Главная Карта портала Поиск Наши авторы Новости Центра Журнал Обратная связь

Политический ислам в современном мусульманском мире

Версия для печати

Специально для сайта «Перспективы»

Борис Долгов

Политический ислам в современном мусульманском мире


Долгов Борис Васильевич - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра арабских исследований Института востоковедения РАН.


Политический ислам в современном мусульманском мире

В конце ХХ столетия на авансцену глобальной политики ворвалась новая, пассионарная сила мирового масштаба - исламизм, или политический ислам. Истоки подъема исламистов, их идейный фундамент, течения и основные организации рассматривает старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Борис Долгов…

Ислам практически во всех странах, где его исповедуют, в силу специфики исторического развития является не только религией, но также образом жизни подавляющего большинства мусульман и в значительной мере основой их цивилизационной самоидентификации. На протяжении веков ислам становился неотъемлемым элементом общественного сознания мусульманских народов, во многом определяющим их исторические традиции и менталитет. В этом смысле роль религии в мусульманском мире отличается от таковой в странах, где исповедуют христианскую веру, которая в немалой степени превратилась в личное дело человека. Ислам, напротив, в значительной мере регулирует социокультурную сферу общества, в том числе взаимоотношения между людьми, поведение в быту, семейно-брачные отношения, а также существенно влияет на общественно-политическую жизнь, частью которой во многих мусульманских странах является исламистское движение (исламизм), или политический ислам. 
Не следует смешивать понятия «исламизм» (политический ислам) и «исламский фундаментализм». Исламский фундаментализм представляет собой религиозное явление, означающее строгое соблюдение изложенных в Коране и Сунне правил и норм в повседневной жизни и общественной практике. Исламизм, или политический ислам, есть в большей степени политическое явление. Оно отражает стремление определенной части мусульманского общества сохранить свои исторические традиции, религию, культуру, т.е. национальную идентичность в условиях глобализации. В то же время эти два явления, безусловно, взаимосвязанны. 
История политического ислама в современной его форме начинается с создания в 1928 г. в Египте ассоциации «Братьев-мусульман», которая продолжает оставаться до настоящего времени активной политической силой. Идеологи исламизма ратуют за сохранение «исламских ценностей» как непременное условие дальнейшего развития. Свою стратегическую цель они видят в построении основанного на «вечных и справедливых» законах Корана «исламского государства», где восторжествует «исламская социальная справедливость», опирающаяся на законы шариата. Идея справедливого миропорядка, отраженная в Коране (4:135) [1], в определенной мере действительно присуща мусульманской традиции и, в том числе, закреплена во Всеобщей исламской декларации прав человека, принятой в 1981 г. Организацией Исламская конференция (ОИК). Там, в частности, говорится, что «любой человек не только имеет право, но и обязан протестовать против несправедливости». Подтверждением «исламской социальной справедливости» мусульманские идеологи считают и такой институт, как «закят» [2]. В создании «исламского государства» и развитии общества на основе «исламских ценностей» исламистские лидеры видели некий третий исламский путь, альтернативный и либеральной демократии, и социализму.
В подтверждение необходимости борьбы за возврат к «первоначальному, подлинному исламу» и создание «исламского государства» исламисты наиболее часто цитируют видного мусульманского идеолога Таки ад-Дин Ахмада Ибн Таймийю (1263-1328). В одной из своих фетв он подтверждал на основании айята из Корана (5:49) [3] возможность «объявления джихада правителю-тирану, управляющему государством не в соответствии с шариатом». Такие высказывания, в частности, использовались радикальными течениями исламизма для оправдания вооруженной борьбы с правящими режимами, которые они считали «неверными».
 
Идейные основы исламизма
 
Концептуальной базой для исламистов послужили труды таких известных идеологов исламского фундаментализма, как Абу Ала Маудуди, Хасан аль-Банна, Абд аль-Кадер Ауда, Абд аль-Хамид Бен Бадис и, особенно, известнейший теоретик египетской ассоциации «Братья-мусульмане» Сейид Кутб (1906-1966), казненный в 1966 г., в период правления президента Гамаля Абдель Насера. Его концепции легли в основу программных документов многих исламистских группировок. Наиболее известными трудами Сейида Кутба являются «Битва ислама с капитализмом» и «Вехи на пути». В первом он конкретизировал положение о создании исламского государства, выделив такую его структуру, как Междлис аш-шура (Консультативный совет), куда должны избираться лучшие представители мусульманской уммы (сообщества). Будучи выразителем волеизъявления всех мусульман, Меджис аш-шура должен главенствовать над исполнительной властью и контролировать ее действия. В «Вехах на пути» Сейид Кутб развивал концепцию двух стадий развития «истинно исламского общества», а также теорию построения исламского государства как «воплощения высшей власти Аллаха – хакимийи (араб. яз.)» и джихада как пути создания такого государства.
 
Другим идеологом исламизма являлся пакистанец Абу Ала Маудуди (1903-1979), основатель исламистского движения «Джамаат-и ислами» (Исламское общество) в Пакистане. В 1918 г., в возрасте 15 лет, он уже работал редактором печатного органа «Джамаат ул-улема-и Хинд», организации, созданной известными индийскими мусульманскими улемами, сторонниками халифатского движения. Маудуди развивал идею «мусульманской нации (уммы)», подчеркивая, что «ислам враждебен любому виду национализма», и призывал всех мусульман вне зависимости от национальной принадлежности «объединиться в «Дар аль-ислам» (Дом ислама). В качестве политической формы объединения он, как и другие исламистские идеологи, предлагал исламское государство, в котором «верность Аллаху и его Пророку требует от гражданина … верности и подчинения по отношению к тем, кто призван поддерживать ул ул-амр («исламский порядок», на языке урду)». Что касается социально-экономического аспекта, то Маудуди критиковал как капиталистическую, так и социалистическую модель. По его словам, «капитализм хорош тем, что признает за человеком «естественные права», прежде всего, право частной собственности, но в «капиталистическом обществе нет ничего, что побуждало бы человека работать или творить ради этого общества… каждый человек ради своих личных интересов борется против интересов общества в целом». «Цель социализма – излечить капитализм от его пороков – правильна и благородна», признавал Маудуди, но для ее достижения избран ошибочный путь. В частности, ликвидацию частной собственности он считал «губительной не только для экономики, но и для всей общественной жизни». В качестве альтернативы Маудуди предлагал «исламский путь». Его основной принцип – в том, что «индивиду предоставляется в полной мере все его «естественные права» и в то же время не нарушается баланс распределения национального дохода». Справедливое распределение доходов должно быть обеспечено посредством «трех столпов». Первый – закят, мусульманский налог в пользу неимущих. Второй – мусульманский закон наследования, по которому собственность умершего делится между прямыми и косвенными наследниками, что должно препятствовать сосредоточению богатства в руках немногих. Третий – запрещение ростовщичества. К этим законодательным мерам присовокупляются закрепленные в Коране морально-этические ограничения для имущих, которым мусульманские идеологи придавали большое значение. Маудуди напоминает, что Коран предписывает мусульманину не тратить все, что им заработано, лишь на удовлетворение собственных потребностей, но отдавать часть своего дохода в пользу нуждающихся в виде пожертвований, благотворительности и т.д. Такая экономическая система, по утверждению Маудуди и его сторонников, является своеобразной «золотой серединой» между капитализмом и социализмом и наилучшим образом отвечает мусульманским историческим традициям и менталитету.
Использовались исламистскими лидерами и концепции имама Хомейни (1902-1989), более того, исламская революция 1979 г. в Иране была воспринята многими из них как пример для подражания. Вместе с тем большинство исламистов, будучи, так же как и большинство мусульман, суннитами, всегда подчеркивали, что, используя иранский (шиитский) опыт, они будут строить «свое исламское государство», на основе суннитских догм. Впрочем, воззрения Хомейни на устройство исламского государства, где власть жестко контролируется мусульманской верхушкой, по сути не отличались от разработок суннитских исламистов. Но в доктрине Хомейни в большей степени присутствовал элемент разделения мира по нескольким противопоставлениям. Согласно первому, мир разделен на два лагеря: на те страны и народы, которые имеют силу и возможности, чтобы доминировать и эксплуатировать другие страны и народы, и на лагерь эксплуатируемых и притесняемых. Лагерь «угнетателей» состоит из стран Запада (США и их союзники); в лагере «угнетенных» находятся все исламские страны и большинство т.н. «развивающихся» стран. Второе противопоставление делит мир на тех, кто следует «правильному пути – пути Бога и веры» (то есть ислама и Корана), и тех, кто идет «искаженным путем – путем безверия и сатаны». Единственной страной, которая по-настоящему руководствуется кораническими предписаниями, у Хомейни выступала Исламская республика Иран, а борьба Ирана с США и Израилем трактовалась как сражение правды и справедливости с ложью и злом.
Необходимо отметить, что концепция Хомейни во многом отражает общеисламский взгляд, согласно которому мир делится на «Дар аль-ислам» (Мир ислама и спокойствия), «Дар аль-Харб» (Мир войны и безбожия) и промежуточный между ними «Дар ас-сулх» (Дом мирного договора, где власть принадлежит немусульманам, но мусульмане, тем не менее, пользуются защитой и религиозной свободой). Первый термин обозначает территории под властью ислама, а второй – территории, управляемые «искаженным законом», с которыми «мир ислама» может находиться в состоянии джихада. Тем не менее и Хомейни, и другие мусульманские идеологи уточняли, что речь идет не о вооруженной борьбе (джихад меча, по Корану, ведется только в случае агрессии извне против мира ислама), а о мирном распространении за пределы «уммы» «исламских ценностей». Кроме того, согласно шиитской концепции войны и мира, войны во имя распространения ислама могут вестись только имамами, но, как известно, после исчезновения двенадцатого имама (большое место в шиитской догматике занимает концепция «скрытого имама» - Махди), мировая шиитская община осталась без сакрального лидера, что предполагает невозможность такой войны.
В идеологии современного исламизма можно выделить несколько основных тезисов. Первый – универсальность исламских принципов. Сошлемся на работу «Религия и развитие арабской цивилизации» египетского профессора Хусейна Муниса, где он писал: «Ислам универсален по отношению к любому времени и месту, исламские доктрины, законы и этические нормы являются мощным стимулом развития в любую эпоху». Бывший генеральный секретарь суданской исламистской партии Национальный конгресс Хасан ат-Тураби, в свою очередь, полагал, что «сторонникам традиционных исламских ценностей предстоит культурно обогатить остальной мир, которому они адресуют свое духовное богатство как непреходящую ценность».
Второй тезис состоит в том, что западное общество находится в духовном тупике. «Марксизм и либерализм, две основные западные идеологии, переживают глубокий кризис», - подчеркивал в своей книге «Кризис современной мысли и оправдание исламского решения» Аббаси Мадани, основатель алжирского «Исламского фронта спасения». Либеральные концепции способствовали формированию общества, где проповедуется эгоизм и неограниченная свобода,  человек может предаться самым низменным страстям и инстинктам и где, следовательно, неизбежна деградация. Обосновывая тем самым необходимость «исламской альтернативы» развития, Мадани утверждал: «Только ислам, ранее освободивший нас от колониализма, сегодня способен защитить нас от экспансии неоколониализма. Вечные ценности исламской цивилизации остаются для нас единственным щитом в этом противостоянии».
Третий тезис касается создания исламского государства. О нем заявляли в той или иной форме все современные исламистские идеологи, в том числе, упоминавшиеся Мадани и ат-Тураби, а также лидер тунисской исламистской партии «Ан-Нахда» Рашид Ганнуши и нынешний руководитель египетских «Братьев-мусульман» Махди Акеф.
 
Течения политического ислама
Современный исламизм представлен как умеренным, так и радикальным течениями. Умеренный исламизм, к которому принадлежит большинство сторонников данной идеологии и который отвергает практику политического террора, существует практически во всех арабских и многих других мусульманских странах в форме легально действующих политических партий либо общественно-просветительских, благотворительных, правозащитных организаций, выступающих за сохранение и распространение мусульманской культуры. Причем политические партии, стоящие на позициях умеренного исламизма, не декларируют в качестве своей политической цели создание исламского государства (использование религии в политических целях запрещено в конституциях почти всех мусульманских стран), но проповедуют сохранение «исламских ценностей» как непременное условие дальнейшего развития мусульманского общества.
К радикальному (джихадистскому) исламизму относятся экстремистские группировки, провозглашающие джихад как единственный способ создания исламского государства. Современные радикальные исламисты, или исламо-экстремисты, определяют своих противников как «ближнего врага». Таким врагом они считают вышеупомянутые правящие режимы в мусульманских странах, которые, по их мнению, предали забвению «подлинный, справедливый ислам» и стали марионетками в руках «дальнего врага», то есть «мирового сионизма» и «новых крестоносцев», под которыми подразумевается Запад в целом и США в частности, ведущие, по утверждению идеологов джихада, войну против ислама и мусульман. Например, Бен Ладен в своем послании американскому народу (переданному телеканалом «Аль-Джазира»), полемизируя с президентом Дж. Бушем, обвинившим радикальных исламистов в ненависти к  «американской свободе», заявил: «Мы люди, которые любят свободу, поэтому мы хотим освободить наши страны от вашего угнетения, и поэтому мы боремся с вами». Одно из направлений радикального исламизма - такфиристы (от арабск. «такфир» – обвинение в неверии) - причисляет к «ближнему врагу» даже умеренных исламистов и мусульман, сотрудничающих с «тираническими» режимами.
 
Подъем исламистского движения в конце 80-х – начале 90-х годов во многом был обусловлен двумя важными факторами. Первый – исламская революция в Иране (1979 г.), свергнувшая проамериканский шахский режим, пытавшийся осуществить вестернизацию («белую революцию») Ирана. Она явилась своеобразным импульсом для распространения и экспансии исламистской идеологии в мусульманском мире. Второй фактор – гражданская война в Афганистане (1979 – 1992 гг.), привлекшая тысячи мусульман со всего исламского мира в ряды муджахидов (борцов за веру), воевавших против афганского режима, выступавшего под флагом социалистической идеи, и поддерживавших его советских войск. Впоследствии афганские наемники-муджахиды (арабы и выходцы из других мусульманских стран) составили ядро многих радикальных исламистских группировок по всему миру. С начала 90-х годов на авансцену начинает выдвигаться радикальное салафитское (саляф – праведный предок (араб. яз.) течение, одной из наиболее экстремистских группировок которого являлась возглавлявшаяся Уссамой Бен Ладеном «аль-Каида», базировавшаяся в Афганистане и частично в Пакистане. В этот период радикальные исламисты переориентируют свою деятельность. Если ранее главной задачей для них было свержение путем джихада просоветского правительства в Афганистане и изгнание оттуда советских войск, то теперь главным противником объявляются США. Необходимо отметить, что антиамериканизм всегда присутствовал в исламистском движении, еще со времен исламской революции в Иране, когда США считался врагом номер один, а СССР – врагом номер два. Во время афганской войны антиамериканизм у исламистских лидеров отошел на второй план, но после победы муджахидов в Афганистане вновь стал выходить на авансцену. 
Вместе с тем в 90-е годы происходит окончательный слом старой системы международных отношений, с ее военным паритетом двух сверхдержав и главенством ООН и Совета Безопасности. На смену приходит доминирование одной сверхдержавы и возобладание практики «гуманитарных интервенций» фактически в любой район мира, где нарушаются «права человека и демократические ценности», определяемые все той же единственной сверхдержавой, то есть США. Наряду с этим набирают силу процессы глобализации, как в экономике, так и в гуманитарной области. Они характеризуются усилением влияния на выработку международной экономической стратегии транснациональных корпораций (ТНК) и международных финансово-экономических структур (МВФ-ВБ, ВТО и др.), в которых определяющее место занимают представители США. В мусульманском мире эти процессы ведут к дальнейшему расслоению общества и сопровождаются культурно-идеологической экспансией «западных ценностей». В то же время в основном и самом длительном ближневосточном конфликте – палестино-израильском, Израиль, опираясь на США, все больше пытается добиться победы военным путем, проводя многочисленные акции возмездия на территории Палестинской автономии с применением танков, авиации, ракетных обстрелов и т.д., во время которых гибнут сотни мирных палестинских граждан. Палестинское сопротивление, в свою очередь, используя шахидов-смертников, организует серии террористических актов на территории Израиля, которые также приводят к многочисленным жертвам среди мирного населения. Насилие порождает ответное насилие, и маховик террора продолжает раскручиваться.
В такой социально-политической обстановке, сложившейся к началу ХХI в., лидеры радикальных исламистских группировок объявляют США своим главным противником и «врагом ислама». В феврале 1998 г. Уссама Бен Ладен издал фетву о создании «Всемирного исламского фронта против сионистов и крестоносцев», которую подписали лидеры радикальных исламистских организаций из Египта, Пакистана, Бангладеш и позднее из Алжира. С этого момента исламистские экстремистские группировки совершили целую серию террористических актов, в том числе самый кровавый в новейшей истории - 11 сентября 2001г. в США, затем в мае 2003 г. в Марокко и Саудовской Аравии и в марте 2004 г. в Испании.
 
Исламистские движения
Необходимо отметить, что наибольшее развитие исламизм или политический ислам получил в арабо-мусульманском мире. Показательнее всего в этом плане пример Алжира, где в конце 80-х – начале 90-х годов на волне демократизации и в условиях социально-экономического и политического кризиса сформировалось самое массовое исламистское движение Исламский фронт спасения, за кандидатов которого на парламентских выборах 1992 г. проголосовало около 50% избирателей. Легитимный приход к власти исламистов предотвратило вмешательство армии, традиционно занимавшей доминирующее положение в алжирском обществе. Это в свою очередь привело к радикализации исламистского движения, экстремистские силы которого развязали длительное вооруженное противостояние с властями (1992-1999). Тем не менее руководству страны удалось, с одной стороны, подавить радикальный исламизм, а с другой, - провозгласив курс на восстановление гражданского согласия, интегрировать умеренных исламистов в общественно-политическую жизнь. Одновременно в Алжире продолжаются демократические преобразования и достаточно успешно развивается экономика, демонстрирующая одни из лучших показателей в  арабском мире (в 2005 г. рост ВВП составил 6%, а ежегодный душевой доход – около $1720). Улучшение социально-экономической ситуации в стране является важнейшим фактором для ослабления влияния радикального исламизма.
В настоящее время в алжирском парламенте умеренные исламисты представлены тремя политическими партиями, причем две из них - Движение общества за мир и «Нахда» - входят в правительственную коалицию и поддерживают политический курс президента Бутефлики, а третья, Движение за национальную реформу, состоит в оппозиции. В то же время в Алжире действуют радикальные исламистские группировки, наиболее известные из которых  - «Аль-Каида исламского государства Магриб» и Вооруженные исламские группы - в течение 2006-2007 гг. пытались активизировать свою деятельность, совершив ряд терактов. Тем не менее в настоящее время внутриполитическая ситуация в Алжире заметно стабильнее, чем в середине 90-х годов и вооруженные исламистские группировки не представляют серьезной опасности для существующего режима.
В Тунисе и Марокко развивались во многом аналогичные процессы. Подъем радикального исламизма происходил на фоне социально-экономического кризиса, только в разные временные периоды. В Тунисе он пришелся на конец 80-х годов и сопровождался, как и в Алжире, политическим кризисом и попыткой радикального исламистского движения «Нахда» совершить государственный переворот, подавленный силовыми структурами. В настоящее время в Тунисе, как и в Алжире, достаточно успешно развивается экономика (прирост ВВП в 2005 г. составил 5%, ежегодный душевой доход – около $2 тыс., что выше, чем в Алжире, Марокко и Египте) и наблюдается демократизация государственно-политической системы. В то же время сторонники умеренного исламизма не имеют в Тунисе политической партии и представлены только благотворительными и общественно-просветительскими организациями. Есть экстремистские группировки (Тунисская исламская салафитская группа), но их активность гораздо ниже, чем в соседних Алжире и Марокко.
Марокко в настоящее время переживает социально-экономический кризис. Он характеризуется прежде всего расслоением общества и в том числе ростом армии неимущих, проживающих в бидонвилях на окраинах крупных городов, таких как Рабат, Фес, Танжер, Касабланка, и являющихся идеальной аудиторией для пропаганды радикальных исламистов. Необходимо отметить, что нынешний марокканский лидер король Мухаммед VI, вступивший на престол в 1999 г., начал демократические реформы и предпринял ряд мер по улучшению социально-экономической ситуации: было ограничено всевластие силовых структур и губернаторов провинций,  усилена роль парламента и политических партий, страна заключила Соглашение о свободном торговом обмене (Free Trade Agreement – FTA) с США. Марокканские умеренные исламисты, объединенные в Партию справедливости и развития, завоевали на парламентских выборах в сентябре 2007 г. 40 из 450 депутатских мест. В то же время в Марокко действуют радикальные исламистские группировки («Салафитский джихад», Вооруженная исламская марокканская группа), осуществившие в последние годы ряд террористических актов, в том числе в апреле 2007 г. в Касабланке.
В Египте исламистское движение представлено довольно широко, и прежде всего ассоциацией «Братья-мусульмане», хотя ее политическая деятельность запрещена с 1954 г. Тем не менее «Братья», современную генерацию которых можно определить как умеренных исламистов, участвуют в избирательных кампаниях, выставляя своих кандидатов в качестве независимых. Они добились значительного успеха на парламентских выборах 2005 г., завоевав 88 из 444 депутатских мест (в прошлом составе они имели 17), несмотря на то, что власти использовали против «Братьев» все возможности административного ресурса. Относительное усиление в Египте позиций «Братьев» и исламистской идеологии в целом также связано с социально-экономическими трудностями. Более 40% населения Египта живут на доход, составляющий менее $2 в день, и могут существовать только благодаря субсидиям государства на продовольствие, предоставляемое неимущим, чтобы смягчить социальную напряженность. Надо признать, что египетское правительство в последние 2-3 года немало сделало для улучшения ситуации (повышение зарплаты в бюджетной сфере, создание новых рабочих мест, улучшение коммунальной инфраструктуры в провинциях - снабжение водой, электроэнергией, газом и т.д.). В то же время усилению позиций исламизма в Египте и во всем мусульманском мире помогает внешний фактор - военно-политическое давление Запада, прежде всего США, на те мусульманские страны, которые не идут в русле американской политики, воспринимаемой многими мусульманами как «война против ислама». В Египте действуют отдельные группы радикальных исламистов, осуществивших в 2005-2006 гг. теракты в туристических центрах Шарм аш-Шейха и Синая. Однако властям удалось подавить такие крупные исламистские террористические группировки, как Исламские группы и «Исламский джихад», так что радикальный исламизм не представляет серьезную опасность для Египта.
В Саудовской Аравии исламистское движение, оппозиционное правящей королевской династии, стало формироваться в начале 90-х годов. Основной причиной стало недовольство части саудовского общества, в том числе известных улемов, присутствием американских войск на территории королевства (которое считается всеми мусульманами хранителем мусульманских святынь – Мекки и Медины), прибывших сюда по просьбе саудовских властей во время агрессии Ирака против Кувейта, а также кризисными явлениями в экономике. Среднегодовой доход на душу населения к 2003 г. сократился по сравнению с 1981 г. более чем в четыре раза, безработица превысила 30% трудоспособного населения, в то время как значительная часть бюджетных средств тратилась на содержание многочисленных членов королевской семьи, многие из которых, кроме того, занимались бизнесом и принадлежали к богатейшим людям планеты. Общее обострение ситуации на Ближнем Востоке и в прилегающих регионах, связанное с вторжением США в Ирак, эскалацией палестино-израильского конфликта, войной в Ливане, также способствовало радикализации исламистов внутри Саудовской Аравии и проникновению сюда экстремистских сил извне, создавших несколько радикальных исламистских группировок. Наиболее известные из них – «Муджахидины Аравийского полуострова» и «Исповедующие истинную веру» - осуществили серию терактов, в том числе в 2003 г. в столице Эр-Рияде. Тем не менее саудовским властям удается достаточно успешно противостоять экстремистским группировкам, что подтверждает предотвращение готовившихся террористами взрывов объектов нефтедобывающей индустрии и госучреждений в апреле 2007 г.
Несколько иная форма политического ислама представлена в Палестинской национальной автономии (ПНА) и Ливане. Это «Хамас» (Движение исламского сопротивления) и движение «Хизб Алла» (Партия Аллаха), основными факторами возникновения которых были этноконфессиональный и политический. Суннитское движение «Хамас», основанное в 1987 г. в секторе Газа (ПА) как отделение ассоциации «Братья-мусульмане», в настоящее время ставит своей целью освобождение всех оккупированных Израилем палестинских территорий и создание палестинского государства на основах шариата.
Шиитское движение «Хизб Алла», созданное в 1982 г. в Ливане и провозгласившее своей задачей освобождение оккупированных Израилем ливанских территорий (район Ферм Шебаа), является не только вооруженной группировкой, но и политическим движением. Будучи частью общественно-политических сил Ливана, оно представлено 14 депутатами в парламенте (где общее число мест равно 128) и 2 министрами (из 24) в правительстве страны.
 
Ирак после вторжения войск США и крушения режима Саддама Хусейна в 2003 г. превратился в своеобразный «полигон» для радикального исламизма, где по существу разгорается межконфессиональный конфликт между шиитами и суннитами. Шииты, в большей степени представленные в государственном аппарате Ирака (премьер-министр Нури Аль-Малики – представитель шиитской партии «Призыв»), включая силовые структуры, имеют, кроме того, свои вооруженные формирования (наиболее известное - «Армия Махди»). Аналогичные формирования есть у суннитов и курдов, создавших де-факто свое государственное образование в иракском Курдистане. Часть этих формирований, как шиитских, поддерживаемых Ираном, так и суннитских, связанных с «Аль-Каидой» (самое известное  - «Джунуд Алла» - «Воины Аллаха») ведут партизанскую войну против оккупационных сил США и их союзников (причем в рядах этих формирований действуют «муджахиды» со всего мусульманского мира, как это было во время афганской войны). Активно вмешиваются в дела Ирака внешние силы – прежде всего Иран, а также Саудовская Аравия, Турция и Израиль.
Иран (Исламская республика Иран) по существу представляет собой единственный пример построения «исламского государства» ( в шиитском варианте), где политический ислам является государственной политикой. Тем не менее за время, прошедшее после кончины имама Хомейни (1989 г.) и особенно после избрания в 1997 г. президентом Ирана Мухаммеда Хатами, сторонника либерализации общественно-политической системы, руководство Ирана отказалось от некоторых крайностей «исламской линии». Были приняты меры по либерализации экономики, осуществлена приватизация ряда убыточных госпредприятий, сделаны определенные шаги в сторону демократизации общественно-политической жизни, в частности предоставлена большая свобода иранской прессе. В политический лексикон вошло слово «исламская демократия», которую современные иранские руководители определяют как одну из главных целей исламской революции. В то же время в иранском руководстве имеются консервативные силы - противники реформ, представленные, в том числе, в Совете экспертов, куда избираются только шиитские улемы и который по статусу стоит выше парламента.
В Турции в июле 2007 г. можно было наблюдать приход во власть умеренных исламистов из партии «Справедливость и развитие», получившей в результате парламентских выборов 46,7% голосов избирателей и 342 депутатских места из общего числа в 550. Лидер партии «Справедливость и развитие» Тейиб Эрдоган является премьер-министром, а его единомышленник Абдалла Гуль – президентом Турции. Однако термин «исламисты» (даже умеренные) по отношению к нынешнему турецкому руководству можно использовать достаточно условно. Ислам здесь в большей степени является символом национальной самоидентификации и исторических традиций. Эрдоган заявляет о неизменности демократического выбора Турции и движения по пути вступления в Евросоюз. В то же время депутаты парламента от партии Национальное движение (получившей 14,3% голосов и 70 депутатских мест) выступили с предложением не повторять попыток вступить в ЕС. По инициативе нового турецкого руководства, в Турции идет подготовка к принятию новой конституции и обсуждается вопрос об отмене запрета на ношение традиционной мусульманской одежды в высших учебных заведениях, который существует со времен первого президента Турции Ататюрка. Вместе с тем в турецком обществе достаточно важную роль продолжает играть армия, которая традиционно стоит на светских позициях. 
В Индонезии, наиболее крупном государстве Юго-Восточной Азии (население – 210 млн. чел., 87,5% которого исповедуют ислам), наблюдается определенный подъем исламизма, в том числе радикального. Необходимо отметить, что периодические вспышки конфликтов между мусульманами и христианами в Индонезии происходят примерно с 60-х годов ХХ в. Возникновение этих конфликтов было обусловлено в основном социально-экономическим фактором – усилением позиций, в том числе экономических, христианских общин, которым активно помогали западные организации-спонсоры, стремившиеся не допустить здесь возрождения влияния коммунистических идей. Руководители мусульманских общин активно протестовали, считая такую ситуацию нарушением межконфессионального баланса в стране (конституция Индонезии утверждает религиозный характер индонезийской государственности, но в то же время декларирует свободу вероисповедания и равноправие всех официально признаваемых религий – ислама, католицизма, протестантизма, индуизма, буддизма). Современный же подъем исламизма в Индонезии имеет как социально-экономические, этноконфессиональные, так и политические причины (некоторые исламистские группировки активно выступают против политики США в отношении мусульманского мира, определяя ее как «войну против ислама»). В Индонезии действуют легальные исламистские организации, требующие исламизации страны, такие как «Дар аль-ислам» и Фронт защитников ислама. Существуют и подпольные радикальные группировки, ставящие целью создание исламского государства и прибегающие к террору, наиболее известные из них - Революционный исламский совет Индонезии и «Ласкар джихад» (Группа джихада).
Подъем современного исламизма, или политического ислама (исламистские идеологи определяют это явление, используя понятие «нахда» - исламское возрождение) обусловлен комплексом причин. Наряду с выше отмечавшимся социально-экономическим фактором, действующим по-разному в каждой отдельно взятой стране, и внешне-политическим фактором, обусловленным новой расстановкой сил на международной арене и усилением процесса глобализации, сказываются также социокультурные, этноконфессиональные и цивилизационные моменты.
 
 
Примечания
 
[1] Сура 4 (Женщины – ан-ниса): О вы, которые уверовали! Будьте стойки в справедливости, свидетелями перед Аллахом, хотя бы и против самих себя, или родителей, или близких; будь то богатый или бедный.
 
[2] Закят – предписываемый шариатом налог на имущество и доходы, который идет на нужды мусульманской общины и распределяется среди бедных и неимущих. Платит закят глава семьи. Еще один налог – «закят аль-фитр» (закят-милостыня) начисляется с каждого взрослого члена семьи в день окончания рамадана (мусульманского поста) и предназначается для раздачи милостыни в дни празднования окончания рамадана – ид аль-фитр (араб. яз.). Оба налога являются добровольными и взимаются только с имущих мусульман и составляют обычно 2,5% годового дохода.
 
[3] Айят 49 Суры 5 «Трапеза» (аль-Маида – араб.яз) гласит: «Те, которые не судят по тому, что ниспослал Аллах, те – законопреступники».
 
 


Читайте также на нашем сайте:
 
 
 
 



Опубликовано на портале 04/10/2007



Мнения авторов статей могут не совпадать с мнением редакции

[ Главная ] [ Карта портала ] [ Поиск ] [ Наши авторы ] [ Новости Центра ] [ Журнал ] [ Обратная связь ]
Все права защищены © "Перспективы", "Фонд исторической перспективы", авторы материалов, 2011, если не обозначено иное.
При частичной или полной перепечатке материалов ссылка на портал "Перспективы" обязательна.
Зарегистрировано в Роскомнадзоре.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации: Эл № №ФС77-61061 от 5 марта 2015 г.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика