) и крайнем востоке (первое централизованное государство в Китае) Афроевразийской мир-системы. Устанавливаются торговые связи от Египта до Афганистана и долины Инда, и в целом вся территория оказывается связанной военно-политически. Это также формирования цивилизаций второго поколения (Осевого времени по К. Ясперсу). Происходит быстрое развитие всех мир-системных центров. Переднеазиатский центр окончательно интегрируется со средиземноморским миром, а европейские территории варварской периферии все активнее связываются с мир-системой во­енными, торговыми и культурными связями.

Таким образом, масштабы, сложность и плотность связей в рамках мир-системы продолжали расти, приобретая континентальные и межконтинен­тальные масштабы.

Мир-система в период активизации варварской периферии (конец I тыс. до н. э. - начало VII в. н. э.). В этот период связи в мир-системе стали меж(над)-континентальными и глобальными в вышеуказанном узком смысле слова.

Рим и Китай в районе 200 г. до н. э. устанавливают относительно устойчивые торговые связи (престижными товарами) через знаменитый Шелковый путь, про­ходивший на длительном протяжении по территории кочевой периферии и полупериферии [10]. Таким образом, в этот период периферия как бы замкнула торговые связи в мир-системе. Рост Афроевразийской мир-системы длительное время в значительной мере шел за счет расширения взаимодействия между цивилизация­ми и варварской периферией. Чем больше становилась организованная цивилиза­ция (в виде крупных государств), тем активнее действовала и периферия. В ука­занный период данный процесс резко усилился, и в эпоху Великого переселения народов сама варварская периферия приобрела мир-системный масштаб и син­хронность влияния. Распад Западной Римской империи, ослабление Восточной Римской империи, быстрое распространение христианства на Западе мир-системы и новый подъем китайской империи на ее Востоке подготовили мир-систему для крупных геополитических изменений и ее перехода на новый уровень сложности. Апогей мир-системы: мировые религии и мировая торговля (VII-XIV в.).

В этот период, во-первых, уровень развития мир-системных связей на аграрно-ремесленном базисе достигает предела своей сложности, а во-вторых, склады­ваются важные предпосылки трансформации Афроевразийской мир-системы в капиталистическую и планетарную Мир-Систему.

В отношении первого момента особо отметим: а) формирование и развитие всех мировых религий. В определенном аспекте мир-система представляла собой контактирующие и соперничающие цивилизации третьего поколения, что создало прочные культурно-информационные связи между всеми центрами мир-системы, включая и находившуюся в предыдущий период в относительной изоляции Юж­ную Азию; б) невиданный размах военно-политических контактов и рост уровня государственности.

В отношении второго момента особо отметим: а) формирование океанических торговых связей во второй половине I тыс. н. э. в бассейне Индийского океана (см. выше); б) создание мощного сухопутного торгового пути через территории монгольских государств, реально связавшего мир-систему (см. выше); в) форми­рование в конце периода урбанизированной зоны от Северной Италии до Нидер­ландов, где преобладающей формой экономики становится тип товарного произ­водства (см., например: Бернал 1956; Wallerstein 1974).

Уже к 1500 г. в Европе насчитывалось более 150 городов с населением в 10 тыс. и более человек (Blockmans 1989: 734). Очень высокий уровень урбаниза­ции имел место в будущей Голландии, на территории которой уже в 1514 г. более половины населения жило в городах (Hart 1989: 664). Впрочем, такой же или даже более высокий уровень урбанизации был в Южных Нидерландах (с Брюгге, Гентом и Антверпеном), и еще выше процент был в Северной Италии в долине реки По, где находились Венеция, Милан и Генуя (Blockmans 1989: 734). Можно пола­гать, что рост городов в этот период был усилен политическими процессами на­чиная с XII-XIV вв., особенно становлением развитой государственности и свя­занным с этим появлением столиц развитых государств (см.: Гринин, Коротаев 2009: гл. 6), ростом городов всех типов, включая и сверхкрупные.

Трансформация Афроевразийской мир-системы в планетарную Мир-Систему (XVI - XVIII вв.). Период XVI - начала XVIII в. связан с началом (первым этапом) промыш­ленной революции (см.: Гринин 2007) и Великими географическими открытиями, что дало мощнейший толчок коренной трансформации Афроевразийской мир-системы [11]. Она начинает превращаться в планетарную и одновременно капиталистическую Мир-Систему уже по Валлерстайну (Wallerstein 1974), поскольку все активнее происходит обмен товарами массового потребления. А некоторые тер­ритории (особенно в Новом Свете) полностью специализируются на их производ­стве. О сильной взаимосвязи в рамках сформировавшейся планетарной Мир-Системы в этот период говорит и мощнейший эффект революции цен (первый столь крупного масштаба валютный кризис) в результате массового ввоза в Евро­пу золота и серебра из Нового Света, затронувшей не только Европу, но и Ближ­ний Восток, в частности Османскую империю.

Но в связи с тем, что в мире еще абсолютно преобладает аграрно-ремесленный принцип производства, одновременно идет развитие до предела некоторых прежних тенденций, особенно в неевропейских центрах Мир-Системы. Восточная Азия в целом и Китай в частности пока еще развиваются в основном по собствен­ной траектории, демонстрируя несомненные успехи в государственном строи­тельстве, культуре и выдающийся демографический рост.

В XVI-XVII вв. в Европе происходит так называемая военная революция, ко­торая заключалась в создании регулярной наемной армии, вооруженной новей­шим огнестрельным оружием и артиллерией, что потребовало реорганизации всей финансовой системы и управления. В результате усиления военной мощи европейских стран и других изменений начинается также процесс модернизации некоторых неевропейских государств (Османская империя, Иран, частично импе­рия Моголов в Индии) [12], с одной стороны, и искусственное отгораживание от Ев­ропы прочих (Китая, Японии) - с другой.

Дальнейшие этапы (конец XVIII - XX в.). В результате Великих географи­ческих открытий и военно-технологического рывка Европы начинает формиро­ваться новая структура Мир-Системы. Европа превращается в ее торгово-капиталистический центр, а прежние мир-системные центры (сначала в Южной, а затем и в Восточной Азии) становятся эксплуатируемой периферией. Таким обра­зом, понятие мир-системной периферии существенно трансформируется. Даль­нейшее развитие Мир-Системы связано непосредственно со вторым этапом промышленной революции (последняя треть XVIII - первая половина XIX в. [см. подробнее: Гринин 2007]). Особенно революционными в развитии мир-системных связей оказались изменения в транспорте и связи. Они способствовали фактическому превращению Мир-Системы, остававшейся все еще преимущест­венно информационной, в Мир-Систему, обменивающуюся от Атлантики до Ти­хого океана товарами и услугами, имеющую вместо непостоянных и фрагмен­тарных мощные и постоянные информационные потоки. Мало того, эта Мир-Система основывается на международном разделении труда.

Дальнейшее развитие Мир-Системы в ХХ в. после мировых войн и деколони­зации было связано с научно-информационной революцией второй половины ве­ка (см.: Там же), что вместе с множеством других процессов в итоге в последние десятилетия привело к быстрому нарастанию и качественному изменению глобализационных процессов, особенно глобальных финансовых потоков. В результате мир оказался очень тесно связанным и зависимым от всех своих субъектов, что убедительно подтвердил глобальный финансовый кризис. С конца ХХ в. представление о том, что в мире началась глобализация (какое бы содержание в это понятие ни вкладывалось), стало общим убеждением. Анализ современных процессов глоба­лизации, однако, не входит в задачу настоящей статьи (см. об этом: Гринин 2009).

Примечания:

[1] Началась ли она еще в каменном веке, в III тыс. до н. э., либо в так называемое Осевое время в I тыс. до н. э., либо только с момента Великих географических открытий, в XIX в., после 1945 г., или только в конце 1980-х гг. Каждая из этих датировок имеет свой смысл. Обзор некоторых мнений см., например: Чумаков 2011; Келбесса 2006: 176; Пантин 2003; Хелд и др. 2004.

[2] Рамки статьи, конечно, существенно ограничивают эти возможности, однако многие процессы об­стоятельно проанализированы мной в: Гринин 2007; 2009; 2011; Гринин, Коротаев 2009; Grinin 2008; Korotayev, Grinin 2006, а также в целом ряде других работ, не указанных в библиографии к настоящей статье.

[3] В этой периодизации выделена также с 1957 г. четвертая эпоха - космической экспансии.

[4] Соответственно когда мы говорим об одной из мир-систем наряду с другими, то пишем слово со строчной буквы («мир-система»), а когда говорим о единой или единственной мир-системе, то пишем обе части термина с прописных букв («Мир-Система»).

[5] Тут подразумевается тип товаров (как производственного, так и потребительского назначения), ко­торые используются широко, то есть массовое потребление противопоставляется престижному. Это разде­ление было важным в концепции И. Валлерстайна, который считал, что о формировании единой мир-системы можно говорить только тогда, когда начинается обмен массовыми товарами в трансконтиненталь­ных масштабах. Возникновение трансконтинентальной торговли шелком (то есть престижным, а не массо­вым товаром) он, в отличие от Чейз-Данна и Холла, отказывался рассматривать как критерий наличия еди­ной Афроевразийской мир-системы.

[6] Данное разделение имеет такой же смысл, как различение обмена престижными и обмена массовыми товарами.

[7] Один только факт путешествия морским путем вокруг Африки в 600 г. до н. э. при фараоне Нехо II свидетельствует о громадном развитии коммуникации.

[8] Стоит также учесть, что именно на Ближнем Востоке впервые состоялся переход к злаковому земле­делию, широкомасштабному интенсивному (поливному) земледелию, городским поселениям, металлургии, многим военным инновациям, письменности, государству, империям.

[9] Второй этап аграрной революции занял в пределах всей Афроевразийской мир-системы около трех тысячелетий (IV-I тыс. до н. э.). Первоначально он был связан с формированием широкомасштабного ир­ригационного земледелия на Ближнем Востоке, а затем плужного пашенного (интенсивного) земледелия в зонах неполивного земледелия и твердых почв (см.: Гринин 2007; 2009; Гринин, Коротаев 2009: гл. 6).

[10] Этот путь просуществовал с перерывами в течение более полутора тысяч лет.

[11] А. И. Уткин (2003: 181) пишет: «Постепенное сближение стран и континентов покрывает всю исто­рию человечества. Но революционно быстрыми темпами это сближение осуществлялось лишь дважды», на рубеже XIX и XX вв. и в конце 1970-х. С первой фразой данной цитаты нельзя не согласиться. Но со вто­рой, с какого бы времени ни отсчитывать глобализацию, согласиться нельзя. Вряд ли Великие географиче­ские открытия можно считать постепенным сближением, поскольку потребовалось всего несколько десяти­летий, чтобы Новый Свет экономически включился в Мир-Систему. Эпоха открытий и изобретений XIX в. также привела к революционным информационным и экономическим сближениям континентов, в частности развитие подводных коммуникаций телеграфа в 1850-1880-е гг. колоссально способствовало движению мирового капитала и развитию мирового рынка акций.

[12] Модернизация касалась прежде всего военной сферы, некоторых государственных и финансовых институтов.

Литература:

1. Березкин, Ю. Е. 2007. О структуре истории: временные и пространственные со­ставляющие. В: Турчин, П. В., Гринин, Л. Е., Малков, С. Ю., Коротаев, А. В. (ред.), История и Математика: Концептуальное пространство и направления поиска. М.: ЛКИ/УРСС, с. 88-98.

2. Бернал, Дж. 1956. Наука в истории общества / пер. с англ. М.: ИЛ.

3. Гринин, Л. Е.

2007. Производственные революции и периодизация истории. Вестник Россий­ской Академии наук 77(4): 309-315.

2009. Государство и исторический процесс. Политический срез исторического процесса. 2-е изд. М.: ЛИБРОКОМ.

2011. Государство и исторический процесс. Эпоха формирования государства. 2-е изд. М.: ЛКИ.

4. Гринин, Л. Е., Коротаев, А. В. 2009. Социальная макроэволюция: Генезис и трансформации Мир-Системы. М.: ЛИБРОКОМ.

5. Келбесса, В. 2006. Глобализация и локализация. В: Мазур, И. И., Чумаков, А. Н. (ред.), Глобалистика. Международный междисциплинарный энциклопедический сло­варь. М.; СПб.; Н.-Й.: ИЦ «Элима», ИД «Питер».

6. Кларк, Дж. Г. Д. 1953. Доисторическая Европа. М.: ИЛ.

7. Ламберг-Карловски, К., Саблов, Дж. 1992. Древние цивилизации. Ближний Вос­ток и Мезоамерика. М.: Наука.

8. Новейший словарь иностранных слов и выражений. Минск: АСТ; Харвест, 2001.

9. Пантин, В. И. 2003. Циклы и волны глобальной истории. Глобализация в истори­ческом измерении. М.: Новый век.

10. Румянцев, А. М. 1987. Первобытный способ производства (политико-экономические очерки). М.: Наука.

11. Уткин, А. И. 2003. Глобализация. В: Мазур, И. И., Чумаков, А. Н. (ред.), Глоба­листика: энциклопедия. М.: Радуга.

12. Хелд, Д., Гольдблатт, Макгрю, Э., Перратон, Дж. 2004. Глобальные трансфор­мации: Политика, экономика, культура / пер. с англ. М.: Праксис.

13. Чумаков, А. Н. 2011. Глобализация. Контуры целостного мира. 2-е изд. М.: Про­спект.

14. Ясперс, К. 1994. Смысл и назначение истории. М.: Республика.

15. Abu-Lughod, J. 1989. Before European Hegemony: The World System A.D. 1250­1350. New York, NY: Oxford University Press.

16. Bernbeck, R., Pollock, S. 2005. A Cultural-Historical Framework. In Pollock, S., Bernbeck, R. (eds.), Archaeologies of the Middle East: Critical Perspectives. Oxford: Blackwell, p. 11-40.

17. Blockmans, W. T. 1989. Preindustrial Europe. Theory and Society 18(5): 733-755.

18. Chase-Dunn, C., Hall, T. D. 1997. Rise and Demise: Comparing World-Systems. Boulder, CO: Westview.

19. Chase-Dunn, C., Manning, S. 2002. City Systems and World-Systems. Cross-Cultural Research 36(4): 379-398.

20. Chase-Dunn, C., Niemeyer, R., Alvarez, A., Inoue, H., Love, J. 2011. Cycles of Rise and Fall, Upsweeps and Collapses: Changes in the Scale of Settlements and Polities since the Bronze Age. In Grinin, L. et al. (eds.), Evolution Cosmic, Biological, and Social. Volgo­grad: Uchitel.

21. Chernykh, E. N. 1992. Ancient Metallurgy in the USSR: The Early Metal Age. Cam­bridge: Cambridge University Press.

22. Childe, G. 1952. New Light on the Most Ancient East. 4th ed. London: Routledge & Paul.

23. Durand, J. D. 1977. Historical Estimates of World Population. An Evaluation. Popula­tion and Development Review 3(3): 253-296.

24. Frank, A. G. 1993. Bronze Age World System Cycles. Current Anthropology 34(4): 383-413.

25. Frank, A. G., Gills, B. K. (eds.) 1993. The World System: Five Hundred Years of Five Thousand? London: Routledge.

26. Grinin, L. E. 2008. Early State, Developed State, Mature State: The Statehood Evolu­tionary Sequence. Social Evolution & History 7(1): 69-83.

27. Hart, M. T. 1989. Cities and Statemaking in the Dutch Republic, 1580-1680. Theory and Society 18(5): 663-687.

28. Korotayev, A., Grinin, L. 2006. Urbanization and Political Development of the World System: A Comparative Quantitative Analysis. In Turchin, P. et al. (eds.), History and Mathematics. Historical Dynamics and Development of Complex Societies. Moscow: URSS.

29. Wallerstein, I. 1974. The Modern World-System. 3 vols. Vol. I. Capitalist Agriculture and the Origins of the European World-Economy in the Sixteenth Century (Studies in Social Discontinuity). New York, NY: Academic Press.

Век глобализации. №1 (7), 2011

Читайте также на нашем портале:

«Национальный фактор в эпоху глобализации. Часть 4. Политические функции национальных делений и глобализирующийся «миропорядок»» Екатерина Нарочницкая

«Национальный фактор в эпоху глобализации. Часть 3. Культурно-духовные и этнические основы национального феномена» Екатерина Нарочницкая

«Национальный фактор в эпоху глобализации. Часть 2. Государство и глобализация» Екатерина Нарочницкая

«Национальный фактор в эпоху глобализации. Часть 1. Дискуссии о будущем наций и глобализации: некоторые методологические вопросы» Екатерина Нарочницкая

«Глобализация и национализм: история и современность» Александр Разумов

«Культурологический смысл глобализма» Владимир Кутырев

«Глобализация и культурное наследие России: классическая литература и ее интерпретации» Сергей Никольский

«Глобализация: что это такое?» Михаил Мунтян

«Глобализация и историческая макросоциология» Джованни Арриги

«Глобализация как явление постмодерна» Людмила Евстигнеева, Рубен Евстигнеев

«Метафизика глобализации. От утопии к антиутопии» Вера Самохвалова

«Незападные концепции глобализации» Владимир Култыгин


Опубликовано на портале 27/01/2012



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика